Из-за шкафа вышли двое, по зелёному окрасу, безгубому рту, виднелась только узкая щель, наростам на голове и самым настоящим когтям на пятипалой руке, я определил, что вошедшие скорее принадлежат к так называемым рептилоидам. Но вот то, что они не являлись людьми – это точно.

Тот, что имел светло зелёный окрас и был одет в облегающую одежду цвета хаки, остановился рядом со шкафом. Другой имел тёмный окрас и полоски на лице, носил серую одежду. Тёмный подошёл к столу и опустился в кресло, была в этом простом движение какая-то грация недоступная человеческому организму, жестом пригласил меня присоединиться. Жесты похоже были универсальным языком всех видов и рас. Даже если они относились к разным биологическим видам, жесты означали одно и тоже. Мне ничего не оставалось, кроме как выполнить просьбу.

Перекатившись на другой край кровати встал. Видимо мои движения были слишком резкими, по тому как светлый рванул в мою сторону, но его остановил вполне человеческий жест тёмного, протянутой рукой с раскрытой ладонью в сторону светлого и резкий свист. Теперь помня о своей ошибке, я двигался гораздо медленнее. Подошёл к столу и занял свободное кресло, оказавшееся на удивление твёрдым, благо не рухнул в него как делал это дома.

Тёмный благодарно кивнул и выдал серию из свистяще-шипящих звуков. Я помотал головой и вслух осведомился чего от меня хотят. Снова серия шипяще-рычащих звуков, только на этот раз предназначенная светлому. Светлый вышел. Только сидя за столом, мне удалось в щель между стеной и шкафом, увидеть проход, который тут-же закрылся.

Тёмный положил на стол лист бумаги, расчерченный еле заметными полосами, достал обыкновенную автоматическую ручку и начал заполнять лист странными знаками, которые высыхая исчезали. Мне стало интересно и протянув руку указал пальцем на ручку. Тёмный протянул её мне вместе с листом бумаги. Я попробовал написать, но поскольку чернила тут-же исчезали, ничего не вышло, порывшись по карманам я нашёл огрызок карандаша. Опыт предыдущего путешествия показал, что такая простенькая вещица как карандаш, может пригодиться в самой неожиданной ситуации и поэтому, он занял место обязательных вещей в моём арсенале, уже им написал. Тёмный подтянул лист и внимательно осмотрел мою писанину. Я протянул ему карандаш. Тот взял, осмотрел и вернул обратно.

Светлый вернулся с ещё одним интересным персонажем. Этот был высокого роста и имел светлую кожу, только в отличие от первого – это была не естественная окраска, а что-то наподобие нашей седины. Казалось, потри его, и кожа опять приобретёт сочный цвет. Движения выдавали представителя элиты, преклонного возраста, они были плавными, но точно выверенными.

Вошедший обменялся свистящими репликами с тёмным, взял листок и довольно долго изучал мои закорючки. Тёмный уступил своё место и отойдя, встал рядом с светлым.

Тут началась форменная экзекуция. Пожилой произносил несколько фраз и замолкал, смотря на меня не мигающими глазами с вертикальными зрачками. Потом снова всё повторялось. На втором десятке свистов, бульканий, рычаний и таких трелей, что у меня начало давить виски и каждый свист бил кувалдой по темечку.

Я не выдержал и разразился бранью, на гране приличий. Пожилой поднялся, шагнул в мою сторону, навис надомной и просвистел что-то непонятное. Ох, гордость моя – беда моя. Вскочив с кресла ударил головой в нос дедка, тот отшатнулся, давая мне возможность выскользнуть в сторону окна. Такой скорости от светлого, я не ожидал. Препятствие в виде кровати мне было не суждено преодолеть, он уже стоял на ней. По инерции я вскочил на кровать, ударил коленом препятствие между ног и оттолкнул в сторону изголовья, согласен не спортивно.

Тут тело снова стало ватным, и я по инерции полетел в другую от светлого сторону. Скатился прямо под ноги тёмного. Короткое шипение и светлый рывком закинул меня себе на плечо. Пока он меня нёс, перед глазами маячила его спина, а по бокам и чуть сзади шли остальные, полностью закрывая обзор. Сгрузили, усадили, прицепили на руки и на ноги контакты, придавили грудь прозрачным корсетом и очередная потеря сознания.

На этот раз очнулся легко.

– Вы меня слышите?

Открыл глаза. Странно, но на этот раз шипение и свисты не так сильно резали слух. Главное, что я понимал смысл сказанного. Перед устройством, где я находился, стояли пятеро.

