6.Карьер

Костя шагал обратно к дому уже по темноте. Много размышлял. Что за «странные люди», которые бродят по городу? Почему даже сектант Свидетель посоветовал Косте ни в коем случае не общаться с этими людьми? И почему его община вдруг решила уехать из города в скорейшем времени? Вроде бы, сектант ответил на некоторые вопросы, но при этом создал куда больше новых.

К некоторым выводам, всё же, можно было прийти, слегка пораскинув мозгами. Отец, вероятно, угодил в некий культ, о котором в местных СМИ ещё не было упоминаний — интернет молчал. Значит, культ этот относительно новый и никто ещё не успел поднять шумихи и затеять скандалов. Вероятно, секта обосновалась в городе недавно — и тут же приступила к вербовке новых участников. Так завербовали и отца.

А касательно «свидетелей»… если они так боятся нового культа, значит, у них произошёл серьёзный конфликт, в ходе которого «странные люди» прижали общину. И здорово припугнули её участников. Всё-таки, началась конкуренция за внушаемых горожан, коих имелось ограниченное число. И теперь Свидетели проваливали прочь, опасаясь разоблачений, арестов или чего-то не менее серьёзного. Иначе, почему же допрошенный сектант очень боялся говорить о «странных людях»?

В мрачных мыслях Костя не сразу вспомнил о переписке с Наташей.

«Со мной прогуляться», ответила она. «Чего молчишь?», написала она, когда Костя внезапно замолчал на целых полчаса. Пришлось в спешке придумывать ответ, чтобы не спугнуть красавицу невольным игнором.

Договорились о месте и времени встречи. Костя поинтересовался, откуда Наташа раздобыла его номер, но всё оказалось прозаичней некуда — её подруга Ирина выпытала номерок у Влада.

Пришлось потом писать «пэпээснику» и спрашивать, при каких это обстоятельствах стражи правопорядка допустили утечку сверхсекретных персональных данных.

«иришка попросила вчера сказала наташка хочет узнать. ты корефан походу той бландоске понравился карочи», ответил Влад.

Ох, и давно Костя не читал чего-то более приятного и ласкающего душу! Даже несмотря на кучу вырвиглазных ошибок…

Окрылённый ожиданиями Костя вернулся домой, где и провёл остаток вечера в радостных предвкушениях, да в переписке с Наташей.

Как же резко перекрашивается мир, когда сердце находит того, к кому захотело бы притянуться! Было даже не так тревожно погружаться в сон. В голове было куда больше мыслей о Наташе, чем о кошмарах, которые иногда приходят за ним…

Проснулся Костя, тем не менее, сразу, как только начались сновидения. На всякий случай. Поспал — и хватит. Нечего рисковать внутренним спокойствием! Днём отоспится…

Ночное небо было с переменной облачностью, но Костя просочился на балкон мимо спящего брата и нацелился телескопом ввысь. Мгновенно разочаровался в городских звёздных видах. Смог отыскать только планеты — самые яркие объекты в небе, которым засветка ни по чём — да вернулся в спальню читать книгу… не зря брательник выезжает так далеко от фонарей.

Поутру Костя отправился в церковь. На воскресную службу, куда его приглашал настоятель. Почему бы и нет?

На самом входе вдруг осознал, что не помнит, как креститься — пришлось присматриваться к прихожанам. Три перста в кучу, да справа налево. Но в храме же Костя растерялся окончательно. Не подал вида. Делал, как и остальные. Вроде бы, никто его не осудил за нелепые попытки пройти через все ритуалы, хотя, казалось, внутри царил хаос и беспорядок — не сразу поймёшь, за кем повторять, ведь все делают разное…

Настоятель Георгий встретился с ним взглядом и кротко кивнул, убедившись, что Костя не попал ни к каким сектантам. Но чтобы поговорить с настоятелем и задать новые вопросы, пришлось долго ждать. Очень долго.

Георгий подошёл сам, подгадав момент, когда в храме окажется поменьше лишних ушей.

— И как прошла беседа? — поинтересовался он.

— Вполне мирно, хоть и, признаюсь, я немного вспылил. Немного.

— Это они увели вашего отца?

— Нет. Отец не в «свидетелях»…

— Как я и полагал.

— Но я выяснил кое-что другое, — добавил Костя. — Егор предположил, что мой отец попал к каким-то другим людям. Которые бродят по улицам города. Он назвал их… «очень странными». И посоветовал держаться от них подальше. Представьте! Даже такой сектант, как он — посоветовал держаться подальше от каких-то сектантов пострашней! — усмехнулся Костя.

Настоятель же нахмурился.

— Вам что-то известно? — спросил Костя. — О новых людях, которые ходят по городу и вербуют людей в свой культ?

— Думаете, они «новые»?

— Я предполагаю… И что это за культ такой? Вам не известно?

Георгий осмотрелся по сторонам — никто ли не подслушает их разговор? Отчего мгновенно сложилось впечатление, будто настоятель был в курсе некоторых подозрительных событий, что происходят в городе, но опасался говорить о них во всеуслышание.

— Я в центре религиозной жизни города, — ответил Георгий. — Поэтому да, известно. «Странные люди» — иначе их и вправду не назовёшь. Недавно они удостоили меня своим визитом.

— Визитом? И чем же они тогда «странные», если не секрет?

— Тем, что вы бы их точно не захотели увидеть. В глазок двери своего дома тёмным вечером.

