– Конечно нет, но делай то, что собрался делать быстрее. – Её голос звучал так, будто она приняла безвыходность ситуации.

Я хотел резко кинуть Кэтрин в воду, но заметив, как она реагирует, решил просто вместе с ней на плече медленно нырнуть.

Я отпустил её с плеча, сделал шаг ближе и приобнял.

– Вот, а ты боялась. – сказал я как победитель.

Кэтрин резко засмеялась, чуть успокоившись, сказала:

– Как же тебя легко обвести! Если бы я и дальше играла бунтарку, ты бы меня скинул в воду?

– Эм, ну да, чтобы проучить тебя, – сказал я, уже менее уверенно, чем раньше.

– Я так и знала, поэтому сделала вид, что всё равно, а ты сжалился надо мной, бээ.

Она снова показала мне язык.

– Хочешь сказать, всё сделанное только что было тобой запланировано? – сказал я в небольшом шоке.

– Ну не прям всё, только конец. – сказала Кэт с улыбкой победителя.

– А такое ваше высочество вы ожидали? – Я резко притянул её к себе за талию и нежно поцеловал в губы. Первая реакция для Кэтрин была шоком, так как обычно я не проявляю инициативу, а если пытаюсь, то получается не очень. На сей раз я выбрал идеальное время и место, она ответила на поцелуй. Не знаю, сколько мы вот так стояли в воде и целовались, но в какой-то момент начали оба дрожать.

Я первый оторвался от затянувшегося поцелуя и предложил хотя бы немного поплавать, ответ был удовлетворительным. Так прошло полтора-два часа. Мы купались, выходили, сушились, затем снова по кругу, мы даже успели поиграть в волейбол с какими-то парнями.

Вечерело. Становилось холодно.

– Может, начнём собираться? – спросил я робко, будто не хотел слышать ответ.

– Да надо бы, – протянула Кэтрин, но мы так и не сдвинулись с нашего пледа, просто лежали и смотрели вверх. Прошло ещё 15 минут в молчании, я заметил, что у Кэтрин пошли мурашки. Я повернулся к ней и спросил:

– Ты замёрзла?

– Да, есть немного. – ответила она без эмоций.

– Тогда пора вставать. – хотел я подняться, как Кэтрин схватила меня за локоть и сказала каким-то щенячьими глазами:

– Побудь со мной ещё 5 минут.

– Хорошо, – ответил я спокойно и лёг обратно.

По истечении времени я отправил Кэтрин переодеваться первой, а сам начал собирать вещи. Вернувшись, мы поменялись местами.

По пути к раздевалке ко мне подошли ребята, с которыми мы с Кэтрин играли в волейбол. Поинтересовались, не хочу ли я время от времени играть с ними на специализированной площадке в волейбол. Мой ответ был отрицательным. Не то, чтобы мне не нравилась эта игра, я просто любил больше футбол, в детстве занимался им, как и все мечтал стать профессионалом, но к несчастью или наоборот, к счастью, не сложилось.

Когда вернулся, Кэтрин уже всё собрала.

– Может, сфотографируемся? – предложил я, просто чтобы запечатлеть этот день не только в моей памяти.

– Давай, я не против.

Пока на пляже не все ушли, я попросил молодую пару сфотографировать нас вдоль пляжа, в сторону так называемого «муравейника» из людей, который потихоньку начинал расходиться. Был уже закат, солнце спряталось за одним единственным облачком и уже не так жгло, вышел погулять небольшой ветерок. Молодой человек сделал несколько фото с разных ракурсов, после чего вернул мобильный телефон, мы с Кэтрин его поблагодарили и пошли обратно той же тропой, которой и пришли. День выдался эмоциональным, веселым и главное запоминающимся, но самое интересное ждало меня дальше.

– Да хватит тянуть, давай ближе к делу. – Перебил мой рассказ Дрейг.

– Дай мне рассказать, как прошел весь день, Лионс просил же от меня поподробнее, вот и ввожу его в курс дела. – Парировал я ответ Дрейга.

– Он прав. – Добавил Кеша и поддержал меня.

– Пусть первоисточник расскажет все до конца, я тоже какую-то часть истории не знал.

– Спасибо, Кеш. – Положил я руку на сердце и поклонил голову, то же самое он сделал в ответ.

– Так, на чем я там остановился? Ах да, вот мы добрались домой. – Продолжил я свой рассказ.

