Цитаты из книг автора «Чарльз Уилан»

ресурсов и назвали их «голландской болезнью». Скачок экспорта природного газа резко повысил стоимость голландского гульдена, так как остальные страны стали нуждаться в большем количестве гульденов для оплаты этих поставок; это повышение существенно усложнило жизнь другим экспортерам. Кроме того, правительство Нидерландов пустило доходы от экспорта газа на увеличение социальных выплат, что привело к резкому увеличению отчислений работодателей в фонд социального обеспечения и, следовательно, их издержек производства. Голландцы издавна считались торговой нацией; экспорт в этой стране составлял более 50 процентов от ВВП. К 1970 году другие экспортные отрасли, традиционно представляющие собой основу жизнеспособности голландской экономики, потеряли часть своей конкурентоспособности. Одно бизнес-издание писало: «Газ настолько раздул и исказил экономику Нидерландов, что возникли большие сомнения в том, что этот ресурс несет исключительно благо торговой нации» [25]. И наконец, последнее и, пожалуй, самое главное — одаренные природными ресурсами страны могли бы использовать доходы от них для повышения благосостояния своих народов, но они этого не делают. Деньги, которые могли бы пойти на государственные инвестиции с огромными и важнейшими дивидендами — образование, здравоохранение, санитарные меры, вакцинацию населения, инфраструктуру и многое другое, — намного чаще просто разбазариваются. После того как Всемирный банк помог построить нефтяной трубопровод, который тянется из Чада через Камерун к океану, президент Чада Идрисс Деби потратил первые 4,5 миллиона долларов «нефтяных» денег на покупку оружия для борьбы с повстанцами [26].

Однако эти прочие условия никогда не бывают равными. Опыт стран, богатых природными ресурсами, показывает, что иногда подобное богатство приносит больше вреда, чем пользы. По данным одного исследования в области экономического развития, которое проводилось в 97 странах на протяжении двадцати лет, менее богатые природными ресурсами страны развиваются быстрее. Из восемнадцати государств, входящих в топ-рейтинг по темпам экономического роста, богаты ресурсами только два. Как это объяснить? Огромные залежи минералов меняют экономику страны. Во-первых, они отвлекают ресурсы от других отраслей промышленности, таких как производство и торговля, которые зачастую более полезны для стабильного долгосрочного роста. Например, «азиатские тигры» вовсе не были богаты ресурсами, их путь к процветанию начался с трудоемкого экспорта с последующим переходом на наукоемкое экспортное производство. По мере продвижения по такому пути эти страны неуклонно становились все богаче и богаче. Во-вторых, экономика стран, владеющих определенным природным ресурсом, становится более уязвимой к резким скачкам цен на данный сырьевой товар. Страна, чья экономика сильно зависит от нефти, при падении цен на черное золото с 90 до 15 долларов за баррель сталкивается с огромными трудностями. Между тем спрос на национальную валюту этой страны растет по мере того, как остальной мир начинает скупать добываемые в ней алмазы, бокситы или природный газ. Все это приводит к повышению стоимости национальной валюты и, соответственно, как мы уже знаем, повышает стоимость других экспортируемых страной продуктов.

География. Приведу вам потрясающие данные: только две из тридцати стран, отнесенных в рейтинге Всемирного банка к группе богатых, в частности Гонконг и Сингапур, находятся между параллелью тропик Рака, которая проходит через Мексику, Северную Африку и Индию, и параллелью тропик Козерога, пересекающей Бразилию, северную оконечность ЮАР и Австралию. Судя по всему, географическое положение можно считать выпавшим на нашу долю везением, своего рода наследством, которое жители развитых стран воспринимают как нечто само собой разумеющееся. Эксперт по вопросам развития Джеффри Сакс в своей оригинальной статье утверждает, что распределение доходов в мире в значительной мере объясняется климатом. Он пишет: «Учитывая разные политические, экономические и социальные картины, сложившиеся в разных регионах мира, невозможно считать совпадением тот факт, что почти все страны, расположенные в тропиках, остаются на пороге XXI века слабо развитыми» [15]. США и вся Европа лежат за пределами тропиков; большая часть Центральной и Южной Америки, Африки и Юго-Восточной Азии расположены в пределах этой климатической зоны. Погода в тропиках прекрасна для отпуска, почему же она не годится для всего остального? Причина, по словам Джеффри Сакса, заключается в том, что высокая температура и тропические ливни отнюдь не способствуют производству продуктов питания, зато способствуют распространению разных заболеваний. Таким образом, два главных достоинства богатых стран — высокая эффективность производства пищевых продуктов и достаточно хорошее здоровье населения — в тропиках воспроизвести попросту невозможно. Почему жители Чикаго не страдают от малярии? Потому что холодные зимы убивают москитов, разносчиков этой болезни, а вовсе не потому, что нашим умным ученым удалось ее победить. Кроме того, в тропиках людей подстерегает еще одна ловушка: львиная доля населения тропических стран вынуждена заниматься низкопродуктивным сельским хозяйством. И их урожаи, а значит, и жизнь вряд ли когда-нибудь улучшатся сами по себе, учитывая скудность почвы, непредсказуемость осадков и множество сельскохозяйственных вреди