— Ошибаетесь, батюшка! Я бы вот очень хотел провести беседу с ними… — Константин не стал вдаваться в подробности методов допроса, которые с удовольствием применил бы к «странным гостям». — Вы запомнили их лица?

— К сожалению. Такие вещи сложно забыть.

— Вы не узнали в них кого из местных? Где бы они могли жить? Адрес?

— Адрес? — пробормотал Георгий, будто с неким задавленным смешком. — Нет. Они уж точно не местные. И отыскать вы их вряд ли сможете.

— Это ещё почему?

— Потому что вряд ли это были люди.

— В каком смысле? — повёл бровью Костя.

Настоятель перешёл на полушёпот.

— Это что-то нечистое. Я это почувствовал сразу, как только дочка моя закричала, взглянув в глазок. Испугалась… К двери моей квартиры пришли трое. Похожи на людей лишь силуэтом, если не приглядываться… Но лица неправильные, искажённые, скривленные, — Георгий сжал кулаки. — Их лица были… странные, очень странные! Они просили открыть дверь. Стучались. А я не боялся их, нет. Но почуял я, что это вряд ли люди вовсе. Почуял я, что это бесовские силы явились к моему дому. А за моей спиной — семья… Кулаками против бесов ничего не поделаешь, да и было их трое. Я не стал открывать дверь, как бы они не просились внутрь…

Теперь смешок задавил уже Костя.

— И зачем они к вам пришли?

— Чтобы утянуть в свой тёмный омут, конечно же. Я человек слишком видный и непреклонный в вопросах своей веры. Такие бесам и бесноватым ой как не нравятся… Им остаётся либо склонить меня на свою сторону, либо расправиться. Раз и навсегда. Уж точно не с добрыми намерениями и помыслами странные люди ко мне заявились!

— В полицию вы, естественно, не обращались?

— Обращался, разумеется. Речь идёт ведь о моей семье. Но наряд приехал, когда те уже ушли.

— А камеры? Засняли кого? Выследили?

— Насчёт этого я у полицейских не интересовался… всё списали на обыкновенных хулиганов. Наркоманов. Мало ли подобных в городе?..

— Ага. Стандартное «состава нет»… — вздохнул Костя.

— И всё же лица многих наркоманов искажаются от ядов… Да и в глазок дверной, не стану спорить, могло многое привидеться… но предчувствие моё было явным — будто явились демоны.

— А больше вы ничего необычного в городе не замечали?

— Замечал, конечно. Мало кто не замечал необычности. Только слепцы, что не вертят головой по сторонам — такие не видят ничего и в упор. А я вижу… вижу, что скрытая угроза нависла над всеми нами…

Георгий считал, что их храму кто-то угрожает. Случались попытки поджогов — кто-то забрасывал на территорию «коктейли молотова», благо, что храм каменный и гореть в нём почти нечему, да и не долетали до стен бутылки с горючей смесью — разбивались об асфальт; а одного из самых верных трудников недавно нарочно сбили насмерть, машина без номеров скрылась — её до сих пор не отыскали; и все помощники замечали за собой слежку, как и сам настоятель.

Всё это было похоже на систематическое запугивание. Да и число прихожан в их храме за последний год заметно сократилось.

— Не знаю, зачем я вам рассказываю об этих проблемах, — сказал Георгий. — Но раз уж «странные люди» причастны к исчезновению вашего отца, и если уж даже сами «свидетели» полагают, что оно так и есть… то мы с вами сидим в одной лодке.

Константин сказал Георгию, чтобы тот обращался в случае чего сразу к нему. Для этого они обменялись номерами. Костя сказал, что прибудет на помощь куда быстрее всех этих полицейских; что поможет во всех трудностях, ибо они оба действительно оказались на одной стороне. Настоятель поблагодарил, благословил Константина и пригласил его на предстоящие служения…

Все эти случаи очень озадачивали. Костя брёл по улицам, срезая через дворы. Пытался увязать всё воедино.

Тёплое солнышко то и дело выбегало из-за холодных облаков. Город не был столь же мрачен, как обычно. Просвечивалась тихая радость. Детишки во дворах играли в догонялки и прятки.

С Наталией договорились встретиться в другом конце города, у старого вокзала, переделанного в торговый центр. Далеко не самое романтичное место, но выбирала его дама, а Константин не стал возражать.

Странное место для встречи…

По пути было много времени поразмыслить над разговорами с настоятелем и с Свидетелем, а затем свести всё воедино… однако куда больше Костю волновало предстоящее свидание.

Точно ли он понравился Наташе? О чём они будут с ней разговаривать? Как бы свидание не превратилось в молчанку. Ведь в «Чемодане» на его стороне был Влад, а на её — болтушка-Ирина. И перед встречей Костю охватило волнение, будто он шёл знакомиться с девушкой в первый раз…

Он уже очень давно не знакомился вот так. И давно не гулял с малознакомыми девицами. Утерял былую форму. Это ведь как бег на пять километров — нужно делать регулярно, чтоб не облажаться.

Уже у самого ТЦ в голову закралась меткая и сокрушающая мысль. Будто Наталия может тоже оказаться участником нового культа.

Просто-запросто. А ведь это бы всё объяснило. И странное место встречи на краю города. И внезапное проявление внимания — приглашение на прогулку, тогда как на танцах она его отшила…

Вдруг на Костю кто-то набросился.

— Твою мать! — ругнулся он. Отбился, резко развернулся и отшагнул назад.

Приготовился к бою.

Пёс.