Опасные преступники

Районный отдел полиции города Москвы. Правопорядок никогда не спит. Но в этот раз дежурный майор уж слишком усердно задумался об уровне безопасности в столице и, сражённый спокойным дыханием спящего города, немножко забылся прямо у себя за столом. Его лицо упало прямо на разбросанные канцелярские принадлежности.

Стены кабинета были увешаны плакатами с изображениями обольстительных красавиц, но самые пикантные места заботливо прикрывали небольшие мишени для стрельбы, а на месте лиц красовались фотографии самых опасных разыскиваемых преступников. На заставке компьютера терпеливо ожидал своего часа не доигранный карточный пасьянс.

Внезапно эту идиллию прервал телефонный звонок. Майор вздрогнул, поднял голову. На лбу и щеке остались отчётливые отпечатки скрепок.

— Иваныч, тут за этими мажорами приехали! Крутые какие-то, щас права качать будут! — доложил голос из трубки.

— Спускаюсь...

Дверь отдела открылась, и на свежий воздух вышел майор полиции Злобин.

Невдалеке застыл большой чёрный автомобиль представительского класса. Следом за ним стоял огромный джип охраны и пара мордоворотов возле него.

Напротив входа ожидал солидный мужчина лет пятидесяти. Его лицо было слишком волевым для того, чтобы окружающие сомневались: этот человек привык отдавать приказы, а не получать их. Дорогая одежда безупречно сидела на фигуре и недвусмысленно намекала на высокий статус владельца.

Чуть позади стояли охранник исполинских размеров с гарнитурой в ухе и щуплый интеллигентный мужчина в очках с папкой под мышкой.

Майор неспешно спустился по ступенькам, подошёл к гостям и представился:

— Майор полиции Злобин. Чем обязан?

Солидный внимательно осмотрел его форму, затем задержал взгляд на лице.

— Наша милиция нас бережёт. И денно и нощно, глаз не смыкая. Так всех бандитов проспишь, майор.

— У нас все бандиты в районе на индивидуальном учёте, — спокойно ответил Злобин. — Залётных тоже контролируем. Так что можете спать спокойно и другим не мешать работать.

— А те шпингалеты, которые сейчас в твоей кутузке сидят, местные бандиты или залётные?

— Имеется три заявления на задержанных от пострадавших. О нанесении лёгких телесных повреждений артистке, о порче имущества организации и о хулиганских действиях от администрации зала торжественных мероприятий.

Майор сделал небольшую паузу.

— А ещё один гражданин утверждает, что ему нанесли тяжёлую психологическую травму.

— Каким образом? — заинтересовался Солидный.

— Задержанные убедили его, что он никогда не научиться танцевать.

Даже Мендель Натанович кашлянул в кулак. Солидный не отвёл взгляда от майора и обратился к адвокату:

— Мендель Натанович, а у вас какие-нибудь заявления имеются? Или административный ресурс включать будем?

Адвокат услужливо открыл папку.

— Разумеется имеются.

Он достал ворох бумаг и поправил очки.

— Вот заявление гражданки Украины Оксаны Буряковой, находящейся на территории Российской Федерации с нарушениями миграционного режима, о том, что она в рабочее время употребляла алкоголь, использовавшийся в постановке эстрадного номера. После чего потеряла контроль над собственным телом и выпала из рюмки.

Мендель сделал паузу и продолжил:

— Кроме того, гражданка работала без каких-либо средств страховки, чем нарушила сразу несколько статей законодательства об охране труда.

Он извлёк следующую бумагу.

— Вот справка о том, что использовавшийся в постановке реквизит не прошёл сертификацию и вообще не должен был участвовать в представлении.

Лицо майора оставалось таким же спокойным.

— Далее. Заявление администрации «Чмок Сити Холла». Руководство приносит извинения в связи с тем, что не обеспечило безопасность на сцене вследствие её несвоевременной уборки. Это привело к массовому падению приглашённых гостей и получению ими многочисленных ушибов.

Мендель перевернул ещё один лист.

— Имеются также предварительные расчёты возможных исков...

— Достаточно, Мендель Натанович, — перебил его Солидный. — Думаю, товарищу майору не стоит показывать заявление о незаконном удержании группы лиц. Это может испортить ему не только настроение на остаток дежурства, но и карьеру.

Повисла пауза. Двое мужчин молча смотрели друг другу в глаза.

Майор давно выработал иммунитет к подобным разговорам.