Путь от озера до нашего уютного гнездышка не особо близок, а так как мы оба устали, было решено вызвать такси. И вот спустя 35–40 минут мы добрались до дома.

Это не был какой-то пентхаус или 5-звездочный номер в отеле Ramada. Мы жили на 3-м этаже 9-этажного дома. Обычная двухкомнатная квартира в элитном районе, где безопасность превыше всего. Ремонт делал какой-то известный дизайнер в стиле хай-тек. Честно, мне это вообще ничего не говорило, так как я не разбираюсь во всех этих стилях. Для меня было главное, что есть спальня, где можно поспать, кухня, где можно поесть, и туалет, куда можно пойти по своим делам. Откуда она у меня? Пару лет назад случайно выиграл в лотерею дом и, оказывается, я сорвал джекпот. Так как в городе у меня нет родных и близких, то решил, что лучше не продавать ее, а оставить до лучших времен, все-таки недвижимость всегда растет в цене.

Как мы добрались до квартиры, то оба, не успев зайти за порог дома, упали на пол. Палящее солнце, вода, пробежка за мячиком и обратно очень сильно вымотали нас физически. Еле доползя до кровати, мы оба уснули, на часах было около 7 вечера. Я проснулся, когда пошел 12-й час. Кэтрин все еще спала. Поняв, что я даже не мылся, решил первым делом пойти в ванную, но перед тем, как зайти в ванную, я включил проверить горячую воду, она у нас подается перебоями.

– Супер. – Прошептал я себе под нос, горячая вода все-таки потекла.

Мылся я максимально быстро, хотелось по-быстрее вернуться в кроватку, к спящей Кэтрин. Почему-то думал, что после сегодняшнего дня наши отношения стали крепче. Но было какое-то внутреннее чувство тревоги. Я любитель накручивать себя на пустом месте, но чувство тревоги появляется крайне редко и никогда меня не подводило. Но я постарался забыться в воде, которая очищает меня не только от грязи, а также от плохих мыслей.

Когда я вышел из душа, Кэтрин уже не спала, а пила какой-то напиток, сидя на кухне, из моей чашки.

– С легким паром, – сказала она и сделала еще один глоток от своего напитка.

– Спасибо, а ты чего не спишь? – поинтересовался я, вытирая голову.

– Да ты так шумишь тут водой, попробуй уснуть, – сказала она с какой-то раздраженностью в голосе.

– Странно. – Действительно странно, Кэт не из тех людей, которые встают из-за малейшего шума.

– Что странно? – спросила она меня не понимающе.

– Да так, мысли вслух, – отшутился я.

– Что пьешь?

– Какао.

– А мне сделаешь?

– Так твоя кружка занята, – показала пальцем Кэт на стакан. – Это означает, что твоя свободна.

– Ладно… – сказала она протяжно. А я ушел в комнату накинуть одежду.

Надел какую-то мятую футболку и шорты ядовито-зеленого цвета и увидел, что у Кэтрин из сумки вываливается какая-то белая бумажка. Обычно я бы никогда не полез туда, но в этот раз все мое нутро кричало, что надо достать ее. Развернув, я замер на месте и секунд 3 не мог понять, не врут ли мне мои глаза. Поездка за границу? Какая граница? Когда? Зачем? Почему? Возник сразу миллион вопросов, которые я мог задать только одному человеку. Я уже начал делать шаги в сторону кухни, как остановился. Нельзя сразу бросаться на нее, это наверняка ошибка, главное спокойно. Но внутри все горело, хотелось провалиться в этот момент сквозь землю, чтобы не видеться с ней, а мое чувство тревоги все нарастало. Еле взяв себя в руки, я пошел в сторону кухни.

Когда я вернулся, мой какао уже стоял на столе.

– Спасибо большое, – сказал я, поцеловал её в щеку и сел напротив. Как начать диалог? Что спросить? Как подвести?

В моей голове я выглядел как какой-то профессор, который пытается помочь студенту сдать его предмет.

– Асти, с тобой всё хорошо? Ты как-то побледнел? – спросила Кэтрин меня и положила свою ладонь на мою руку.

– Нет… нет… Не всё хорошо, – ответил я с дрожью в голосе.

– Сейчас приду. – Я медленно встал из-за стола, пошёл в комнату, взял бумагу и вернулся.

