Даже спустя несколько дней после прочтения книги, у меня ощущение такое, знаете, как детстве – когда тебя поругают ни за что, чаще всего за чужие проделки, ты наплачешься горько и сильно от обиды, а потом ещё долго-долго всхлипываешь, и на сердце очень тяжело, именно от незаслуженного наказания. Вот у меня сейчас абсолютно такое же состояние. Я не знаю как реагировать на эту книгу, потому что в ней для меня оказалось огромное количество непонятного, внутренне непонятного, что разделило для меня Бориса Васильева на прозаика, которого я бесконечно люблю и уважаю, и на человека, некоторые мысли которого я отторгла, как абсолютно не близкие мне. Удивительно, но такое случилось впервые и, наверное, я права в своем нежелании читать автобиографии авторов, не хочу ничего знать, кроме их произведений, но не могу - всё равно читаю. Но давайте по порядку.
Дальше очень много размышлений
Понравилось. Из того, что очень понравилось – стиль автобиографии: не линейный, а со вставками философских рассуждений, воспоминаний, размышлений о культуре и о России, об офицерстве и об армии. Это очень здорово, потому что возникает ощущение живого разговора с автором, ведь в жизни любой разговор начинает ветвиться – одна тема тянет за собой другую и так далее. Нет ощущения академичности и занудства, есть ощущение именно разговора. Ну, как, к примеру не ответвиться к Льву Николаевичу Толстому, когда речь зашла о матери Бориса Васильева? Вы знали, что её дядя Василий Иванович Алексеев тот самый американец – друг и последователь философии Льва Николаевича Толстого? Поэтому Васильев на страницах своей биографии рассуждает о философии Толстого, принимая её и в какой-то степени, наверное, следуя ей. А история женитьбы его деда по материнской линии, ну чем не ''Лолита'' Набокова! Но описана блестяще, без пошлости, а как история двух жизней. И наконец-то, наконец-то в словах Бориса Львовича я нашла и подтверждение своим размышлениям о том, что культура и интеллигентность не равно образование, не равно двум или трем дипломам, а есть огромный пласт, состояший из исторической памяти, из понимания прав человека, воспитания, личностного роста, нравственности, ответственности перед государством в общем и перед родными в частности (ах, как же это не совпадает с новейшими тенденциями, что никто никому и ничего не должен), но лучше об это сказал сам Борис Васильев. И я согласна с каждым словом.
Прекрасно Васильев пишет о том самом счастье, которое можно испытать только в детстве – счастье бытия, когда собирать и есть кисловатый пузатый крыжовник, слышать как падают яблоки в саду и после дождя находить их крепкие холодные в траве, ездить с отцом на велосипеде в соседние деревни – есть простота и безмятежность детского бытия . И это прекрасно!
Хороши размышления об офицерстве, о том, что сама школа образования и воспитания офицерского состава после 17-го года ушла в небытие, школа быстрой подготовки офицерского состава во время Великой Отечественной в какой-то степени постепенно начала поднимать офицеров к высокой планке. Единственное, с чем я категорически не согласна, так это с тем, что дедовщина появилась только в СССР, а в царской армии никогда не было, ибо офицеры все были сплошь интеллигентными, белыми и пушистыми. Никогда. Была дедовщина и до 17-го года. Достаточно хотя бы прочесть ''На переломе'' Куприна, чтобы эта иллюзия белости и пушистости развеялась, как дым.
Не понравилось. Теперь я постепенно перехожу к тому, что категорически не понравилось, даже вызвало отторжение и неприятие. Как же много и с придыханием говорит Васильев об интеллигенции, что только русские интеллигенты и дворяне радели за Отечество, чувствовали ответственность и боль за страну, ибо были образованы, со снисхождением относится к крестьянству, а описывая СССР вообще с ненавистью о том, что победила крестьянская психология дворянскую культуру, которая и есть истинная культура России. Дворянская культура - настоящая культура России? Помилуйте, с чего бы это? А куда делась православная культура крестьянского быта? Исконно русская, смею напомнить, ибо дворянская культура это калькирование с западной культуры и пошла она с того времени, как Петр I окно прорубил. А истинная русская культура – это фольклор, это православие, это крестьянство, это корни. И носителями этой культуры и были крестьяне, а не дворяне. Давайте вспомним, кто Солнцу русской поэзии пел песни и рассказывал сказки, которые потом обрабатывались литературно? Правильно – няня, простая крестьянка. Поэтому я была не просто удивлена таким заявлением Васильева, а ошеломлена. И ведь трагедия-то 17-го года была в том, что сломаны оказались все традиции русской культуры: дворянской, крестьянской, купеческой – всё было сломано. Какое количество крестьян, работающих от зари до зари, было расстреляно или пошло по этапу! Какое количество крестьянских хозяйств было стерто с лица земли за нежелание вступать в колхозы! Это же уму просто непостижимо! Было разрушено всё во всем. Я не понимаю откуда в Васильеве это дворянское высокомерие проснулось? Неужели развратничающий князь, спускающий деньги на карты, вино и девок, любит Россию больше, нежели честно пашущий землю простой мужик, хоть и не говорящий по-французски и не умеющий читать и писать? Неужели?
Почему настолько неадекватно оценено время перед революцией, когда верхи не могли, а низы не хотели, когда дворянство так противилось всеобщему образованию, спускало деньги на разврат, рабочие пили до озверения – всё это было и преобразования были нужны, необходимы! Другое дело, что не такими методами, не такой кровью, не разрушением.
Покоробили слова о Чехове, будто бы он сам был мещанином из Таганрога, сам хотел стать интеллигентом, завидовал настоящим интеллигентам и поэтому в своих произведениях выводил такую вялую и никчемную интеллигенцию – из зависти-с.
И вот это дворянство вкупе с интеллигентностью прет из всех щелей. И ведь удивительно, но в самом начале книги он же сам пишет о том, что не образование делает человека культурным и интеллигентным, а многие составляющие. И я сразу вспоминаю статью Д.С.Лихачева об интеллигенции, где он пишет о крестьянах русского севера, которые были по-настоящему интеллигентны, потому что сохранили свою культуру быта, свою историю, помнили много древних песен и сказок и, главное, были необыкновенно трудолюбивы и добры.
Человек, который во времена СССР издавался, по его книгам ставили спектакли и снимали фильмы, который будучи в составе Союза писателей выезжал за границу (и не в соцстраны, а в капстраны), писал патриотические книги, а сейчас настолько грубо пишет о том времени. Я понимаю, что, возможно, боялся тогда, но зачем сейчас писать вот так?... Это оказалось такой ложкой дегтя, что я до сих пор пребываю в состоянии глубочайшего недоумения. Почему же не взято во внимание, что наша история это череда закольцованных событий, которые повторяются из века в век, ничему нас не уча. В том числе и тирания, культ личности. Иван Грозный, Петр Первый, Екатерина II, Сталин – это лишь единицы имен, самые громкие. Закольцованы.
Военный период я не берусь оценивать – права морального не имею.
Но книга оставила в общем скорее негативный оттенок, чем положительный. Но, тем не менее, ставлю четыре звезды за то, что Васильев имел полное право написать свою автобиографию именно так и не мне судить. Но осадок остался, увы.