Глава 9

Кабинет Бореева

Кабинет Николая Бореева находился в дальнем конце коридора. Без табличек. Без лишней суеты. Без постоянного движения людей возле двери. Так обычно выглядят кабинеты сотрудников, которые действительно работают, а не изображают занятость. Помещение было небольшим и удивительно скромным для полковника БВР. Старый сейф. Книжный шкаф. Несколько папок на столе. Фотография с Юлей. Настольная лампа с тёплым жёлтым светом. И абсолютный порядок. Только человек, хорошо знающий Николая, заметил бы: в последние недели в кабинете появилась едва уловимая небрежность. Чашка с недопитым кофе. Пепельница. Неубранные бумаги. Раньше такого не было.

Сам Николай сидел за столом и просматривал аналитическую справку. Точнее —

делал вид. На самом деле он уже несколько минут смотрел в одну и ту же строчку. Мысли были совсем в другом месте. В дверь коротко постучали.

— Да.

В кабинет вошёл Глеб. Без стука он никогда не заходил. Даже спустя почти тридцать лет дружбы.

— Живой? — спросил он, закрывая за собой дверь.

— Пока да.

— Уже неплохо для нашего управления.

Глеб бросил на стол папку и сел напротив. Несколько секунд молча разглядывал друга.

— Старик… ты выглядишь так, будто тебя неделю пытали музыкой Киркорова.

Николай усмехнулся:

— После сегодняшнего совещания разница небольшая.

Глеб фыркнул.

— Быков, конечно, человек талантливый.

— В каком смысле?

— Не каждому дано за десять минут превратить группу профессиональных разведчиков в стаю ощипанных куриц. Николай откинулся на спинку кресла. Усталость в нём сейчас чувствовалась почти физически. Глеб это видел. И потому впервые за весь разговор перестал шутить.

— Всё настолько хреново?

Николай молчал несколько секунд.

Потом спокойно произнёс:

— Ты когда-нибудь ловил себя на мысли, что начинаешь уставать от людей?

Глеб пожал плечами:

— Каждый понедельник.

— Я серьёзно.

Николай смотрел куда-то мимо него.

— Сначала ты учишься видеть ложь. Потом — страх. Потом понимаешь, что половина людей разговаривает друг с другом только потому, что им что-то нужно.

Он медленно покрутил ручку в пальцах.

— А потом в какой-то момент начинаешь думать… может, вся наша работа вообще построена на том, чтобы перестать верить людям окончательно.

Глеб внимательно слушал. Слишком внимательно.

— Философствуешь, — тихо сказал он.

— Старею.

— Не прибедняйся. Для старости ты ещё слишком вредный.

Николай усмехнулся. Но глаза остались пустыми. Глеб скользнул взглядом по столу. Совершенно случайно. Будто просто от скуки. Одна из папок лежала отдельно от остальных. Толстая. С красной полосой. Надпись была почти закрыта лежащим сверху блокнотом. Но одного короткого взгляда Глебу хватило, чтобы прочитать «Милвус. Том 4.» Дальше он дочитать не успел. Николай спокойно взял папку и переложил её в сторону. Слишком спокойно. Будто вообще не заметил интереса друга. Но Глеб знал Бореева слишком давно. И понял: заметил. Впрочем, лицо Николая оставалось абсолютно невозмутимым.

— Слушай… — осторожно произнёс Глеб. — Ты только без идиотизма. Ладно?

Николай поднял взгляд:

— Это сейчас о чём?

— О тебе.

Тишина. Глеб слегка подался вперёд.

— Я тебя слишком давно знаю. И вижу, как тебя начинает затягивать.

— Куда?

— Внутрь себя.

Николай отвёл взгляд. И именно это Глебу не понравилось больше всего. Потому что раньше Бореев всегда смотрел прямо. Даже когда врал. В дверь постучали снова. На этот раз жёстче.

— Да.

В кабинет заглянула секретарь.

— Николай Евгеньевич, генерал Быков просил срочно зайти.

Глеб тихо присвистнул:

— Ну вот. Лёгок на помине.

Николай медленно поднялся. Поправил китель. Взял папку со стола. Ту самую. В этот момент из-под рубашки случайно выскользнула цепочка. Небольшая металлическая половинка старого кулона блеснула в свете лампы. Глеб машинально посмотрел на неё.

— Юлька всё ещё хранит вторую половину?

Николай коротко кивнул. На лице впервые за вечер появилось что-то живое. Почти тёплая улыбка.

— Хранит.

Глеб усмехнулся:

— Вы с ней как подростки.

— Это точно, правда, уже преклонного возраста.

Фраза прозвучала спокойно. Но почему-то неприятно резанула воздух. Глеб отвёл взгляд первым. Николай направился к двери.

— Ладно… пошёл я на ковёр.

Глеб поднялся следом.

— Тогда я тоже пойду. А то если Быков тебя всё-таки сожрёт, должен же кто-то потом опознать останки.

Николай коротко усмехнулся. Они вместе вышли из кабинета. Николай закрыл дверь на ключ. И пока они шли по длинному коридору управления, Глеб поймал себя на одной неприятной мысли: он слишком давно знает Бореева. Но в последнее время всё чаще перестаёт понимать, о чём тот думает на самом деле.