Когда мы вышли в коридор, мы совместными усилиями нашли, как нам выйти к лестницам, и не заблудились. Старались переговариваться тихо, ведь мы сейчас самые настоящие шпионы. Спустившись, мы начали осмотр с левого крыла.
Там находились несколько учебных кабинетов, мы не стали заходить за эти двери, так как там могли идти занятия или кто-то мог находиться, но общую картину о расположении помещений мы получили. С большим вниманием мы отнеслись к портретам, внимательно их рассмотрели. Скоро мы уже знали, что здесь по большей части висят портреты Бенстропов, а портрет Фортэка всего один, тот, который нам показал дворецкий Маринг. В правом крыле находилась трапезная и душевые. Оттуда мы услышали голос Маринга и отвечающий ему голос женщины, должно быть, его сестры-поварихи. Мы не стали попадаться ему на глаза, во избежание лишних вопросов, и пошли на второй этаж по лестнице, которая вела вверх от душевых.
Там осмотр мы начали с правого крыла. Комнаты ребят все закрыты, но из некоторых мы слышали голоса, вероятно, они занимались там творчеством или учили уроки. Когда мы уже шли в сторону нашей комнаты, чтобы посмотреть на заколоченную дверь, из бокового коридора навстречу нам вышла девочка, лет двенадцати, высокая, с длинными светлыми распущенными волосами. Одета в тёплое зимнее вязанное платье, на ногах кожаные туфельки на низком каблуке. Взгляд голубых глаз прямой и открытый, девочка первая обратилась к нам:
– Здравствуйте. Вы, должно быть, новенькие?
– Да, мы приехали на ознакомительную неделю, вместе с Джулией, мы её сопровождаем, – ответила Джейн.
– Меня зовут Риона Карлайл, я староста. Очень приятно познакомиться! Как вас зовут?
Мы представились и сказали, что уже поговорили с госпожой Корренте, нам показали наши комнаты, но мы решили осмотреть усадьбу. Риона поведала:
– О, я с удовольствием осмотрю усадьбу вместе с вами! Вы не возражаете, если я присоединюсь?
– Конечно же нет! Гид нам не помешает. Тут такие лабиринты, мы несколько раз чуть не заблудились, – улыбнулась я.
Девочка взрослая и зрелая не по годам. Она общалась по-деловому, в то же время корректно и приветливо. Нам она понравилась, она держала себя так, что рядом с ней всегда надёжно и спокойно. С нами она общалась на равных, не заискивая и не стесняясь, и это качество нам импонировало.
– Здесь у нас двадцать две комнаты, они все разного размера. Где-то живёт кто-то один, где-то по двое или по трое, а где-то никто не живёт, то есть это комнаты гостевые.
– Двадцать две комнаты на втором этаже? А сколько во всём здании? – уточнила я.
– Именно комнат, включая учебные классы, библиотеку, актовый зал, трапезную, кабинеты администрации, всего сорок восемь. Но это не считая душевых и всяких кладовок.
– Как интересно, – заметила Джейн. – А есть потайные комнаты?
– Разумеется, они есть, – ответила девочка, не задумываясь. – Усадьбу строили по планировке средневекового замка, а в любом средневековом замке есть куча тайных комнат и ходов в подвалах. Но они все закрыты, потому что там может быть опасно: скользкие полы, протечки, трещины и так далее. Когда усадьбу ремонтировали пять лет назад, отремонтировали только семьдесят пять процентов жилых и хозяйственных помещений. Остальные не стали трогать за ненадобностью, их закрыли.
– Это здание хранит много тайн, – заметила Джулия.
– Конечно, – кивнула Риона. – Хотите, я покажу вам мою комнату? Я люблю приглашать в гости.
– О, это так любезно с твоей стороны! Да, конечно, мы хотим посмотреть, – живо согласилась Джейн.
Оказалось, Риона живёт недалеко от нас – буквально через две двери. Рядом с нами, как оказалось, за этими двумя дверями тоже пустующие комнаты для гостей. Девочка гостеприимно распахнула перед нами дверь, и мы вошли.
Комната Рионы небольшая. Но что нас поразило, это – куклы. Такое количество кукол я видела только в музее кукол. У Рионы из мебели только кровать, небольшой стул, стол и шкаф. Всё остальное пространство занимали куклы. Куча полок вдоль стен, куча кукол, игрушек. Каждая кукла аккуратно поставлена, посажена, и содержалась в чистоте. Куклы и игрушки были и на стуле, на кровати, на столе среди книг и тетрадок Рионы, и на полу.