– Да.

– Как вы себя чувствуете. – незнакомый ящер наклонился и мне показалось что мне в лицо брызнули цветочными духами, настолько сильным был этот запах.

– Как не странно, нормально, если не брать в расчёт, что я не чувствую своё тело. – к слову сказать, тело я вообще не чувствовал, словно голова была отделена и теперь находилась в одиноком полёте.

– Мы блокируем вашу чувствительность, чтобы вы опять не натворили лишнего.

– Хм. Интересная вещь получается, это устройство для обучения. Так?

– Вы совершенно правы.

Ну тут уж я не выдержал. Сперва допекли пробами языка, затем отключили чувствительность, а теперь выясняется, что можно было обойтись без всего этого.

– Так какого … Меня сразу не обучили вашему языку, а пытали пробами, от которых я чуть с ума не сошёл.

– Первая и главная причина состоит в том, что многие в этом устройстве теряют рассудок и больше неспособны адекватно мыслить.

– Понятно, – это что-же получается, мне могли мозг поджарить. Значит вредить мне не хотели и применили этот способ, только после моего нападения. Вроде такого, по-хорошему не понимаешь, значит будет по-плохому. – Какова вторая причина?

– Господин Ашер пояснит, когда вернётся от медика.

– Ашер это тот старик, который пытал меня своими лингвистическими упражнениями?

– И тут вы правы. Только он не старик. Можно услышать, как вас звать?

– Сергей Васильевич Данцов. – произнёс я это на родном языке поскольку в их просто отсутствовали некоторые буквы, (такие как м, в, о) то есть те, которые произносятся при помощи губ.

– Это всё, ваше имя?

– Нет. Имя Сергей. Отец был Василий поэтому Васильевич. Семейное имя Данцов. Надеюсь ответил понятно? – мне приходилось прыгать с одного языка на другой.

– Даже более чем, – опрашивающий повернулся к остальным. – Он вполне адекватен, на поставленные вопросы отвечает чётко. Здесь я больше не нужен.

Он повернулся и пошёл к выходу, на ходу снимая халат. Показалось ещё одно доказательство, что я попал к рептилиям, у него сзади из-под халата появился короткий и толстый хвост, похожий на крокодилий. У других членов группы подобного не наблюдалось.

– Подождите пожалуйста. Только не обижайтесь на мой вопрос, в том мире откуда я родом подобных вам просто нет. Вам хвост не мешает сидеть.

– И для чего тебе это знать?

– Я из расы крайне любопытных созданий, и мне просто интересно. И ещё, интересно почему из всех здесь присутствующих хвост есть только у вас?

– Нет. Совершенно не мешает. Мой хвост – это видовая принадлежность.

Хвостатый развернулся и вышел. Меня попросили полностью раздеться, видя моё смущение один поинтересовался, почему я изменил цвет лица. Когда я хотел сказать, что это простое смущение, то столкнулся с трудностью, в их языке не было ни одного похожего термина. И мне пришлось просто промолчать.

– Отвечайте на вопрос.

– Для этого явления, в вашем языке просто нет подходящего понятия.

– Любопытно. И чего нет в нашем языке?

До этого, каждый занимался своим делом, но теперь все уставились на меня, и я покраснел ещё больше.

– В моём мире одежда – это не только практическая вещь, у нас непринято ходить голым, и когда приходиться раздеваться при посторонних то появляется такая реакция. Это скорей не злость, а страх, страх оказаться беззащитным перед другими. В одежде мы чувствуем себя уверенно и защищённо. Даже есть такое выражение, стоишь как голый. – пока говорил я успел раздеться полностью.

– Да, такому позорному чувству, у нас точно нет определения. Хм, так ваш вид имеет видимую половую принадлежность, теперь понятно, откуда, у вас взялось такое чувство.

– Доктор Кериш. Вам не кажется, что это крайне неудобно? – тот, кого назвали Керишем повернулся к ассистенту.

– Нет не кажется. В некоторых случаях это даже преимущество, они издалека могут определить, кто есть, кто. Ришас и ты Шаки разденьтесь.

Оба подчинились, скинули одежду и встали рядышком.

– Повернитесь. Два раза.

Оба повернулись. Я заметил, что маленькие отростки хвостов поджимаясь закрывали зад, но в остальном, не считая рисунка на коже спины и формы гребешков на голове они были абсолютно похожи на людей. Рисунчатая спина неотличимая от человеческой, но отличались тем, что имели почти белый живот без пупка, совершенно плоскую грудь без сосков. У меня аж рот открылся от удивления.

– Они чего близнецы?

