Когда я читаю книги о той войне, мне становится очень стыдно перед ветеранами, перед погибшими и живыми. Потому что экзамен, который они выдержали, наше поколение провалило с треском. Мы потеряли страну, которую они спасли. Поэтому на нас лежит двойная ответственность: уберечь память от попыток и ее растоптать. Это наш долг и наша миссия. И наша опора - вот такие великолепные книги, которые наши дети должны научиться читать.
я все время об этом думаю - о вере в отцов - и твердо убеждена, что только так и надо жить. Если мы перестанем верить своим отцам, верить, что они честные люди, то мы очутимся в пустыне. Тогда ничего не будет, понимаешь, ничего. Пустота одна. Одна пустота останется, а мы сами перестанем быть людьми. <...> я знаю одно: нельзя предавать отцов. Нельзя, иначе мы убьем сами себя, своих детей, свое будущее. Мы разорвем мир надвое, мы выроем пропасть между прошлым и настоящим, мы нарушим связь поколений, потому что нет на свете страшнее предательства, чем предательство своего отца.
Состояние на грани, накануне грозы, когда в воздухе уже разлит непривычно острый запах, вдали полыхают зарницы и деревья замерли в предчувствии бури. Но школьники из 9-Б, да и из других школ и классов советской страны пока спокойны, как спокойна и восторжена юность, у которой впереди вся жизнь. Если бы она была...
каждого ожидала куча детей и вагон счастья.
— Ты подаришь людям новое лекарство.
— Твой третий сын будет гениальным поэтом.
— Ты построишь самый красивый в мире Дворец пионеров.
Да, это были прекрасные предсказания.
Войны еще нет, но она уже подступает, как вода к горлу, когда неосторожно зайдешь в глубокое место. Ноги внезапно отрываются от дна, и ты с головой уходишь под воду,. Потом испуганно выныриваешь, хватая ртом воздух. Войны настоящей пока нет, но есть другая война, которую ведут герои этой повести, еще до конца не понимая, с чем пришлось столкнуться. А чудище, им противостоящее "обло, озорно и лаяй". Именно оно написало те самые 40 тысяч доносов, а потом, много лет спустя, со страшным рвением уничтожало следы собственной жизнедеятельности, ведя борьбу " с культом личности. Как говорил герой Высоцкого, "Если есть на свете дьявол, то он не козлоногий рогач, а он дракон о трёх головах, и головы эти — хитрость, жадность, предательство. И если одна прикусит человека, то две другие доедят его дотла".
Если задуматься, то винить в чем-то взрослых персонажей повести невозможно. Каждый из них - продукт своего времени. И преданная делу партии мать Искры Поляковой, и четный до наивности директор школы Ромахин, и по-своему понимающая роль педагога Валендра и интеллигент "из бывших" Люберецкий. Просто взрослые понимают и видят больше, чем дети, занятые проблемами взросления и изменений, с ним связанных - от физиологических, до морально-этических.
Всем им, большим и малым, плохим и хорошим, честным и подлым, через короткое время предстоит экзамен куда более жестокий и ответственный. Они выстрадают его вместо со своим народом, со своей страной. Только живыми останутся не все.
Как тот мальчик-лейтенант, тоже вчерашний школьник, оставшийся один посреди хаоса, мрака и смерти, потерявший время, забывший свое имя и фамилию, но не сдавшийся.
И немецкий генерал, чуть помедлив, поднес руку к фуражке.
А он, качаясь, медленно шел сквозь строй врагов, отдававших ему сейчас высшие воинские почести. Но он не видел этих почестей, а если бы и видел, ему было бы уже все равно. Он был выше всех мыслимых почестей, выше славы, выше жизни и выше смерти.
Сколько их таких вот Плужниковых лежит по всей Европе? На зеленых холмах Польши, в глубоких тяжелых водах озера Балатон, в горах, посреди темно-синих виноградников Румынии и Болгарии? Помнишь ли ты, Европа их имена? У них не было жен, а только первая любовь. Да и той могло не случиться. И только седая мама вю жизнь прислушивалась не стукнет ли кто в окно? Не позвонит ли в дверной звонок?
Не стреляйте в белых лебедей! Не убивайте юность и красоту! Не ломайте широкий размах свободных крыльев.
У каждого героя этого сборника своя война: и у бывших десятиклассников, у лейтенанта Плужникова, и у Егора Полушкина, И своя победа в ней. Часто - ценой жизни.
А над книгами картина.
Егор даже встал, углядел ее. Красным полыхала картина та. Красный конь топтал иссиня-черную тварь, а на коне том сидел паренек и тыкал в тварь палкой.
Читаешь и думаешь: а ведь в этом Егоре-бедоносце - вся соль народная, вся его боль. Он тот самый "звонкий забулдыга-подмастерье", над загадкой которого бьются не одну сотню веков "проклятые буржуины". И так они его крутят, и сяк, и на зуб пробуют, и измором пытаются взять, силясь понять, в чем секрет этого ларчика. Но никогда им не узнать этого секрета.
Скажем, в лесу все понятно: один родился ежиком, а другой- белкой. Один на земле шурует, вторая с ветки на ветку прыгает. А люди, они ведь одинаковыми рождаются. Все, как один, голенькие, все кричат, все мамкину титьку требуют да пеленки грязнят. И кто из них, скажем, рябчик, а кто кобчик -- неизвестно. И потому все на всякий случай орлами быть желают. А чтоб орлом быть, одного желания мало. У орла и глаз орлиный и полет соколиный...
Жил среди нас прекрасный писатель-фронтовик, подаривший нам мудрую простоту своих книг, написанных прекрасным русским языком. Без пафоса, без морализаторства. Но есть в книгах Васильева что-то удивительное. Они, как вода в ручье. На первый взгляд - обычная влага, а начнешь пить и не оторвешься.