Слишком давно я не позволял себе плакать и старался просто не думать кое о чем… Но все равно однажды наступит такой момент, когда она выплеснется наружу, вся эта пакость, которую вы норовите запрятать в мозгах подальше, глубоко-глубоко…
Впервые за долгие годы мне снилась мама, я видела ее еще не бритой наголо, слышала ее голос. Такой подарок стоил десяти тысяч евро и моря слез, и, если б я это знала, я б уж давно ее потеряла, эту ее сумку…
впервые в жизни каждому по отдельности и всем им вместе взятым казалось, что у них появилась настоящая семья.
Даже больше чем настоящая – они сами ее выбрали, именно такую они и хотели, за такую сражались, а взамен она требовала одного – чтобы они были счастливы вместе. Даже не счастливы – это уж слишком! Просто чтобы были вместе, только и всего. Такая вот им выпала удача.
Филибер всегда пил за завтраком шоколад, и самым большим удовольствием для него было выключить газ в последнее мгновение, не дав молоку убежать. Это была его ежедневная маленькая победа, а вовсе не ритуал и не мания. Подвиг, невидимый миру триумф. Молоко оседало, и день мог начинаться: он владел ситуацией.