Оба недавно окончили Гарвардскую школу права,

Three Dog Bakery, в ней продаются торты и пирожные только для собак. И с

Он направил в Берлин своих торговых агентов раздавать людям кока-колу.

Эти средства одалживаются развивающимся странам на проекты, которые могут способствовать их экономическому развитию. Всемирный банк стал центром, в котором решаются многие вопросы международного развития, о них мы поговорим в главе 13. Если Всемирный банк — это своего рода благотворительный орган для всего мира, то его «сестру», Международный валютный фонд (МВФ), можно назвать противопожарной службой, которая отвечает за тушение международных финансовых кризисов. Исландия обращалась за помощью к МВФ. Так же как Аргентина, Мексика и все остальные. МВФ тоже задумывался в Бреттон-Вудсе как институт глобального сотрудничества. Страны-члены отдают свои средства в МВФ; в обмен на это они получают возможность в трудные времена занимать у фонда «при условии, что обязуются провести экономические реформы, направленные на устранение этих трудностей ради своего собственного блага и блага всех других членов». Ни от одной страны ни разу не требовали брать кредиты или следовать рекомендациям МВФ или Всемирного банка. Обе эти организации черпают свою власть исключительно благодаря «пряникам», имеющимся в их распоряжении.

Учитывая огромные ставки в данной ситуации, возникает логичный вопрос: а все это вообще контролирует кто-нибудь из взрослых? Да, но из этих взрослых уже песок сыплется. В последние дни Второй мировой войны представители государств-союзников собрались в отеле «Маунт Вашингтон» в Бреттон-Вудсе, в штате Нью-Гэмпшир. (Кстати, если вы собираетесь в Новую Англию, знайте, что это восхитительное место для отдыха как летом, так и зимой.) Их миссия состояла в том, чтобы разработать стабильную финансовую инфраструктуру для послевоенного мира. В итоге было создано два международных института, или «две сестры». Институтом, вставшим во главе глобальной борьбы с бедностью, стал расположенный в Вашингтоне Всемирный банк. (Первый кредит на сумму в 250 миллионов долларов был выдан им Франции в 1947 году для восстановления после войны.) Всемирный банк, который принадлежит 183 странам, собирает средства от своих членов и за счет заимствования на рынках капитала.

Но для самих-то китайцев дело обстоит еще хуже. Предположим, долговое бремя США вырастает сверх того, что могут (или хотят) платить американские налогоплательщики. Правительство страны может объявить дефолт — просто отказаться платить по долгам. Это весьма маловероятно прежде всего потому, что существует еще один не менее безответственный, но не такой заметный выход из положения: Америка может «съесть инфляцией» большую часть своего долга Китаю (и другим кредиторам), включив, как говорится, печатный станок. Если бы мы начали печатать доллары пачками, американская валюта обесценивалась бы — как и наши долларовые долги. При повышении

Текущим счетом измеряется доход, полученный за рубежом от торговли продуктами и услугами, а также из некоторых других источников дохода, например дивиденды и проценты по зарубежным инвестициям, а также денежные переводы, посылаемые домой американцами, работающими в других странах.) Что нам это дает? И может ли это стать проблемой в долгосрочной перспективе? Ответ на второй вопрос прост и однозначен: да. Однако ответить на первый вопрос будет сложнее.