Цитаты из книг автора «Данте Алигьери»

64 Так двигались в вертепе те огни, И в каждом призрак грешника скрывался. Чтоб рассмотреть, как двигались они,

Восьмая пропасть встала перед нами,     55 Где было все таинственно-темно.

1 Ликуй, ликуй, Флоренция! Везде Могущество твое неотразимо; Известна ты на суше и воде,     4 И даже Ад готов неутомимо О флорентийских гражданах кричать… Когда передо мной скользнули мимо     7 Пять извергов, и в них я мог узнать Твоих граждан, мне сделалось обидно, Не мог я крика гнева удержать,     10 И за тебя мне стало больно, стыдно… Когда мои предчувствия не лгут, Еще ты испытаешь, как постыдно     13 Тебе немало бедствий предрекут Озлобленные жители из Прато{141}, И их проклятья к худу приведут.     16 К прошедшей славе нет уже возврата, И если б над тобою, город зла, Пороков, злодеяний и разврата,     19 Беда, как туча черная, всплыла В минуту эту – я б не удивился: Да, на себя, Флоренция, звала     22 Давно все кары… Пусть бы разразился Гром над тобой, когда осуждена На бедствия несчастная страна;     25 Скорей бы суд ужасный совершился… Еще страшнее в поздние года Казаться будет мне твоя беда.

Но змей один – я их люблю с тех пор — При первом же его презренном звуке,     7 Сдавил ему всю шею, чтобы вор Не в силах был произнести ни слова;

205 Вновь выйдешь в мир, то приложи старанье Запомнить в мире это предсказанье: Теперь Пистойя гонит Черных стан;     208 Флоренция и нравы и граждан Спешит менять, но час иной настанет: С долины де ла Магра Марс восстанет,

139 Вонзали жало в бешеном шипенье; Их руки были скручены назад И змеями завязаны… Вот гад     142 Вкруг грешника обвился и на теле Его пестрел тройным своим кольцом, А голову связал с своим хвостом.     145 Вот змей другой ждать долго не заставил, На грешника одним прыжком вскочил И в шею между плеч его ужалил,     148 Едва такую казнь он совершил, Едва свой хвост свернувшийся расправил, Как грешник загорелся, зачадил,     151 И в миг один огонь его расплавил И в пепел обратил его. Потом, Когда не стало пламени кругом,     154 Из пепла вновь восстал он прежней тенью И образ прежний принял на себя. Так, если древних следовать ученью,     157 Себя в ужасном пламени губя, Известный феникс молча умирает И вновь потом из пепла воскресает.

118 И, исполняя спутника желанье, К вертепу он тогда меня привел, И в яме гнусной той сверх ожиданья     121 Таких презренных гадов я нашел, Что в жилах кровь моя оледенела: Невольно я глаза от них отвел.     124 Пусть Ливия не славится так смело Пустынными песками, где живут И жалами убийственными жгут     127 Хелидры, амфисбены и якули{130}; Нет, даже там не знаю я, найду ли, Как и среди египетских степей,     130 Таких же ядовитых, страшных змей, Которые в той пропасти крутились. И среди них несчастный сонм теней     133 Я увидал. Давно они лишились Спокойствия, земной покинув гроб. Напрасно эти грешники стремились     136 Избегнуть гадов, и гелиотроп{131} Искали вкруг для своего спасенья, Но гады то в их голову, то в лоб

67 Без трудностей нет славы и в веках; Без подвигов исчезнешь ты бесследно, Как пена волн, как ветер в небесах.     70 Бездействие для человека вредно. Так встань же и усталость победи И с мужеством, которое победно     73 Ведет в борьбе, иди за мной, иди, Когда еще осталась сила в теле: Награда ожидает впереди.

61 Но тут меня поэт предостерег: «Ты лености не должен предаваться: Для нашей славы легких нет дорог.     64 Известности не может тот дождаться, Кто нежиться привык в пуховиках И на постели шелком прикрываться.

Так точно и поэта скорбный вид     22 Сперва во мне лишь возбудил страданье, Когда ж его высокое чело Яснее стало, полно обладанья,     25 С моей души как будто отлегло Большое горе.