Они вошли в комнату. Абсолютно белоснежную, без единой черты, без окон, без видимых источников света. В центре стоял такой же белый стол, а на нём – три матовых чёрных монитора, повёрнутых к ним тыльной стороной. За столом, спиной к ним, сидел кто-то в кресле.

– Нам пора назад, – прошептал Влад, и его Crimson Oracle нервно дёрнул верстёнами, предчувствуя неладное.

Но было уже поздно. Кресло плавно развернулось.

Существо в матовом чёрном доспехе, сливавшемся с его телом в единую монолитную форму. Багровая мантия из металлоткани ниспадала с массивных асимметричных наплечников. Техно-диадема, вживлённая прямо в череп, излучала слабое, зловещее свечение.

Оно медленно подняло голову. Из-под диадемы на них смотрели не глаза, а два тусклых багровых сенсора.

– Я – Зорд. – прогремел механический, лишённый всяких эмоций голос. – Архитектор этой реальности. Тот, кто написал код и расставил правила.

Его багровые сенсоры медленно скользнули по каждому из них, будто сканируя, оценивая. Они не задерживались на Стендах – для него их просто не существовало. Он видел только самих подростков.

– Ваше присутствие здесь… интригует. Но не было предусмотрено моим дизайном. – Его голос был холодным, как код, лишённым всякой человечности. – Вы – переменные, которые я не вводил. Аномалии.

Он не видел их силы. Он видел лишь нарушение предустановленного порядка. Сбой в системе. И по тому, как его сенсоры сузились, по тому, как пальцы в перчатках из того же матового чёрного сплава медленно сомкнулись на подлокотнике кресла, стало ясно – он не просто не желал им добра. Он видел в них угрозу стабильности своего творения. Угрозу, которую нужно было изучить, классифицировать и… устранить.

Зорд медленно поднял руку в матовой перчатке. Его движения были плавными, лишёнными всякой суеты.

– Наблюдение – ключ к пониманию. Начнём с источника аномалии, – прозвучал его механический голос.

Он щёлкнул пальцами.

Не было вспышки света или грохота. Просто в одно мгновение Артём и Зорд исчезли. Белое кресло было пустым. На месте, где только что стоял Артём, осталась лишь легкая дымка, быстро рассеивающаяся.

Одновременно с этим в белоснежном кабинете и во всём ИиРЦ погас свет. Абсолютная, оглушающая темнота поглотила всё. Исчезли голографические стены лабиринта, исчезло белое пространство. Повисла тишина, такая густая, что в ушах зазвенело.

Даже Спенсер замолчал. Его голоса не было слышно. Впервые с момента как они попали сюда, его насмешливый комментарий отсутствовал.

И затем в этой абсолютной тишине и темноте раздался голос Зорда. Он шёл отовсюду и ниоткуда, холодный и безразличный:

– Попробуйте найти своего друга. Если сможете. Это и будет вашей первой… и последней игрой здесь.

В абсолютной темноте и тишине перед классом внезапно возникла единственная точка света. Она растянулась, приняв форму белой светящейся двери, висящей в пустоте. Она не излучала тепла, лишь холодный, безжизненный свет, призывающий шагнуть вперёд.

Не колеблясь, потому что выбора у них не было, 7 «Ж» шагнул в проём.

Они оказались в огромном зале. Пол, стены и потолок были угольно-чёрными, но сам весь пол был поделён на идеальные клетки разных цветов. Неоново-синие, ядовито-зелёные, кроваво-красные, кислотно-жёлтые – они светились изнутри, создавая призрачное, сюрреалистичное освещение. В воздухе висел лёгкий гул, словно от работы огромного компьютера.

– Что это? – прошептала Ева, её голос был поглощён гулкой акустикой зала.

– Поле, – хрипло сказал Влад. Его Crimson Oracle парил рядом, но его верстёна беспомощно повисли – нити судьбы здесь не работали. – Игровое поле.

В этот момент с потолка пробился луч света и высветил одну-единственную клетку прямо перед ними – неоново-синюю.