– Нет. Они примерно одного возраста, но разных видов и причём разного пола. Определите кто есть, кто.

– Это просто невозможно. – на полном автомате я покачал головой из стороны в сторону. Мой жест был принят благодушным кивком и чем-то похожим на улыбку, Кериш повернул голову к раздетым.

– Можете одеться и идти, поторопите там Ашера.

В дверном проёме появился Ашер с наклейкой на носу. Хотя, как сказать на носу, носа как такового у них не наблюдался, так небольшой выступ с двумя отверстиями, прикрытыми мембраной.

– Незачем. Доктор Кериш, как наш пациент?

– В полном порядке. Каких-либо заразных болезней не обнаружено. Адекватность на среднем уровне.

– Освободите помещение.

– Но как можно? Он вас уже раз ударил и может накинуться ещё раз.

– Не беспокойтесь, на этот раз, пульт блокировки я держу наготове.

Между когтей поднятой руки показался шарик. Когда все вышли, Ашер подошёл к вешалке, снял один из халатов и бросил его мне. Пока я натягивал и застёгивал халат, господин Ашер освободил стол и с двух сторон поставил стулья.

– Ваша одежда будет храниться на специальном складе, где её изучат самым тщательным образом, вдруг найдут чего полезного. Прошу садиться.

Я поблагодарил и опустился на стул. Опять появились листки и ручка.

– Можно рассмотреть ручку?

– Вы уже такую рассматривали, они стандартны.

– Тогда вопрос, как вы видите то, что написали? – я указал пальцем, на листок, который был уже на треть заполнен. Нет, видеть я конечно не мог, просто определил по месту нахождения острия ручки.

– Так вот, почему вы показывали карандаш из природного материала, – Ашер смотрел то на меня, то на ручку. – Хорошо, позади вас стоит шкаф, откройте и выберите те ручки, которые видите и принесите сюда.

Открыл шкаф, на полке, на уровне пояса лежал ряд ручек. Огляделся в поиске бумаги или того на чём можно написать (Это что, тест на сообразительность?), на руке пробовать как-то не хотелось, мало ли чего они туда налили, и в итоге не нашёл ни чего лучше рукава. Отобрав те, которые, я видел и которые не разъедали ткань, вернулся за стол. Теперь уже Ашер упражнялся в поиске ручки. Отобрал одну и послал меня вернуть добро на место.

– Господин Ашер, для чего столько сложностей?

– Ты ведь должен ознакомиться с документом, перед его подписанием.

– Ну это и так понятно. Для чего тут столько письменных принадлежностей?

– Так в галактике не одни мы живём и у каждой расы своё цветовосприятие. Ты лучше ответь, за что ты меня ударил?

Странно почему он сказал не световосприятие, а именно цветовосприятие. Я пожал плечами и как можно более спокойным голосом ответил:

– Слишком просто для понимания и слишком сложно для объяснений. Звук.

– Ничего сложного, для меня самого иная речь хуже всякой пытки. Так ты, получается среагировал на один из языков галактики.

– Хуже. Такую реакцию вызвали почти все языки и моё терпение лопнуло.

– Интересно ты выражаешься, таких диких сочетаний нет ни в одном известном мне языке. Ты с какой планеты прибыл? – Ашер продолжал заполнять форму опросника.

– Вы мне поверите, если скажу, что я ни разу не поднимался выше стратосферы одной планеты?

– Немыслимо.

– Мыслимо и даже как. Я вам рассказываю, что да как, а дальше уже вам решать, что, зачем и куда.

Рассказ событий много времени не занял. Я выпускал детали и про первое путешествие умолчал. Когда я закончил Ашер сидел ни жив, ни мёртв. Просто как статуя. Я уже подумал, что ему скучно стало и он уснул с открытыми глазами, но стоило мне помахать перед его лицом рукой, как моё тело обмякло.

– Господин Ашер, у нас так проверяют сознание ещё здесь или уже глубоко ушло. – Я снова почувствовал своё тело.

– То, что ты рассказал может разрешить великую проблему. Видимо сама судьба прислала тебя нам на помощь. И значит мы поступили правильно, оставив тебя в живых. Всё-таки не зря я пострадал.

– Простите, но я ровным счётом ничего не понимаю.

– Позже. Сейчас мне необходимо сообщить наверх по инстанции, – Ашер коснулся браслета на руке и в него произнёс. – Дежурный уведите задержанного.

