Цитаты из книг автора «Чарльз Уилан»

В долгосрочной перспективе торговля, безусловно, способствует росту, и растущая экономика впоследствии способна устроить потерявших работу людей. Объем экспорта растет, а потребители богатеют благодаря дешевому импорту; оба эти обстоятельства создают спрос на новую рабочую силу в других секторах экономики. В США вызванное развитием торговли сокращение рабочих мест, как правило, относительно невелико по сравнению со способностью американской экономики создавать новые рабочие места. После заключения Североамериканского соглашения о свободной торговле одно из исследований показало, что в период с 1990 по 1997 год в результате свободной торговли с Мексикой США теряли в среднем по 37 тысяч рабочих мест в год, но при этом американская экономика ежемесячно создавала по 200 тысяч новых рабочих мест .

Торговля создает проигравших. Когда торговля переносит блага конкуренции в самые отдаленные уголки земного шара, эффекта созидательного разрушения не избежать. Попробуйте объяснить выгоды глобализации рабочим-обувщикам из штата Мэн, потерявшим работу после того, как их фабрику перенесли во Вьетнам.

Торговля делает нас богаче. Торговля имеет честь быть одной из наиболее важных идей экономики, при этом одной из наименее интуитивно понятных.

Мировой экспорт как доля от мирового ВВП вырос с 8 процентов в 1950 году до 25 процентов на сегодняшний день . Доля экспорта в ВВП США за тот же период увеличилась с 5 до 10 процентов. Следует отметить, что существенную часть американской экономики по-прежнему составляют продукты и услуги, производимые для внутреннего потребления. В то же время просто вследствие огромных размеров своей экономики США стали одним из крупнейших в мире экспортеров; по совокупному объему экспорта их опережают только Китай и Германия. И США извлекают из открытой системы международной торговли немалую пользу — впрочем, как и весь остальной мир.

На другом конце политического спектра коалиция антиглобалистов обвиняет Всемирный банк и МВФ в том, что они играют роль капиталистических лакеев, навязывая глобализацию развивающимся странам и по ходу дела оставляя бедные страны с огромными долгами.

Если Всемирный банк — это своего рода благотворительный орган для всего мира, то его «сестру», Международный валютный фонд (МВФ), можно назвать противопожарной службой, которая отвечает за тушение международных финансовых кризисов. Исландия обращалась за помощью к МВФ. Так же как Аргентина, Мексика и все остальные. МВФ тоже задумывался в Бреттон-Вудсе как институт глобального сотрудничества. Страны-члены отдают свои средства в МВФ; в обмен на это они получают возможность в трудные времена занимать у фонда «при условии, что обязуются провести экономические реформы, направленные на устранение этих трудностей ради своего собственного блага и блага всех других членов».

В последние дни Второй мировой войны представители государств-союзников собрались в отеле «Маунт Вашингтон» в Бреттон-Вудсе, в штате Нью-Гэмпшир. (Кстати, если вы собираетесь в Новую Англию, знайте, что это восхитительное место для отдыха как летом, так и зимой.) Их миссия состояла в том, чтобы разработать стабильную финансовую инфраструктуру для послевоенного мира. В итоге было создано два международных института, или «две сестры». Институтом, вставшим во главе глобальной борьбы с бедностью, стал расположенный в Вашингтоне Всемирный банк. (Первый кредит на сумму в 250 миллионов долларов был выдан им Франции в 1947 году для восстановления после войны.) Всемирный банк, который принадлежит 183 странам, собирает средства от своих членов и за счет заимствования на рынках капитала. Эти средства одалживаются развивающимся странам на проекты, которые могут способствовать их экономическому развитию.

Но для самих-то китайцев дело обстоит еще хуже. Предположим, долговое бремя США вырастает сверх того, что могут (или хотят) платить американские налогоплательщики. Правительство страны может объявить дефолт — просто отказаться платить по долгам. Это весьма маловероятно прежде всего потому, что существует еще один не менее безответственный, но не такой заметный выход из положения: Америка может «съесть инфляцией» б льшую часть своего долга Китаю (и другим кредиторам), включив, как говорится, печатный станок. Если бы мы начали печатать доллары пачками, американская валюта обесценивалась бы — как и наши долларовые долги.

В долгосрочной перспективе данная ситуация создает серьезные риски для обеих сторон. США как нация стали крупным должником. Должники всегда чрезвычайно чувствительным к капризам и запросам своих кредиторов и, следовательно, уязвимы. У Америки выработалась привычка жить в долг, и Китай ее старательно подпитывает. Журналист и писатель Джеймс Фаллоус пишет: «Не получая от китайцев по миллиарду долларов в день, США не смогли бы сохранить стабильность своей экономики или защитить доллар от обвала» .

Ориентированная на экспорт стратегия развития Китая во многом зависит от сохранения относительной дешевизны юаня. Чтобы этого достичь, китайское правительство переводит накопленные доллары в основном в казначейские облигации США — займы федерального правительства этой страны. Обе стороны получают то, что они хотят (или в чем нуждаются), по крайней мере в краткосрочной перспективе.