Раздался механический голос Зорда, безэмоциональный и точный:

– Ход сделан. Продолжайте. Ошибаться нельзя.

Никита У., недолго думая, шагнул на синюю клетку. Она ярко вспыхнула под его ногой.

С потолка тут же высветилась следующая клетка – через две от него, кислотно-жёлтая.

– Это просто! – крикнул Артур и прыгнул через клетку, стремясь к жёлтой.

Едва его нога коснулась соседней, красной клетки, та вспыхнула ослепительно алым, и по залу пронёсся предупреждающий гул. Из потолка выдвинулась турель и ударила сжатым лучом энергии рядом с его ногой, оставив дымящееся пятно на полу.

– Ошибка, – прогремел голос Зорда. – Следующая ошибка будет фатальной.

Они замерли. Это была не игра. Это был код. Алгоритм. И им нужно было его вычислить, иначе их ждала расправа.

Влад закрыл глаза, пытаясь отключить панику. Его Crimson Oracle беспомощно завис в воздухе – здесь, в этом искусственном мире, будущее было скрыто от него.

– Нельзя прыгать! – выдохнул он. – Надо идти строго по указанным клеткам! По порядку!

С потолка высветилась следующая цель – ядовито-зелёная клетка, расположенная по диагонали от предыдущей жёлтой.

– Значит… синяя… потом жёлтая… теперь зелёная… – быстро проговорила Ева, её мозг лихорадочно работал. – Это последовательность! Надо идти в определённом порядке!

– Но в каком? – панически прошептала Ксюша П. – Цвета не повторяются!

В этот момент Марина тихо ахнула. Её Sky Scriptor, обычно предсказывающий погоду, развернул перед ней едва заметную синоптическую карту, на которой вместо облаков и фронтов мелькали цифры и цветовые коды.

– Коды… – прошептала она. – Я вижу коды… Это… это шестнадцатеричные коды цветов! Синий… потом жёлтый… зелёный… Это не просто цвета! Это команды!

– Значит, нужно идти в порядке, в котором их подсвечивают! – крикнул Арсен. – Без самодеятельности!

Следующей подсветилась кроваво-красная клетка. Никита У., стоявший на жёлтой, осторожно шагнул на зелёную, а затем на красную. Клетки загорались под его ногами, без ошибок.

Система отвечала на каждое правильное движение приглушённым одобрительным гудком. Турели убирались обратно в потолок.

Они двигались, как единый механизм, передавая эстафету друг другу, выкрикивая порядок цветов. Это уже не была игра на выживание – это был танец, хореография,продиктованный бездушным алгоритмом.

Они были всего в шаге от противоположной стены, когда голос Зорда раздался снова:

– Последняя последовательность. Решите правильно – и вы получите ключ.

Перед ними вспыхнули сразу три клетки: фиолетовая, бирюзовая и оранжевая. Они образовали треугольник.

– Какую выбирать? – в ужасе спросил Коля. – Он не сказал порядок!

– Все сразу! – вдруг крикнула Алиса. Её Void Archivist лихорадочно листал невидимые свитки. – Это не последовательность! Это… финальный выбор! Надо наступить на все три! ОДНОВРЕМЕННО!

Трое ближайших – Арсен, Ева и Даша – переглянулись и, как по команде, шагнули каждый на свою клетку.

Зал взорвался ослепительно-белым светом. Цвета погасли. На чёрном полу перед ними осталась светиться лишь одна клетка. На ней лежал небольшой, сложный из света ключ-глиф.

Голос Зорда прозвучал почти… разочарованно:

– Доступ получен. Вы справились. Но это только начало.

Светящийся ключ-глиф парил над тёмным полом, пульсируя мягким светом. Вся цветовая схема зала погасла, оставив лишь эту единственную точку света в кромешной тьме.

– Что теперь? – осторожно спросил Влад, не сводя глаз с глифа. – Берём?

– А выбора у нас есть? – мрачно пробурчал Никита У. и первым протянул руку.