В моём мире есть только рации, да и те как мой кулак, а тут какая-то пластинка, во у них наука шагнула. В дверях появился светлый. Мне ничего не оставалось, кроме как подняться и идти в его сторону, опять становиться пуховым мешком мне как-то не улыбалось. От ужина я отказался, странно, но есть совсем не хотелось, хотя дома перед сном съедал за троих. Пока шли до комнаты, отведённой под мою тюрьму успели познакомиться. Я представился только именем Сергей, мой сопровождающий назвался Чешир. Услышав мой смешок, он поинтересовался что смешного в его имени. Пришлось рассказывать старую детскую загадку про чеширского кота, следом отвечать, кто такой кот и почему он чешется. В итоге, Чешир представлял кота как самое страшное, и притом мохнатое чудовище, ну плохой из меня рассказчик, что ж поделаешь.

– Завтра с утра за тобой придут.

– Подожди. Нет у вас чего-нибудь почитать? Чувствую ночь у меня бессонная будет.

Чешир подошёл к изголовью кровати, пару раз ткнул когтём в стену и над кроватью раздвинулись створки, открывая полки, заставленные книгами.

– Можешь брать любую. Уже поздно, лучше всё-таки ложись отдыхай. Сколько знаю, завтра тебе предстоит тяжёлый день.

– Не привыкать. Спокойной ночи.

Может у кого ночь и была спокойной, только не у меня. Сна ни в одном глазу. Перерыл всю библиотеку, что книгу ни открою пустые страницы и всё тут. Одна нашлась с еле различимыми картинками и большими буквами, э-э, то есть иероглифами, здешнее письмо основано на иероглифическом письме, видимо для детей написана. Местный букварь не иначе. Когда за окном посветлело пришёл Чешир.

– Привет Чешир. Как дела?

– Да как. Приставили меня к тебе персональным охранником, а так как обычно.

– Слушай, ты извини за то, что я тебе тогда, между ног врезал.

– Ничего страшного. Я твой удар почти не почувствовал.

– Как это? Ведь там, ну, это.

– А-а. Вот ты про что. Нет, у нас совершенно другое строение тела, и то, что у тебя снаружи, у нас находится внутри и не имеет такой чувствительности, как у вас. Меня предупредили о подобных вопросах с твоей стороны. Можешь спрашивать, всё что угодно.

– Тогда ответь, чем и как у вас отличаются мужской и женский пол, а то меня, как я понял осматривали две самки и три самца. Вот только. Разницы между ними как-то не заметил. Не ловко будет если я к даме обращусь как к парню или парня назову киской. – монолог прервала поднятая рука Чешира с раскрытой ладонью

– Не так быстро. Пожалуйста. Ты используешь слишком много эпитетов, обозначая одно и тоже. Часть из которых мне совершенно не знакомы. И мне сложно понять, про что идёт речь.

– Как так? Ведь эти слова имеются в вашем словарном запасе.

– Имеются. Вот только пользуются ими – только тираны. Мы простые троки пользуемся гораздо меньшим количеством слов. Достаточным для повсеместного общения.

– Та-ак, – я почесал затылок и посмотрел в глаза Чешира. – А поподробней можно?

– Подробней? Можно. Наш вид разделён на четыре ветви. Первая – она же и главная – тираны. Вторая – это мы троки. Третья – это карри. Четвёртая – щити. Вся разница в месте обитания и происхождения. Таким образом, предки тиранов были хищниками и соответственно они заняли главенство. Троки были травоядными и стали подчинёнными. Карри – это летающие и малообразованные создания, тебе лучше с ними не встречаться, съедят. Ну и щити – это водные обитатели, с ними тебе возможно придётся встретиться, они в основном и придумали большинство технических устройств. У щити и карри свои языки, им тебя не учили.

– Вот как. Вы владеете всем жизненным пространством, в отличии от моего вида, вынужденного ползать по земле. Но в отличие от вас, мы все одного вида. Почему же тогда, с таким раскладом, ты употребляешь слова, которые повсеместными можно назвать с большой натяжкой?

– Все пилоты механических костюмов, – он показал нашивку на плече. – Проходят специальные курсы подготовки, нам иногда выпадает честь сопровождать тиранов, и мы обязаны понимать, в общих чертах, что от нас хочет верховный.

– А как насчёт первого вопроса? Я же вредный, и не успокоюсь пока не получу развёрнутого ответа.

– Относительно тела, мы не различимы. У нашего вида нет внешних признаков пола как у вас. Различается только запах.

– Как же тогда мне вас различать? – выпадение в осадок полное. – И чего мне делать? Ну, не по одежде же определять?

– Для тебя цвет одежды – это самый верный способ и возможно единственный.