Глава 6

Сергей

Сергей выезжает с парковки библиотеки ДВФУ на своей старенькой Toyota 2008-го года. Серая краска местами облупилась, но двигатель работает отлично. Машину он купил на заработанные в рейсе деньги — подрабатывал летом. Иногда уходит в дальние плавания, а во время учёбы берёт работу на каникулах. Поэтому и загорелый зимой. Не то что эта бледная девушка с биофака. «Заучка», — усмехается он про себя.

Солнце уже низко, золотит залив под мостом. Белые льдины на воде искрятся так, что больно глазам. Парень уверенно ведёт машину, достаёт из бардачка солнечные очки и надевает их. Затем включает радио. Тихо играет что-то старое: гитара, хриплый голос поёт о любви. «Любовь — это дар богов», — думает Сергей. Так всегда говорила бабушка. Песня ему нравится.

Открывает окно. В салон врывается холодный солёный воздух. Закуривает сигарету.

Думает о Маше. Она сидела напротив в библиотеке — такая маленькая, хрупкая. Глаза большие, голубые, как небо. В ней было что-то родное, особенно когда она посмотрела на него. Сила духа, вера в себя, внутренняя борьба. Он сам такой же. Похоже, увидел в её глазах родственную душу.

Глубоко затягивается горьким дымом. Наверное, он никогда раньше не встречал таких девушек. Хотя он и не так часто ходит в библиотеки.

Его опыт с девушками ограничивается знакомствами в клубах и универе. И часто они заканчивают в его постели. Не то чтобы их было очень много, но всё же. «Ни одна из них не похожа на заучку Эльзу».

Вспоминает её стройные ножки в узких леггинсах и сапожках. Аккуратную грудь под тёплым свитером. Блестящие розовые губы, увлажнённые блеском. Макияж был совсем лёгким, а может, его и вовсе не было. Она очень сексуальная и при этом такая естественная. Он определённо хотел бы познакомиться с ней поближе.

Мост заканчивается. Сергей едет по трассе, затем поворачивает на юг — к отцу и бабушке, в родную деревню Барабаш.

На остров Русский он приезжал по делу — встречался с клиентом.

Ещё в двенадцать лет во время охоты с отцом он нашёл в лесу странное каменистое захоронение в скале. Отодвинув плиту, из-под которой, как ему тогда от испуга показалось, послышался шёпот, он увидел шаманские предметы: бубен из оленьей кожи, ожерелье из когтей зверя и христианскую икону.

Привычный божественный лик на куске дерева нисколько не удивил. Местные часто смешивают православие с древними языческими традициями Приморья. Поразила аутентичность и древность предметов. Без сомнения, такое можно было бы назвать антиквариатом.

«С приходом советской власти здесь всё изменилось, — говорила бабушка. — Шаманов запретили, кого-то завербовали, кого-то изгнали. А все их принадлежности для ритуалов попросту уничтожили, сожгли. Почти ничего не осталось!»

Сергей забрал ожерелье, кинжал с костяной рукояткой, бубен и кожаный мешочек с каким-то содержимым. Аккуратно, с истинным благоговением, сложил всё в рюкзак, принёс домой и спрятал в сарае в ящике под досками. Никому ни слова не сказал.

Потом, несколько лет спустя, нашёл ещё одно захоронение. Так постепенно собрал небольшую коллекцию эксклюзивных древностей.

В отличие от бабушки он не верит в истории про духов, поэтому никогда не боялся трогать артефакты.

Не так давно выставил несколько предметов на сайт для продажи — нужны были деньги на ремонт машины. Нашлись покупатели.

На остров Русский Сергей приехал продать тот самый бубен, который нашёл первым. Клиент заплатил очень хорошо. Правда, при встрече на нём была защитная чёрная маска, как во времена ковида. Молодой — это было видно по глазам и голосу. Парень сослался на то, что простудился и не хочет никого заражать. Но у Серёги сложилось впечатление, что со здоровьем у него всё в порядке. Просто не хотел раскрывать свою личность.

Впрочем, это не имеет значения. Главное — хорошо заплатил.

Сегодня вечером надо забрать из подвала кинжал, за который следующий клиент готов заплатить ещё больше.

Два с половиной часа езды. Из головы так и не выходит девочка из библиотеки и дурацкие медузы. «Надо было спросить у неё номер телефона, — думает он. — Может, найти её профиль в интернете? Маша, студентка местного биофака. Вряд ли там много таких блондиночек, я легко узнаю её по фото. Найду. ДВФУ не такой уж большой».