В тот момент, когда его пальцы коснулись света, глиф рассыпался на миллиарды частиц. Частицы стремительно сформировали в стене зала ту самую белую светящуюся дверь, что вела в кабинет Зорда.

Дверь бесшумно отъехала. Сердце класса замерло в ожидании. Но за ней…

Комната была пуста. Ни Артёма, ни Зорда. Тот же белый стол, три чёрных монитора, повёрнутых тыльной стороной, и кресло.

– Где он? – прошептала Ева, и её голос дрогнул от страха и разочарования.

Ребята начали обыскивать комнату, но она была абсолютно пустой и стерильной, словно её только что протерли начисто. Ни намёка на тайник, ни скрытых панелей.

От отчаяния Антон махнул рукой, и один из мониторов на столе вдруг включился сам собой, затем второй, третий… На них не было интерфейса – только трансляция с какой-то камеры наблюдения.

На экране была видна девушка лет пятнадцати. Она сидела, поджав колени, внутри салатового прозрачного круга, похожего на энергетическую капсулу. Её лицо было бледным, но знакомым до боли. Каштановые волосы, собранные в небрежный хвост, ямочки на щеках…

В классе повисла ошеломлённая тишина.

– Это же… – начала Алина и замолчала, не в силах поверить.

– Джульетта… – выдохнул Влад, и его Crimson Oracle беспомощно замер, словно пытаясь нащупать нить, которой не существовало.

Воспоминания хлынули лавиной. Её смех на переменах. Её розовая кофта с котиком. Её место за партой, которое почему-то всегда было пустым, и они не могли вспомнить, кому оно принадлежало. Они вспомнили. Всё это время Артём тосковал не по призраку. Она была реальна.

– Она жива… – прошептала Ксюша П., и в её голосе была надежда и ужас одновременно.

В этот момент Ангелина, обошедшая комнату по периметру, нажала на бесшумную панель на стене. Секционный участок стены бесшумно отъехал в сторону, открывая потайной проход.

Они ринулись внутрь.

Перед ними открылось огромное техногенное помещение. В центре, над зияющей пропастью, с которой доносился едкий запах кислоты, на тонких металлических тросах висели два огромных прозрачных пластиковых шара. В одном из них, прижавшись к стенке, сидел Артём. Его лицо было искажено ужасом. Второй шар был пуст.

А над ними, на высокой узкой платформе, стоял Зорд. Его багровые сенсоры холодно светились в полумраке.

– Вы сделали свой выбор, просто войдя сюда, – раздался его механический голос. – Теперь формализуем его.

Один из тросов, удерживающих шар с Артёмом, с треском лопнул. Шар опасно качнулся, приблизившись к клубящимся испарениям кислоты.

– Вот ваши варианты, – продолжил Зорд. – Вариант первый: он жив. Секрет остаётся секретом.

Второй трос натянулся, с трудом удерживая шар.

– Вариант второй: он мёртв. Секрет перестаёт быть секретом.

Класс замер в ужасе. Лаконичность Зорда была страшнее любых развёрнутых угроз.

– Решайте быстро, – прошипел Никита У., сжимая кулаки. – Трос не выдержит!

Ева посмотрела на искажённое страхом лицо Артёма, потом на своих одноклассников. В её глазах читалась та же мысль, что и у всех.

– Жив, – её голос прозвучал тихо, но чётко. – Мы выбираем, чтобы он жил.

Одобрительный, леденящий душу гул прошёл по помещению.

– Мудрое решение, – произнёс Зорд.

Лопнувший трос мгновенно восстановился, натянулся, и шар с Артёмом плавно пошёл вверх, к платформе. Одновременно с этим потайная дверь за спиной класса снова открылась.

– Выход там. Заберите его и уходите. И помните о своём выборе.

Они молча, с каменными лицами, пошли за Артёмом, который уже ничего не понимал, только дрожал от перенесённого ужаса. Они спасли его жизнь. Но ценой стало вечное молчание. Правда о Джульетте навсегда осталась запечатанной в этой комнате.