– Вау! Сколько много у тебя игрушек! Это все твои? – Джулия не удержалась от восхищённого возгласа.
Риона улыбнулась:
– Это наши игрушки.
– Здесь все игрушки со всей усадьбы? – спросила Джейн. – Откуда их столько?
– Здесь те игрушки, которые остались от предыдущих хозяев. Часть игрушек – мои, которые я привезла сюда. Тут не все, все бы сюда не поместились. В комнате каждого из нас есть свои игрушки.
– От предыдущих хозяев? – потрясённо спросила я. – То есть этим куклам больше ста лет?
– Многим из них – да, – гордо ответила Риона.
– Но выглядят они потрясающе! – заметила я. – Вот это да! Какая коллекция! Какие куклы!
Риона зарделась.
– Приятно это слышать. Я ухаживаю за ними. Некоторые я отремонтировала, они были в плохом состоянии. Я очень старалась.
– Тебе нравится чинить кукол, шить одежду? – поинтересовалась Джейн.
– Да, – кивнула девочка. –Им это нравится. Куклы и игрушки премного благодарны мне. А ещё им очень нравится, когда я им читаю вслух.
– Читаешь вслух? А что?
– Сказки. Куклы любят слушать про себя. Я сама пробую писать сказки для кукол.
– Риона, – посмотрела на старосту Джу. – А ты знаешь историю этой комнаты? Что тут было раньше?
– Детская, конечно. Тут большинство кукол с тех времён и сохранилось. Когда был ремонт, многих кукол выбросили в чулан. Тут было так скучно и одиноко. Но я услышала, как они плакали в чулане, достала их, помыла, починила, почистила, и с тех пор они живут здесь.
– Детская, да… – проговорила задумчиво Джулия. – Я так и подумала – здесь всегда была детская.
Мы с тревогой посмотрели на нашу маленькую подругу. Её голос стал тих, она побледнела.
– Джулия, тебе плохо? – Джейн в испуге подскочила к ней и взяла за руки.
– Всё в порядке. Я, наверное, устала с дороги. Всё хорошо, – Джулия собралась и оправилась.
Мы с Джейн многозначительно переглянулись. То, что только что произошло, связано с экстрасенсорными способностями Джулии, не иначе! Возможно, у неё было видение или предчувствие. Риона внимательно смотрела на Джу:
– Может быть, тебя проводить в комнату, ты полежишь, отдохнёшь?
– Нет, я готова продолжить экскурсию, – улыбнулась Джулия.
– Это правда, что ты слышала, как куклы плакали в чулане? – спросила Джейн Риону.
– Да. Я понимаю, это звучит странно. Я никогда взрослым эту историю не рассказывала, – улыбнулась девочка. – Но вам я рассказала, потому что вижу, что вам можно верить. Что вы не будете крутить пальцем у виска или смеяться. Давайте лучше пойдём дальше, где посвежее. Возможно, тут душно, я забыла проветрить, и Джулии стало плохо. Пока подождите меня в коридоре, я открою фрамугу.
– Тебе помочь? – предложила я.
– Нет, я сама справлюсь, – улыбнулась благодарно Риона и стала залезать на подоконник. Там тоже были куклы.
Я вышла к Джейн и Джу в коридор. Джу, привалившись к стенке, тихо прошептала нам с Джейн:
– Это та самая комната. Там зло. Та самая комната, где погиб человек двадцать лет назад, и где погиб ребёнок сто пять лет назад.
– То есть… Риона в опасности? – с тревогой шёпотом спросила Джейн.
– Не только Риона. Здесь все в опасности, – проговорила Джулия. – Извините меня. У меня такое иногда бывает, я много теряю энергии, когда соприкасаюсь с тканью энергоинформационного поля.
– Мы можем тебе помочь? – я бережно взяла Джулию за плечи.
– Всё пройдёт само, спасибо. Вы уже помогаете, спасибо, что поддерживаете меня, – улыбнулась наша юная напарница.
– Вы готовы? – услышали мы голос Рионы.
Она вышла из комнаты и закрыла дверь. Мы сказали, что готовы, Риона повела нас на третий этаж.
