Кира спряталась за упавшим деревом и, кусая губы, следила за боем. Если бы она умела драться! Ну что стоило пойти вместе с двоюродным братом в секцию карате? Сейчас бы не пришлось отсиживаться за спиной Ареса и трястись от страха. И как могло выйти, что он оказался лишен всех своих божественных сил? В тот момент Кира ненавидела ролевые игры, Британию, Виктора, дыры во времени, но больше всего себя. Из своего укрытия она видела, как один из солдат, лежащих на земле, пошатываясь, поднялся и оказался за спиной Ареса. Кира была слишком далеко и безнадежно опоздала. Ее предостерегающий крик заглушил торжествующий вопль стражника, дважды всадившего кинжал в спину своего врага.

– Нет! – девушка, позабыв все на свете, бросилась к упавшему Аресу. – Нет! Так не должно быть. Ты же сказал, что ничего не случится! Ты не можешь взять и умереть, – Кира упала на колени. – Нет, ты не можешь умереть. Нет!

Кто-то вцепился ей в волосы и потащил прочь, но Кире было уже все равно, что с ней будет. Она словно смотрела фильм в замедленной перемотке. Внутри было так холодно, словно из груди вынули сердце, а вместо него вложили кусок льда.

«Поверни время вспять». Слова родились в глубине ее памяти. «Дай мне эту власть».

– Помоги мне, – обращаясь непонятно к кому, произнесла Кира. Может быть к солнцу, невозмутимо сиявшему на отмытом дождем небе. Чувство вины, скрутившее ее изнутри, вырвалось из груди. Безумный взгляд девушки остановился на довольном Гроне, который крутил в руках меч Ареса. Кире показалось, что она чувствует знакомое тепло рукояти и тяжесть клинка. Меч разделял терзавшее ее чувство вины и боль потери. И он хотел мести.

– Он горячий, – внезапно закричал Грон и попытался отбросить меч, – Помоги мне, Джон! Он жжет меня!

По лезвию бежали синие сполохи.

– Это колдовское оружие!

Меч уже прожег перчатку и послышался запах паленой кожи. Солдаты отшатнулись от командира. Даже тот, что держал Киру, выпустил девушку из рук и толкнул под ноги неудачливому товарищу.

– Помогите мне! Помогите! А—а—а!

Орущий от боли мужчина исчез в свете исходящем от меча. Грозное оружие, продолжая сиять, упало в грязь рядом с Кирой. Воины взялись за рукояти своих мечей и шагнули к девушке. Три клинка взлетели над ее головой. Никогда в жизни Кире не было так страшно.

«Возьми меч!»

Чьей бы ни была мысль, постучавшаяся в ее сознание, Кира, не раздумывая, послушалась – схватила странное оружие и бросилась прочь с линии ударов. Воинов ее готовность сражаться сильно удивила. Кира удивилась еще сильнее, когда меч в ее руке зажил своей жизнью. Он сам парировал удары, таскал девушку за собой, заставлял выполнять акробатические кульбиты, уводя из—под ударов. Кира висела на рукояти и про себя молилась, чтобы солнце не скрылось в облаках, а меч не стряхнул ее кому-нибудь под ноги. Бой закончился очень скоро. Один из солдат с развороченным животом корчился на земле, другой после рубящего удара по шлему тряс головой и тихо подвывал, третий прижимал к груди прожженные до кости руки. Прочие обратились в бегство. Кира еще раз огляделась и, убедившись в отсутствии новых врагов, кинулась к Аресу. Меч, наконец, позволил ей снять руку с рукояти и ткнулся навершием в ладонь хозяина. Лезвие продолжало светиться тревожным синим светом

– Этого не может быть! – Кира закусила губу, чтобы не завыть в голос, – я не верю, что ты умер! Ты же бог! Ну, очнись же! – она вцепилась в Ареса и отчаянно затрясла его.

Разумом Кира понимала, что все это бессмысленно, но отказывалась признавать очевидное. Потом не выдержала и заплакала. На меч она уже не смотрела. А его сияние между тем становилось все ярче и ярче. Оно окружило Киру, приглядываясь и прислушиваясь, а потом проникло в ее тело. Девушка словно с головой нырнула в теплое и ласковое море. Вокруг была гармония, гармония с миром, гармония с самой собой. Притуплялась боль, стиралась усталость, исчезал страх. Кира никогда не чувствовала себя настолько целой. Целой и способной на все. Она будто превратилась в центр огромной синей спирали, которая раскручивалась и уходила в небеса.

«Вернись ко мне». Она это подумала, или кто-то произнес это за нее? Кира не знала к кому обращается. Ее сознание уплывало в далекую Вселенную, вслед за уходящим в никуда силуэтом.

«Вернись, я прошу тебя!» крикнула она и рухнула вниз с огромной высоты. Спираль, Вселенная и чудесный свет разом исчезли.

Арес медленно сел и мотнул головой. Удивиться своему воскрешению из мертвых помешал рыдающий вихрь, который снова опрокинул его на землю.

– Слава Богу! Ты напугал меня до потери сознания! Ты соврал мне что не умрешь! А сам!

Здравая мысль о том, что фамильярность с богами ничем хорошим обычно не заканчивалась, мелькнула в голове плачущей Киры и тут же растворилась.

– Я соврал, —Арес согласно кивнул. – А ты почему осталась? Я тебя так напугал, что ты забыла, куда бежать?

– Нет, не забыла. – Кира покачала головой. – Я не смогла. Ведь это все из-за меня. Вы чуть не погибли из-за моей глупости.

Арес с минуту смотрел на нее, как на полностью помешанную и, наконец, вынес вердикт:

– Безнадежна. Ладно, Цирцея, нотацию отложим на более подходящее время. Расскажи мне, что у тебя снова приключилось?

– Это все меч. Я только за рукоять держалась, – Кира не могла поднять глаза, настолько ей в тот момент было не по себе, – мне очень хотелось их наказать, но я не думала, что он начнет убивать.

Арес поднялся на ноги, помог встать Кире и вложил меч в ножны.

– Не думай об этом.

– Я могла его остановить.

– Не могла. Меч думает и решает сам, как и все в проявленных мирах. Забудь о том, что случилось, Цирцея. Если повезет, это будет твой первый и последний раз.

– Почему вы меня так называете? Ведь у Гомера, Цирцея – злое божество.

– Тебе не идет человеческое имя. Что касается поэм Гомера, можешь при случае поинтересоваться у Немезиды, что ей перепало за рассказы о несуществующих потомках нашего всевидящего.

– Так и эти мифы тоже сказки?

– Сказки. Последний раз новые атланты появлялись еще во времена титанов. То, что случилось потом, сильно повлияло на нас. Атлант, который убивал, практически не способен испытывать любовь и пребывать в гармонии. Нашими детьми должны были стать вы. Люди. – пояснил Арес в ответ на ее непонимающий взгляд. – Что из этого вышло, страшно вспомнить. Все, Цирцея. Время заканчивается. Надеюсь, у тебя больше нет необходимости задерживаться в Британии?

– Нет, – Кира покачала головой, – с меня хватит. Я хочу домой.

– Отлично.

Она приготовилась идти дальше, но вместо этого мир вдруг поплыл, а когда снова обрел четкость, под ногами была плита, а вокруг те самые камни. Через секунду возникла уже знакомая Кире по первому путешествию боль. Межвременная воронка втянула их в себя и с гулом захлопнулась.