Цитаты из книг автора «Брене Браун»

Отклонение боли. Наше эго – та часть нас, которая заботится о нашем статусе и о том, что думают о нас другие, о том, чтобы всегда быть лучшим и правым. Я воспринимаю свое эго как некоего хитреца-пройдоху, который постоянно велит мне сравнивать, доказывать, требовать, быть совершенной, превосходить и конкурировать. И этот внутренний пр

Когда мы живем и работаем, постоянно опасаясь получить по шапке ни за что, и потому осторожничаем, это постепенно лишает нас чувства безопасности и самоуважения, а со временем может стать травмой.

Радость — такое же сильное и трудное переживание, как печаль или отчаяние. Чтобы кого-то горячо любить, чтобы верить во что-то всем сердцем, чтобы ценить даже мимолетные мгновения, чтобы полностью отдаваться жизни и не требовать никаких гарантий, нужно быть готовыми к боли. Когда мы отвыкаем от душевных волнений, мы упускаем и способность радоваться. Исследование показывает, что глубокие положительные эмоции вызывают «рецидив» с такой же вероятностью, как и глубокие отрицательные эмоции8. Мы не можем составить список «плохих» чувств и сказать: «Я собираюсь от вас избавиться», а затем подготовить перечень положительных эмоций и сказать: «Я буду испытывать только вас!» Представьте себе порочный круг: я так мало радуюсь, что мне неоткуда черпать силы и энергию, чтобы справиться с жизненными напастями. Мне становится еще больнее, и я игнорирую свои переживания. Я игнорирую не только боль, но и радость. Я так мало радуюсь… и так далее.

(еда, алкоголь, шопинг, азартные игры, миссия по спасению миру, нескончаемые сплетни, перфекционизм, 60-часовая рабочая неделя) нам быть собой? Не мешает ли открыто признавать свои чувства, устанавливать разумные границы и чувствовать себя достойным человеком? Не уводит ли от близких людей? Не прячемся ли мы таким образом от неугодной нам реальности?

присущи пять наиболее распространенных защитных факторов: Они изобретательны и умеют решать проблемы. Они не стесняются просить о помощи. Они верят, что в их силах справиться со своими чувствами. У них есть поддержка со стороны. У них есть по-настоящему близкие люди, например, члены семьи или друзья2.

Перфекционизм — это не самосовершенствование. Перфекционизм по своей сути — стремление добиться одобрения. В детстве родители большинства перфекционистов поощряли их за достижения и хорошее поведение (оценки, правила этикета, внешность, спорт, одобрение окружающих). В процессе мы перенимаем эту опасную и подрывающую наши силы систему убеждений: я — это то, чего я достигну. Угождать. Достигать. Добиваться совершенства. Здоровое стремление к самосовершенствованию нацелено на себя — как я могу стать лучше? Перфекционизм направлен на окружающих — что они подумают?

Вы хотите знать, что произойдет, если вы свяжете свою самооценку с реакцией на ваше творение или продукт, который понравится людям? Я отвечу вам на основании личного и профессионального опыта. Вы заработаете себе еще более глубокие проблемы. Все, что нужно стыду, – это захватить и контролировать вашу жизнь. Вы передали вашу самооценку мнению окружающих. Несколько раз это, конечно, принесет свои плоды, а потом станет очень похоже на образ из песни «Отель Калифорния» (Hotel California): вы можете освободить номер, но уже никогда не сможете уйти. Вы официально становитесь узником «угождения, исполнения и совершенствования».

Возвращаясь к речи Рузвельта «Человек на арене», надо сказать, что я поняла один очень важный момент: люди, которые любят меня, и от которых я действительно завишу, никогда не были критиками, указывающими на мои ошибки, когда я спотыкалась. Они вообще не были на трибуне. Они были вместе со мной, на арене. Они боролись за меня и со мной.

Я долгое время верила, что могу отказаться от ощущения уязвимости. И когда уязвимость наступала на пятки – когда звонил телефон с невообразимой новостью; или когда мне было страшно; или когда я любила так сильно, что вместо чувства благодарности и радости я думала только о том, что могу потерять любимого человека, – я все контролировала. Мне удавалось контролировать ситуации и людей вокруг меня. Я делала это до тех пор, пока у меня не заканчивалась энергия, а чувства не начинали притупляться. Я превращала неопределенность в определенность, независимо от того, чего мне это стоило. Я так себя нагружала, что мою боль и мой страх нельзя было отследить. Внешне я выглядела храброй, но страх подтачивал меня изнутри.

Клинтона, управляющего директора крупной немецкой корпорации, который понял, что его стиль руководства препятствует инициативности топ-менеджеров. Исследователи рассказывают: «Он мог бы просто молча изменить свое поведение, но вместо этого он выступил на ежегодной встрече перед 60 лучшими менеджерами, открыто признал свои недостатки и рассказал о своей личной роли в организации корпорации. Клинтон признал, что у него нет ответов на все вопросы, и попросил свою команду помочь ему в руководстве компанией». Авторы статьи выяснили, что после этого выступления в компании произошел ряд преобразований. В результате позиции Клинтона упрочились, его команда стала процветать, повысилась инициативность, увеличились инновации, а организация стала опережать гораздо более крупных конкурентов.