Выкуривает вторую сигарету и закрывает окно, поёжившись. Холодно. Включает старую печку в машине.

Сергей очень любит эту дорогу, знакомую с детства: сопки, тайга, снег, хвойный лес.

Солнце садится, небо становится розовым. Когда почти совсем темнеет, у края леса он замечает леопарда. Парень улыбается — хороший знак.

Здесь, рядом с деревней, расположен национальный парк «Земля леопарда», где обитают почти сто особей. Этот, наверное, совсем дикий.

Сергей обожает зверей. Его родная бабушка — практикующая шаманка, в венах которой течёт кровь аборигенов. Она всегда твердила внуку, что амурский леопард — их тотемное животное. Дух предка, их хранитель, всегда принимает образ леопарда.

— Ночью, когда я очень хочу есть, то просыпаюсь и бегу в лес, — рассказывала она ему байки перед сном. — Там обращаюсь в леопарда и охочусь.

— Бабуль, что за бред, — смеялся Серёжа, ни капли не веря её россказням.

— Откуда, по-твоему, взялось рагу из зайца сегодня вечером, которое ты ел на ужин? — искренне обижалась она. — Это я поймала в лесу ночью, когда превратилась в леопарда.

Сергей улыбается, вспоминая эту историю. Бабуля у него со странностями. Собирает травы в лесу и тайге, практикует шаманские ритуалы. Местные даже приходят к ней за советами.

Хоть он и не особо верит в шаманизм, но родную землю и леопардов обожает. Никогда отсюда не уедет. Закончит учёбу, уйдёт в море, заработает достаточно и купит квартиру в центре. И всегда будет возвращаться.

Что касается амурского зверя — набил себе татуировку на тыльную сторону руки. Когда он в море, его сердце дома, в Приморье, бьётся в унисон с величественной дикой кошкой.

Когда сворачивает к Барабашу, уже совсем темно.

Сердце радостно стучит в предвкушении. Дом отца.

Деревянный особняк на отшибе — старый, но крепкий и отремонтированный. Четыре комнаты, большая веранда, отдельный домик-баня, загон для домашнего скота. Папа — мастер на все руки. Всё делает сам и занимается хозяйством. Называет себя фермером. Производит свой сыр, вялит рыбу и мясо. С бабушкой закручивают варенье.

— Сынок приехал! — говорит папа, спускаясь по ступенькам.

Мужчина лет пятидесяти, такой же высокий, как Сергей. В каштановых волосах — седина. Одет в тёплый вязаный свитер и джинсы.

Крепко обнимает сына. От него пахнет дымом и лесом.

— Заходи скорее, бабка заждалась.

Свет в окнах жёлтый, тёплый. Дом встречает запахом сушёных трав и ароматом мясного рагу, которое томится в чугунном котелке на огне в каменной печи.

На деревянном столе — своя домашняя сметана, чёрный хлеб с хрустящей корочкой (отец сам печёт), зелёный лук, солёные огурцы и домашнее вино из шиповника.

Бабуля — маленькая, сухонькая, с чёрными волосами, заплетёнными в косу, — бросает вязание, встаёт с дивана и идёт обнимать внука.

Затем отстраняется и пристально смотрит на него своими чёрными глазами.

— А ты не один сегодня пришёл, — говорит она, улыбаясь.

— В смысле? — усмехается парень, снимая куртку. Идёт мыть руки, чтобы скорее сесть за стол. Очень голодный.

— Ты пришёл с любовью

— Бабушка, ну что ты такое говоришь, — отвечает Сергей. — Я не влюблён.

Целует старушку в лоб. Чувство тепла и уюта окутывает с головы до ног. Как же здорово быть дома, видеть, что у близких всё хорошо, знать, что тебя ждут.

Идёт мыть руки и садится за стол.

— Меня не обманешь, — говорит бабушка с хитрым прищуром тёмных глаз, глядя на внука. — Потому что духи мне докладывают. Все они сейчас здесь, за твоей спиной, — тычет сморщенным пальцем в сторону двери, — и они знают правду.

Сергей смеётся и оборачивается назад. Убедившись, что там никого нет, говорит:

— Да? И какую правду они нашептали?