– Скажи, что это? – протянул бумагу Кэтрин.

В мгновение ока она растерялась, но быстро взяла себя в руки.

– Где ты это взял? – голос всё-таки у неё дрожал.

– Какая разница? Скажи, что это. – я начинал потихоньку заводиться.

– Спокойно, Асти. Сейчас всё объясню, сядь, пожалуйста. – Дрожь пропала из её голоса, и появились нотки уверенности.

Я сел, положил локти на стол, ладони в замок и на них голову.

– Слушаю, – сказал я уже спокойнее.

– Помнишь мою научную работу на тему «Современные тенденции в хирургической аритмологии»?

– Это ту, на которую ты потратила семь дней и семь ночей? – усмехнулся я себе под нос.

– Не утрируй. – Довольно серьёзным голосом ответила она.

– Так вот, я писала её так, как меня попросили поучаствовать в региональной конференции хирургов. Там всем так понравилось, что её с моего позволения отправили одному известному хирургу за границу. Я думала, этим всё и закончится, но буквально месяц назад пришло письмо с приглашением на повышение квалификации у одного из лучших хирургов мира. Я долго не могла сказать тебе и долго думала, но решила выбрать карьеру и спасать людей. Да и вообще всю эту историю из-за того, что это может занять от двух до пяти лет, смотря как пойдёт. Хотела завтра просто уехать, оставив записку, но не получилось.

Вся информация утонула в моём сознании и подсознании, мой уверенный вид поник в отчаянии, и единственное, что я мог сказать, скорее даже пробубнить, было:

– А что будет с нами?

– Я не знаю, честно, хотела просто уехать, ничего не рассказав тебе напрямую. – сказала она, опустив голову.

– Почему ты сразу не сказала? Думаешь, я бы тебя не поддержал?! – отчаяние смешалось с гневом, и я перешёл на крик.

– Неужели я для тебя настолько ничего не значу, что тебе легче месяц молчать и уехать в тайне от меня, ни сказав ни слова?! Чем я заслужила такое отношение к себе?! – обращался я скорее не к Кэтрин, а к кому-то всевышнему.

Замолчав, я увидел, как Кэтрин плачет, тихо, съёжившись, как ёжик, который увидел страшного зверя.

Она вытерла слёзы, встала и начала говорить:

– Думаешь, мне было легко выбирать между тобой и карьерой? – начала она спокойно, но тоже перешла на крик.

– Думаешь, я у себя в голове не прокручивала этот диалог снова и снова, и снова?! Всё заканчивается одним: мы просто ругаемся!

– Так может лучше попробовать поговорить, чем включать свою чертову фантазию?! – мы оба стали кричать друг на друга.

– Я тебя не пойму или что? Не поддержу?! Или свяжу тебя дома и насильно заставлю остаться?! Я тебе тиран и деспот?! Ты меня таким видишь?!

– Нет, а что ты мне скажешь? Да езжай, родная, я сам тут без тебя пять чертовых лет жизни проживу?! Давай смотреть правде в глаза, не существует любви на расстоянии, я в неё не верю, поэтому было легче пропасть из твоей жизни и всё! – сказала она обессиленная и села на стул, я тоже упал обратно.

С отдышкой я спросил у неё, когда отлёт, она ответила в 10 утра. Я сказал, что провожу её в аэропорт, и мы пошли спать. Утром не было обнаружено ни её, ни одежды, оставила только одну записку: «прости». – сказал я уже поникшим голосом.

– Вот такая история, Лионс. – повернул голову в сторону друзей и улыбнулся, от осознания, что всё-таки не один.

– Мне ещё ребята про какой-то запой говорили, про что это? – уточнил у меня Лионс.

– Это он начал пить «по-чёрному». – сказал Дрейг, будто всезнайка.

– Рассказывай сам тогда с Кешей, я мало что помню из тех времён. – сказал я довольно спокойно и заказал ещё одно пиво.

– Хахаха, вот он мой звездный час, – проговорил Дрейг, будто собирался исполнить по просьбам фанатов какую-то программу на бис.

– Кеш, если что, исправляй меня в моем рассказе, а то, зная Асти, он теперь только в крайнем случае что-то мне скажет… – Дрейг повернулся на меня и, видимо, хотел подколоть, но я уже начал пить пиво и снова выпал из сути диалога.

