Ела без аппетита и слушала легкий светский треп, который Николя умело сочетал с заинтересованными взглядами, прилетавшими ей прямо в глаза. Кухня с ходу проговорилась, что здесь частенько бывает женщина.
Кажется, мне снова прилетело прямо в глаза современной российской прозой. И первые же страницы с ходу проговорились о заштампованных банальностями сюжетах в обрамлении словесных экзерсисов, которые у нас любят называть "вкусной прозой".
Сборник Матвеевой страдает тем же, что и 90% русскоязычной литературы XXI века - тексты написаны паршивым слогом с элементами "сделайте мне красиво", а в сюжетах сплошной тлен, говно, беспросветность и воняет скисшими борщами из зассаных коммуналок, даже если автор родился после распада совка и настоящую коммуналку видел разве что в фильме "Покровские ворота". А, и да: если в сюжете есть героиня, то она одинока, ей за 30, живет с мамой, имеет филологическое образование, работает в школе и держит трех котов. Ну, по меньшей мере 3 пункта обязательно соблюдены.
И абсолютно все рассказы пронизаны если не ностальгией, то тоской по несбывшемуся. Мальчик Петя из "На озере", живущий с разведенной мамой и её новым "другом", тоскует по жизни с папой; Е.С. из "Обстоятельство времени" - по Англии и своему ученику из 11 класса; Абба из "По соседству" - по маме... А Платоныч из "Под факелом" и Лена из "Острова Святой Елены" - вообще клинический случай. Они прожили всю жизнь - всю жизнь! - воспоминаниями о маленьком периоде, если не эпизоде, своей молодости.
Люди, которые живут прошлым, презренны и жалки. Каждой минутой воспоминаний они предают свою настоящую жизнь. Те, кто не умеет наслаждаться настоящим, недостойны лучшего будущего - и спасибо автору хотя бы за то, что она, судя по финалу рассказов, с этим согласна.
Более-менее интересными показались рассказы "На картине" и "В день, когда родился Абеляр". К середине сборника писательница, наконец, закопала Льва Толстого оставила попытки выпендриться знанием словаря русского языка, а сюжетные повороты начали даже удивлять, хоть герои и не прекратили тосковать и раздражать меня.
Самые большие претензии у меня к рассказам "В лесу", "На войне" и "День Патрика".
Рассказы о брошенных и отмщенных любовницах с таким финалом, как у "В лесу", филологические девы пишут пачками лет в 15.
В рассказе "На войне", написанном, очевидно, под впечатлением от сериала "Школа", одна девочка со своей скрипкой, балетом и прилежанием в учебе стала занозой в заднице для другой девочки, которая хотела, чтобы её просто оставили в покое, - и угадайте, чью сторону приняла автор.
Половина "Дня Патрика" посвящена кинопробам, которые проходит студентка Лена, а во второй половине оказывается, что они не имеют ни малейшего значения для сюжета.
На "Подожди, я умру – и приду" я возлагала особые надежды. Во-первых, очень интриговала сама фраза, и хотелось узнать, что за ней стоит. Во-вторых, после слабенького и невнятного начала хотелось мощного и запоминающегося финала. Ведь не зря же последний рассказ дал название всему сборнику - наверное, он и есть самый сильный! Но нет - начавшись как многообещающая антиутопия, он закончился резко и скомкано.
Буду ли я ещё читать современную русскоязычную прозу? Подождите, я умру - и приду.