— Что ты так и не бросил курить, оболтус! — даёт внуку лёгкую затрещину, которую парень ощущает как дуновение ветра. — От тебя весь дом сигаретами провонял!

Раньше бабуля била сильнее. Могла отшлёпать так, что мало не покажется! Совсем старая стала.

Парень смущённо отворачивается, пряча глаза. Чувствует, как отец прожигает спину недовольным взглядом.

— Я бросил, — отвечает Сергей. — Просто стоял сегодня рядом с курящими ребятами из универа.

— Можешь вешать эту лапшу на уши кому-нибудь другому, — бурчит папа.

Садятся за стол и начинают трапезу. Семейные разговоры тихо сливаются с треском бревен в камине. За окном падает снег, от этого в доме ещё уютнее.

— Так что ты делал сегодня на Русском острове? — спрашивает отец.

— Я говорил тебе — ходил в библиотеку, — отвечает Сергей непринуждённо, беря кусок чёрного хлеба со стола.

Откусывает и с наслаждением закрывает глаза.

— Твой домашний хлеб самый лучший, — искренне говорит он.

— А что, у вас нет своей университетской библиотеки? — спрашивает бабушка, делая маленький глоток вина из шиповника.

Она сканирует Сергея взглядом, будто что-то подозревает.

— Есть, но мне нужна была именно эта, потому что у них богатая коллекция книг про медуз.

Папа удивлённо поднимает брови, будто услышал какую-то глупость.

— Значит, с твоей родственной душой тебя свели медузы, — довольно говорит баба Нюра.

— Снова духи нашептали? — спрашивает её внук.

— Снова они, — кряхтит старушка, — ещё они говорят, что у твой новой знакомой изранена душа. Чувство вины съедет её изнутри.

— Вины за что? — спрашивает Сергей, внимательно глядя на бабулю.

— За то, что она жива.

Беспокойство рождается в сердце, отдавая болью в животе. По спине бегу мурашки. Иногда баба Нюра пугает его такими фразами.

Спустя несколько часов, когда Сергей ложится спать в своей старой спальне, он снимает одежду. На боку — большой кривой шрам. Парень трогает его рукой. Затем касается шрама на брови. Травма из детства.

Когда он был маленький, гулял в лесу, на него напал волк. Его спасли, но зверь успел глубоко укусить. Сергей ничего не помнит об этом. Похоже, из-за пережитого стресса мозг заблокировал воспоминания.

Вздрагивает, услышав волчий вой в ночном лесу за окном.

Мысленно повторяет слова бабушки: «Ты не должен бояться. Духи помогут тебе, когда придёт время».

Ложится в кровать и думает о том, что наговорила бабуля про духов за столом. Как она могла быть настолько проницательной? Как догадалась, что он познакомился с девушкой, которая зацепила его настолько, что мысли о ней до сих пор не покидают голову? Сердце стучит быстрее обычного, а в животе порхают те самые бабочки, о которых все говорят.

«Кажется, я влюбился с первого взгляда», — думает он, глядя в потолок.

Берёт телефон в руки, вбивает в поиске соцсетей имя своей новой знакомой, примерный возраст, факультет и название университета. Скроллит фотографии девушек с именем Мария. Брюнетки, блондинки, рыжие Но её нет.

Через десять минут поиска уже хочет отложить телефон — глаза начинают закрываться от усталости. Как вдруг замечает большие голубые глаза и белые волосы. Это она — его Маша, заучка Эльза.

Заходит в профиль. Там немного фотографий. На одной девушка сидит в кафе с подругами (в этом же кафе она подрабатывает официанткой). На другой — пикник у моря, она совсем маленькая с мамой. Подпись: «Скучаю по тебе».

На последнем фото — селфи в зеркале в ванной комнате с дорогим ремонтом. Её обнимает худощавый парень. Судя по всему, метросексуал: выглядит очень ухоженным, как девушка. Волосы уложены назад, кожа чистая и белая, будто ходит в спа или салоны.

Сергей цинично хмыкает, понимая, что они отлично смотрятся вместе — два хрупких интеллектуала.

Хотя плечи у этого Артёма довольно широкие. Наверняка ходит в дорогущий спортзал и занимается с частным тренером.

«Интересно, между ними всё очень серьёзно?» — думает он.

Откладывает телефон и засыпает. Во сне видит Машу в том самом зеркале, как на фото. Только в этот раз её обнимает он, а не Артём.