Упражнение 1. «Выше нос, говорите? Да пошли вы!»
Представьте, что кто-нибудь говорит: «Ну-ну, мой дорогой, нет поводов печалиться. Абсолютно никаких! Взбодрись и вперед!» Вызовет ли это у вас отрицательную реакцию?
Наорите на жизнерадостных любителей позитивного мышления — на бумаге или в диктофон. Не сдерживайтесь. Фокус в том, чтобы писать, пока не закончатся слова. Никто не слышит, так что наслаждайтесь.
Еще одно правило: продолжайте упражнение, пока оно вам не осточертеет. А потом — продолжите еще чуть-чуть. Не останавливайтесь, пока не почувствуете, что тема вам опротивела. Иначе через несколько часов опять приметесь убиваться, и это помешает вам, чем бы вы ни занимались. (Если внутренний голос говорит: «Какой смысл в этих глупостях? Пользы от них никакой!» — это хитрит ваша злость, пытаясь увильнуть от тяжелой работы. Отдайте должное ее уловкам и продолжайте писать.)
Вот пример выполнения упражнения.
Сорокалетняя Оливия работала ведущей новостей, но стала жертвой корпоративных интриг, и ее уволили. Когда у телеканала сменился владелец, новые боссы привели с собой своих людей и выбросили остальных на улицу. Вакансий для Оливии не оказалось ни на одном из ведущих каналов. Было совершенно очевидно, что она вышла из игры. Она решила выразить свою злость в блокноте. Вот что она мне рассказала: «Я занималась этим четыре дня! Повсюду носила с собой блокнот и, как только мне взбредало в голову что-нибудь написать, заходила в ресторан и заказывала кофе. Каждый раз мне казалось, что я закончила, но вспоминался другой повод для злости. Я побывала, наверно, в двадцати ресторанах. И выпила за эти дни столько кофе, что чуть не одурела!»
Ну, одурела она или нет, но упражнение сделала, и оно дало результаты. «Я высказала всё всем, — отчиталась она. — Перебрала все мельчайшие детали. Изругала всех несчастных, кто мне навредил, и половину тех, кто ничего мне не сделал, — потому что они не помогли! Я проклинала злой рок, проклинала день своего рождения. А потом начала сначала. Было здорово отпустить все тормоза».
Оливия принесла пятнадцать злобных страниц. Она считала, что дело закончено, но я настояла, чтобы она написала еще пятнадцать. «Я теряю запал», — пожаловалась она, но я настаивала. Наконец, она