Цитаты из книг автора «Чарльз Уилан»

У страховых компаний есть и еще один, менее явный инструмент защиты себя. Они могут разработать специальные методики, так называемые механизмы сканирования, чтобы выудить из потенциальных клиентов нужную информацию. Эта идея, применимая и ко всем другим рынкам, принесла в 2001 году Нобелевскую премию Джозефу Стиглицу, экономисту из Колумбийского университета и бывшему главному экономисту Всемирного банка. Как «сканируют» своих клиентов страховые компании? Они пользуются для этого вычитаемой франшизой. Те, кто надеется оставаться здоровым, подписывают полисы с высокой франшизой. Взамен им предлагают платить меньшие страховые взносы. Клиенты, которые предполагают, что им предстоит нести большие медицинские расходы, отказываются от франшизы и платят большие взносы. То же самое происходит при страховании автомобиля: ведь вас терзают отнюдь не смутные сомнения, что ваш шестнадцатилетний сын водит машину еще хуже, чем обычно водят шестнадцатилетние подростки. Короче говоря, вычитаемая франшиза представляет собой инструмент для вытягивания частной информации; она заставляет клиентов сортировать самих себя.

Основная и весьма сложная задача реформы здравоохранения — сделать так, чтобы человек платил за «правильное» лечение, то есть за «продукт», затраты на который максимально оправдываются результатами его приобретения. Во всех других областях экономики потребители выполняют это упражнение самостоятельно. Бухгалтеры в сфере здравоохранения не должны автоматически отказывать пациентам в дорогостоящих процедурах, ведь некоторые из них весьма эффективны и, безусловно, стоят каждого потраченного на них цента. Бухгалтеры должны отказывать в таком лечении в том случае, если не очевидно, что оно превосходит по конечному результату более дешевые варианты. Им также следует отказывать в сложной диагностике «просто для проверки», как из-за ее дороговизны, так и потому, что, если процедуры проводятся для здоровых людей, они часто выдают ложноположительный результат, а это нередко влечет за собой дорогое, ненужное и потенциально вредное для здоровья пациента лечение.

Более рискованные инвестиции для привлечения капитала должны предлагать более высокую ожидаемую доходность.

Экономист из Йельского университета Роберт Шиллер впервые оспорил теорию эффективности рынков еще в начале 1980-х, но больше он прославился своей вышедшей в 2000 году книгой Irrational Exuberance31, в которой утверждал, что фондовый рынок переоценен. Роберт оказался прав. А пять лет спустя он заявил о «пузыре» на рынке жилья. И снова попал в точку.

То, чего мы не знаем, может причинить нам немалый вред. Экономисты изучают, как люди собирают информацию, что они с ней делают и как принимают решения, когда им видна только верхушка информационного айсберга. В 2001 году Шведская академия наук признала особую важность этой проблемы, присудив Нобелевскую премию по экономике Джорджу Акерлофу, Майклу Спенсу и Джозефу Стиглицу за их прорывной труд в области экономики информации. В нем исследуется, какие сложности возникают, когда рациональные люди вынуждены принимать решения, основываясь на неполной информации, или когда одна из сторон сделки знает больше другой. Стоит отметить, что идеи этих ученых напрямую касаются некоторых самых острых социальных проблем современности, от генетического скрининга до дискриминации на рабочем месте.

люди не всегда очень тонко чувствуют риск и часто неправильно воспринимают вероятность.

Потребители стремятся получить за свои деньги как можно больше, а компании — максимизировать свои прибыли.

Сильная валюта вовсе не обязательно означает сильную экономику.

Банки кредитуют наиболее агрессивно в хорошие времена и гораздо осторожнее — в плохие, что делает хорошие времена еще лучше, а плохие еще ухудшает.

Следует также отметить, что не все правила и нормы имеют равную силу. Так что вопрос не всегда заключается в том, следует государству вмешиваться в экономику или нет; зачастую намного важнее, как именно структурировано регулирование в тех случаях, когда оно действительно необходимо.