Наконец Солидный нарушил молчание:

— Майор, мне тут один партнёр подарил бутылочку очень эксклюзивного напитка. Думаю, тебе ещё не скоро удастся попробовать что-нибудь подобное.

Охранник немедленно открыл роскошную коробку. Внутри блеснула дорогая коллекционная бутылка. Злобин даже не посмотрел в её сторону.

— Конюхов! — громко крикнул он.

— Я!

— Студентов выпускай! И не забудь взять с каждого расписку, что претензий не имеют.

Пятеро верных друзей остались верными друг другу до конца, поэтому злодейка судьба забросила их в одну тесную камеру.

Уставшие тела вповалку лежали на нарах. Платья и костюмы уже не напоминали того респектабельного вида, которым блистали всего несколько часов назад. Дорогая ткань местами порвалась, а небольшие ссадины на лицах красноречиво свидетельствовали о том, что владельцы этих лиц всё ещё способны за себя постоять.

Полицейский загремел ключами. Дверь открылась.

— Ну что, злостные нарушители общественного порядка, ваши пятнадцать суток переносятся на потом. Для отбытия остатка срока ждём вас в любое удобное время!

Компания зашевелилась. Родион потёр опухшую скулу.

— Думаю, вашу петицию мы даже рассматривать не будем. Международная обстановка не позволяет установить дружеские отношения с вашей организацией даже в ближайшей перспективе.

Полицейский нахмурился.

— Чё сказал?

— Между нашими ведомствами отсутствует договор о сотрудничестве.

— А-а-а...

— Именно это я и сказал.

— Нет.

— Да.

— Нет.

— Ладно, проехали.

— Лучше бы сразу по-русски говорил.

— Я говорил по-русски.

Полицейский подозрительно посмотрел на него.

— Не похоже.

Друзья выбрались из камеры.

Только Кеша никак не мог расстаться с новым другом-сокамерником. Он оживлённо общался с китайцем на какой-то непонятной смеси звуков.

— Кеша! — позвал Николай.

— Сейчас!

— Ты откуда вообще китайский знаешь?

— Это не китайский.

— А что тогда?

— Понятия не имею.

— А он тебя понимает?

— Похоже.

— А ты его?

— Нет. Но это никак не мешает нашей дружбе.

Китаец радостно закивал:

— Да-да!

— Видите? — гордо сообщил Кеша.

Наконец он крепко обнял нового товарища. Они тепло попрощались.

Поддерживая друг друга, друзья выбрались на улицу. Николай сразу заметил отца и виновато опустил голову. Солидный мужчина встретил сына тяжёлым взглядом.

— Так что ты там говорил? Филиал в Дублине возглавить или департамент в Москве?

Николай молчал.

— Я уже в Нефтеюганск позвонил. Там тебя с нетерпением ждут на буровой. Проходчиком.

Компания дружно уставилась в асфальт. Отец потряс телефоном.

— Ваши приключения закончились. Но не мои.

Он ткнул пальцем в экран.

— Сто тысяч просмотров за пару часов только на Ютубе. Впору блогерами становиться. Это у вас хорошо получается.

Он начал зачитывать комментарии.

— «Будущая дипломатическая элита России». Две тысячи лайков.

Молчание.

— «Переговоры с применением супер рюмки».

— Это была лохань, — тихо уточнил Родион.

— Спасибо за экспертное заключение.

— Просто для исторической точности...

— Замолчи.

— Уже молчу.

— Вот и хорошо.

Отец продолжил:

— А вот мой любимый комментарий: «Парни так ярко отметили окончание университета, что их поздравило МВД».

Кеша невольно хмыкнул.

— Не смешно.

— Простите.

— И тебе не смешно.

— Уже не смешно.

— Молодец.

Солидный обвёл взглядом всю компанию.

— Господа дипломаты, запомните одну простую вещь. Когда человек попадает в полицию один раз — это случайность. Когда туда попадает компания друзей — это глупость. Когда туда попадают будущие сотрудники МИДа — это уже международное происшествие.

Даже охранник Слава отвернулся, чтобы скрыть улыбку.

— А теперь по машинам. Пока вы ещё не успели объявить войну какой-нибудь соседней области.

Николай осторожно поднял голову:

— Теоретически это не наша компетенция...

— В машину!

— Есть...

И впервые за весь вечер будущие дипломаты выполнили распоряжение без обсуждений.