8.Бригада

Выспаться той ночью не удалось. Константина одолевали навязчивые воспоминания. Они прокручивались в голове, словно в адской мясорубке. Страшные события всплывали живыми образами из глубин памяти в полудрёме…

Костя просто шёл вперёд. Делал всё возможное и невозможное. Вокруг него происходили кошмарные вещи. Но страха на тот момент он никакого не испытывал — это Костя хорошо помнил. В тот момент он испытывал лишь ненависть. Костя хотел мести, хотел расправы, хотел убивать — кажется, даже неважно было — кого именно убивать. Он совершил серию безрассудных поступков, на которые не отважился бы ни один человек при здравом уме. Возможно, именно поэтому Косте и удалось добиться невозможного — никто из противников не ожидал таких ходов. Всё-таки, если вырубить страх, оставив одну лишь осторожность, то поле битвы преобразится до неузнаваемости. Смелые станут хищниками, орлами, парящими над полем, и трусливым останется лишь прижиматься ко дну своих траншей, словно мышам — они ничего не видят, они ослеплены собственным страхом и они беззащитны перед орлами.

Всеобъемлющее зрение орла в высоте — вот, наверное, в чём было дело.

И в удаче, конечно же. В целом океане странной удачи, посланной ему, будто, самим Господом. Без этого везения ничего бы у Кости не получилось. Его бы раскатало на фарш, как и остальных…

В конце, когда Костя прижался к стенке траншеи, чтобы перевести дух, он вдруг осознал, сколько раз старушка-смерть проходила совсем рядом, едва не задев его костлявым плечом — тогда-то и хлынул страх — хлынул леденящий ужас, какого он ещё никогда доселе не испытывал.

Бесконтрольный и безотчётный страх охватил его на целый час — когда всё, казалось бы, закончилось…

На «подвиг» свой Костя занял у психики смелости под самый огромный процент. И до сих пор не мог расплатиться. Кажется, никогда не сможет…

Ночью удалось урвать лишь пару часов беспокойной дрёмы. К утру Костя очень жалел, что договорился на работу. Настроение явно не рабочее. Но планы менять было бы некрасиво — не хотелось подставлять людей.

Все родные ещё спали, когда он вышел из дому. Рано вышел. Улочки утреннего городка покрывал густой и холодный туман. «Лесок» во дворе — и без того почти непроглядный — сделался ещё более непроглядным: теперь белёсый туман скрывал всё на расстоянии тридцати шагов. Костя принюхался. Если туман приполз от водохранилища, то мог ли он принести за собой и отраву?

Не хотелось бы надышаться дрянью. Но деваться было некуда. Если уж кожа сереет и шелушится при умывании загрязнённой водой, то как себя поведут бронхи? Запаха гнили Костя не чувствовал, хотя мог попросту принюхаться за ночь.

Он шагал по растрескавшимся асфальтовым тротуарам, усеянным золотыми листьями, и из тумана впереди то и дело выползали тусклые фигуры, медленно бредущие куда-то, видно, на работу. Сонные и вялые, ещё не до конца проснувшиеся, будто в их жизнях тумана было не меньше, чем на улице этим утром. Костя обгонял серых людей энергичным шагом.

Видимость сильно сократилась из-за тумана. Казалось, будто кто-то запер весь город в тесной коробке, из которой теперь ни за что не выбраться. Пятиэтажки мелькали на самой периферии, словно затаившиеся бетонные чудовища…

Горожане сновали в тумане, на пути к автобусам. Костя тоже добрался до остановки. На дороге сверкали фары автомобилей.

Вскоре из облака выплыл чёрный «Ларгус». Остановился. Это за ним, судя по номеру. Костя подошёл, открыл дверь и протиснулся на задние сиденья, где его, в темноте тонированных стёкол, встретили запахи пота и отрыжек. Салон оказался забит работягами, рюкзаками и инструментом. Поздоровались, познакомились. Рванули вперёд.

Компашка собралась самая ядрёная. Алкаш с пропитым лицом, но в завязке — Лёха; худой и лысый зэк Василий с наколками на пальцах, отсидевший за грабёж организованной группой лиц; неуёмный болтун Коля с лицом толстого кота; и, за рулём, начальник-бригадир Денис, работавший вместе с мужиками и, благодаря своей грамотной речи и подвешенному языку, показавшийся Косте единственным адекватным человеком из всей компашки.

Спрашивали, что Костя умеет по стройке. Костя рассказывал.

— Это хорошо, — говорил Денис. — Как раз нужен башковитый, — он глянул в зеркало на Коляна. — А то у нас некоторые сначала делают, а потом думают.

— Да ты не гони! — возмутился Коля. — Это вообще случайно вышло!

— Я-то не гоню. А вот если стена уебётся кому-нибудь на голову через пару лет после твоих фокусов, то сам отдуваться будешь!

— Да всё прокатит, не мороси!

— А чего ушёл с начальников? И к нам? — удивлялся бывший алкаш Лёха.

— Подыскиваю себе хобби.

— Тогда ты прям по адресу! — сказал Колян.

Они выехали за город — и тумана там было ничуть не меньше. Свернули к дачному посёлку, располагавшемуся почти сразу за Каменском, всего в километре, если чесать прямо через густой лес от ближайшего микрорайона. Костя только задумался, что надо бы написать брату, куда это он намылился с утра пораньше — мало ли чего, учитывая сколько в Каменске людей пропадало без вести, судя по слухам…

По пути Костя поинтересовался, уж нельзя ли этим туманом отравиться, как и водой из под крана? Объяснил ситуацию, на случай, если мужики вдруг ничего не слыхали про отраву. Но те были, естественно, в курсе загрязнённой воды.

— Вряд ли. Туманом-то, — ответил Денис. — А вот кто пьёт воду — тупеет конкретно. Дышать же можно хоть полной грудью. Не замечал, чтоб кто-то тупил с тумана… Токсин не испаряется.

— Что за токсин?

— А кто его знает…

«Ларгус» вилял по узким и туманным улочкам дачного посёлка. Заблудиться здесь было просто — каждая улочка похожа на соседнюю. И даже домики одинаковые. Поэтому Костя вскоре осознал, что обратной дороги сам не найдёт до тех пор, пока туман не развеется…

Приехали на «объект». Пустое место. Виднелся небольшой и неглубокий котлован.

Размяли спины выгрузкой инструмента из багажника. Денис, не снимающий огромные чёрные очки в пол-лица даже мерклым пасмурным днём, быстро обрисовал текущие задачи: следовало торопиться с фундаментом под дачу заказчика, ведь нужно успеть залить бетон до первых серьёзных ночных заморозков. Работы на несколько дней. Оплату пообещал в конце каждого дня — небольшую оплату, но Костя и не за деньгами пришёл. Если будет нормально работать, то Денис обещал взять в свою команду, а там уже и расценки приятней будут, хоть и посдельно, а не каждый день…

Ребята весёлые и дружные, хотя поначалу показались Косте откровенным сбродом. Общий язык с ними нашёл очень быстро.

Таскали длинные арматурные прутья в яму, засыпанную щебнем, раскладывали прутья сеткой, а затем фиксировали проволокой.

Денис саркастически интересовался, что же Костя скажет по поводу их технологий — с точки зрения профессионала с высшим образованием. На что Костя отвечал, что раньше дома строили вовсе на обычных чурках, не зная никаких армированных бетонов — и те стояли десятилетиями, не давая никаких осадок, завалов и прочих катастроф. Денис согласился с Костей, а Колян заржал.