Это первая книга из цикла, рассказывающая о том, как молодая девушка (и это именно так на момент начала романа), за плечами которой Академия художеств, вляпывается ... ну не совсем по самое не могу ... хотя кто что понимает под этим "вляпывается".
Прежде чем узнаем про саму интригу романа, мы очень обстоятельно познакомимся с самой героиней, Александрой Мордвиновой, художницей, которая пока не особо может заработать на своих картинах. Но зато нарисовывается заказ на реставрацию одной из картин почти неизвестного художника, советского еще времени. Про обстоятельность знакомства с ней я тоже не просто так сказала, писательница чуть не треть романа ухлопывает на описание ее жизненных перипетий. Не сказала бы, что это лишнее, но вполне можно было сократить втрое. Это касается, впрочем, и других персонажей, и тем более относится к другой героине.
С самой реставрацией, как и с мотивами, приведшими картину к Александре, не все чисто. Процесс реставрации вообще окажется весьма мелодраматичным. И обычная, казалось бы, процедура выливается в ... расследование. И было бы даже смешно, какая причина заставила Сашу начать копать, если бы не было так ... несмешно.
Это и история старой любви, это и нечаянное преступление, скрытое под спудом, и столько несчастных судеб отказывается на поверхности. И кажется поначалу, что именно на Александре сосредотачиваются события, спустя столько лет бумерангом ударяющие по их участникам. Клубок будет распутываться постепенно, причем временами будет казаться, что все еще больше запутывается. Мы слегка поблуждаем в хитросплетениях непростых отношений, потыкаемся в стены, поупираемся в своих выводах, иногда прозрачных, но не всегда верных.
А события будут все больше накалять нить романа, и к финалу это уже такая нить накаливания, которая слепит глаза, сердце, душу. От неотвратимости и невозможности повернуть все по другому, и не только событий прошлого, они случились давно, и уже с ними стерпелись. Но они решили постучатся в день сегодняшний, и некоторые из героев не смогли не открыть им дверь, и даже более, гостеприимно ее распахнули. Пазл мог сложиться и по другому, в совсем ином порядке и с другим итогом, но для этого что-то иначе надо было сделать, переосмыслить, совершить усилие, шагнуть в другом направлении. Но такого желания или хотя бы попытки подумать на ход вперед я не увидела у виновников.