– Ладно, слушай, Лионс, это было практически сразу после отъезда Кэтрин. Все, что мы с Кешей знаем, известно только со слов Астиона и Эвилины.

– Мы на какое-то время потеряли связь с Асти. Он взял на работе отпуск за свой счет, на мобильник не отвечал, а если отвечал, то был настолько пьян, что не мог связать и двух слов. Мы пытались подкараулить его у дома, расспросить, что случилось, но он даже там не появлялся. – Говорил Дрейг крайне уверенно, будто все случилось вчера. Всегда нравилась эта его черта – запоминать даже мелочи, но при этом иногда это играло со мной злую шутку.

Допив очередной стакан, я понял, что повествование истории должен продолжить и закончить я сам. Немного прокашляв, я извинился перед Дрейгом и сказал, что закончу рассказ сам.

– На утро того же дня я был морально и физически истощен, не знал, куда себя девать, и что делать. На работу идти никак нельзя было…

Встав с кровати и умывшись, я осознал, что даже готовить особо не умею. Время было около 9 утра, я был в курсе, что ребята на работе, и тревожить их не хотелось. Позвонив на работу и выдумав историю, что у меня умер троюродный брат двоюродной бабушки, я взял отпуск за свой счет на неопределенный период. Не зная, с кем поделиться, я набрал старую школьную знакомую, которая так же была моей хорошей подругой. Наверное, она была единственная девушка-друг за все 25 лет жизни.

– Алло? – сказал я. Голос звучал настолько неуверенно, что мне показалось плохой идеей звонить Милене.

– О, Асти, сколько лет, сколько зим… – из трубки раздался радостный голос. Такой реакции я не ожидал.

– Как дела? – больше из вежливости спросил я.

– Да потихоньку, а ты как? Что-то случилось? Ты обычно пишешь, а не звонишь. – Ее проницательности можно только позавидовать.

– Слушай, а ты сегодня занята? – неуверенность только росла. Если сейчас откажет, то я не знаю, к кому обратиться.

– Да в целом нет, на работе отпуск, а насчет личной жизни… ты и так все прекрасно знаешь, – сказала Милена с наигранным смехом в конце.

– А можешь ко мне приехать? Тут просто кое-что случилось, не знаю, с кем поделиться. – Последнее слово я проживал. Кому-то сказать, что мне плохо, дать слабину? Это было не про меня. Я мог поедать себя изнутри, при этом улыбаться всем и вся, даже Кэтрин не смогла меня раскрыть до конца.

– Хмм, почему бы и нет, я не против. Через 15 минут буду, – она бросила трубку.

Прошло чуть больше 15-ти минут, а именно около часа! За это время я успел немного прийти в себя, сделать себе нехитро выдуманный завтрак – пару бутербродов и омлет. М-да, не густо, но хоть что-то. Да и вообще, когда начинаешь жить с девушкой, то стирка и готовка отходят на второй план, особенно когда твоя сожительница готовит разнообразные блюда и всегда вкусно.

Из раздумий меня выбил звонок в домофон. В секунду сердце забилось с дикой скоростью, и появилась небольшая надежда, что это Кэтрин. Я встал, подошел к звонящему прибору, поднял трубку и еле выдавил:

– Да?

– Открывай, я приехала, – это была Милена.

– Этаж помнишь? – спросил я, выдохнув.

– Естественно.

Через 5 минут она постучала в дверь, я открыл. Передо мной стояла все та Милена, с которой я виделся в последний раз полгода назад: среднего роста, стройной фигурой, с красивыми каштановыми волосами до плеч, большими зелёными глазами. Одета была не слишком броско – шорты черного цвета, белая оверсайз футболка, тапочки и солнцезащитные очки. Ей богу, будто вообще никуда не собиралась, что попалось, то и надела.

Как я уже сказал, это моя хорошая подруга со школы. Но наше тесное общение завязалось, само собой. Её перевели к нам в 8-м классе. Она была замкнутой девочкой, которая даже с одноклассницами боялась разговаривать. Единственное, что делала Милена на учебе, – это училась. Представь себе! Но я не мог смотреть, как её начинают обсуждать за спиной и говорить, что она странная, и нести полную чушь в её адрес, чувство справедливости, всё дела. И начал с ней общаться, чтобы она просто влилась в коллектив, но, по её словам, она так и не смогла кого-то назвать другом, кроме меня. И мы стали лучшими «подружками».