Там большую часть пространства занимала библиотека, которая делилась на две части – библиотека в правом крыле содержала литературу по наукам и дисциплинам, библиотека в левом крыле – художественные произведения. Мы начали осмотр с левого крыла, там же мы встретили нескольких ребят, сидящих за столом и читающих. Риона подвела нас к ним и познакомила:
– Ребята, оторвитесь на секунду. Это наши гости, Джулия, Джейн и Клот. Они приехали, чтобы познакомиться с нами, а Джулия, возможно, здесь останется учиться.
– Добро пожаловать, – улыбнулась нам одна из читательниц – черноволосая и черноглазая девочка лет девяти. – Меня зовут Лиза Поло.
– А я – Эрмил Уоррен, – представился мальчик, её ровесник, деловито протягивая нам руку.
– Гилберт Джитер, – представился второй, чуть постарше – ему было лет одиннадцать. – Меня можно называть Берт.
Мы тоже назвали свои имена.
– Мы ещё встретимся с вами. Не будем вас пока отвлекать. Вижу, вы занимаетесь уроками, – улыбнулась Риона.
– А вы нас и не отвлекаете. Нам приятно познакомиться с вами, – улыбнулась Лиза.
– Берт – великолепный пианист. Вы ещё услышите его игру, – тихо сказала нам Риона, когда мы выходили. – Лиза мне помогает шить для кукол, еще она хорошо рисует. А Эрмил любит читать. Он много читает и быстро. Он поглощает книги как пылесос.
– Это же замечательно! Я точно также поглощаю книги, – улыбнулась Джу.
Мы с Джейн внимательно пригляделись к нашей юной подруге. На её щеках снова был румянец, она пришла в себя после странного недомогания, посетившего её в комнате Рионы.
Из библиотеки мы отправились в актовый зал. Там шли уроки танцев и ритмики, тихо играла музыка, несколько девочек плавно выполняли упражнения, очень дисциплинированно, и с улыбкой коротко переговариваясь. Меня поразило, с какой серьёзностью и абсолютно без надзора старших эти восьми-двенадцатилетние девочки танцевали, помогали друг другу и подсказывали, если какая-то из них делала упражнения и движения не совсем правильно. И при этом они вели себя в высшей степени тактично и доброжелательно – совсем как настоящая балетная школа для взрослых! Здесь было семь девочек, и Риона тихо нам рассказала, как кого зовут. Так мы заочно и косвенно познакомились с Энн Беккер, самой младшей из всех восьмилетней девочкой, Кариной Пьюн, Иветтой Пикколи, Беатой Бардо, Венерой Хельгенбергер, Альбиной Сатлоф и Женевьевой Макгун. Риона коротко про них рассказала: эти девочки отличались редкими талантами в музыке, рисовании, лепке и поэзии.
– Наши семь самых лучших учениц. Они всегда отличницы. Даже у меня и у Лизы бывают «четвёрки».
– В лицее больше девочек или мальчиков? – спросила Джейн.
– Больше мальчиков. Их у нас двадцать. И одиннадцать девочек.
– А где ещё две девочки? – спросила Джу, быстро совершив подсчёты в уме. – В танцевальной зале было семь девочек, ещё ты и Лиза Поло, итого девять.
– У тебя отличная наблюдательность, – с одобрением улыбнулась Риона. – Они занимаются у себя в комнатах. Со временем вы со всеми познакомитесь. Пока можете отдохнуть. Скоро будет ужин, и тогда в трапезной вы всех увидите.
Так, Риона вежливо проводила нас до нашей комнаты, до самых дверей, и отправилась по своим делам. Первым делом мы расспросили Джулию о том, что с ней случилось.
– Не знаю, как это объяснить. Но я очень сильную плохую энергию почувствовала в комнате Рионы. И она исходила, как ни странно, от кукол.
– От кукол? – удивились мы с Джейн.
– Да, эти куклы, они так страшно смотрели на меня… Их глаза подавляли. Когда я оттуда вышла, мне стало легче. Они меня выгнали. Они поняли, что я знаю чуть больше, чем все.
– Что ты знаешь, Джу? – спросила я.
– Отрицательная энергия исходила не от одной конкретной куклы, а сразу от нескольких.
– Хм… – задумалась Джейн. – И что нам с этим делать?
– Давайте посмотрим ещё на ту дверь, которую нашла Клот, – предложила Джулия.
– Да, а потом осмотрим мой столик, – предложила я, поглядывая на этот замысловатый предмет мебели. Он словно звал меня.
О проекте
О подписке
Другие проекты