Глава седьмая

– Удачи – Проф явно опасался за нас – И осторожнее, пожалуйста. Он очень нездоровое существо. И очень сильное.

– Ну, это нормально – успокоил его я – К тому же и мы все тут не без шороха в голове, согласитесь?

– Я с вами – встрепенулась Настенька – Мало ли что?

– Маленькая моя – вся эта сцена мне напоминала романы, которыми когда-то зачитывалась моя мама. Не то, чтобы я сейчас по этому поводу растрогался, но на душе стало приятно – Не думаешь же ты, что мы с ним на кулачках там биться будем? Дикий человек, заросший рыжим волосом, без мозгов и тормозов, к тому же еще может и прокачавший силу с телосложением – оно мне надо выяснять, кто из нас кому челюсть раздробит?

– А может, он и уровни даже получил – внезапно добавил Трифон – Они же есть в информационной таблице? Этот хмырь сколько уже народу убил, может за них чего дают?

Тут я усомнился – я тоже двоих положил и ничего подобного мне за это не капнуло. Впрочем – кто знает? Характеристики тоже отсыпают, как бог на душу положит.

– Пойду – нахмурилась Настя – Я все-таки…

– Все, споры окончены – чуть повысил голос я – Вы трое сидите здесь – мы пошли. Павлик, антенну прихвати, что ты отломал, кто знает – может у нашего волосатика уже и помощники появились. И вот еще что – следите за тем костром. Когда все закончится – мы вам сигнал подадим – ветками помашем. Ну, вот так.

Я изобразил несколько беспорядочных движений руками над головой.

– Ясно? Когда вы их увидите, то знайте – все в порядке. А дальше сами решайте – хотите утра ждите, потом туда подтягивайтесь, хотите – потихоньку выдвигайтесь сразу. Но я бы посоветовал дождаться утра – неизвестно, в каком там состоянии люди, а потом – здесь вода, нам будет разумнее сюда прийти… Вероятнее всего так и будет.

Шли молча. Павлику было ощутимо беспокойно, он помахивал антенной, которая посвистывала, описывая круги и явно тем самым пытался придать себе вид бесстрашного героя. Я это осознавал, а потому не собирался ему мешать – пусть его. Не думаю, что у него в сгинувшем мире были подобные ситуации, полагаю, весь его боевой опыт насчитывает пару драк в школьном дворе, а может и того не было. Да и у меня в его нежном возрасте за спиной настоящих боевых операций не было, только имитационные схватки.

Но и особого трепета я не испытывал – наследство генерала обеспечивало мне заранее выигрышный расклад, моральная же сторона проблемы в данной ситуации просто не существовала.

В том, что это стоянка именно Окуня, я убедился еще шагов за пятьдесят до нее. Ну кто еще мог так смачно реветь, мешая матерные слова и громогласный хохот.

– Ну что б…ь, пшек? Чё? Мало? Ну иди сюда, б…ь, я тебе…

И дальше уже вовсе густая матерщина полилась, а за ней послышался звук удара. Видно, нашла себе волосатая детка какую-то новую цацу, и сейчас с ней играется. Надо поспешить, а то поломает ее еще, а мне бы на эту игрушку до того момента глянуть. «Пшек»? Никак, к нему на огонек набрел какой гость из Речи Посполитой?

– А, пся крев – снова зареготал утробный бас – Не по душе?

– Павлик, в разговор не лезь, страхуй мою спину – коротко приказал я юноше и ускорил шаг.

Костер горел ярко – видно, дров не жалели, надо думать, рабы уже были припаханы на работы. Ну да, это в космос выходить долго, обратно в рабовладельческий строй спуститься куда быстрее. Да и люди, сидевшие около огня, меньше всего напоминали успешных жителей в прошлом прогрессивной и развитой Земли. Обреченность и какое-то безразличие – вот, что я увидел на их лицах. Всего полтора дня – и они сдались. Не слишком ли быстро?

А Окунь и впрямь был здоров, бродяга. Я пока видел только его спину, но и она внушала немалое уважение. Этот был бугай метра под два в росте, натурально заросший рыжим волосом и с широченными плечами. И он действительно бодро уродовал какого-то бедолагу. Точнее – он его душил, подняв в воздух одной рукой и сжимая его горло, причем не было заметно того, что это для него слишком трудная задача. Врать не стану – в рукопашной я бы на себя не поставил. Уж очень здоров…

– Развлекаешься? – по возможности дружелюбно спросил я, щелкнув за спиной флажком предохранителя. Не то, чтобы мои принципы не позволяли мне стрелять в спину – это все чушь. Просто – так вышло. Нет ответа – почему.

Сначала ко мне повернулись лица сидевших около костра людей, Окунь же не спешил. Сначала он отбросил в сторону почти задушенного бедолагу, прорычав —

– Ты это, пся крев, полежи, нах…й тут. Подожди. Я сначала вон, с новенькими перетру.

А он и вправду не человек – с легкой оторопью понял я, глядя в лицо того, кто ко мне повернулся. Да в какое лицо? В морду! У человека не бывает глаз с вертикальным зрачком и таких зубов. Да это же вообще… Волк?

– Ыыы! – явно наслаждался выражением моего лица Окунь – Круто, да? Я сначала, б…ть, злой был, думал, нае…ли меня эти умники, а сейчас вон, все, как и обещали получается. Я же оборотнем быть хотел! И стал!

О как. Стало быть, тут еще и оборотни есть. Зашибись. Нет, в таком мире без пулемета не жизнь.

– Впечатляет – сообщил я, не лукавя – А этого за что рихтуешь?

– Поляк он – Окунь рыкнул, видно на речь метаморфоза тоже повлияла – Не люблю их, б…й. А ты что за хрен с горы?

– Смерть твоя скоропостижная – решил не продолжать дискуссию я, к тому же ноги Окуня явно напряглись для прыжка. Он, несомненно, был из той породы зверо-людей, которые сначала брали собеседника за горло, а потом уже переходили к основному обсуждению вопросов.

Пистолет сухо кашлянул, но увы, я не попал оборотню в лоб, как планировал – он все-таки прыгнул. Не промахнулся – да это было бы и сложно, расстояние-то всего-ничего. Но и не убил его – пуля ударила Окуня в район ребер, явно снизив уровень его жизни, но не прикончив.

Черт, он и сигает как волк – навесом как-то. Я кувыркнулся вправо, правда в падении стрелять не решился – у меня и раньше-то этот номер не проходил, а уж сейчас…

Окунь завыл, покатившись по траве, это была совершенно уже не человеческая речь, хотя отдельные слова все-таки я мог разобрать, что-то вроде «пушка» и «тварь».

– Павлик, в сторону – крикнул я, встав на одно колено и водя стволом. В прыжке Окунь проскочил изрядное расстояние, да еще и получив пулю, покатился кубарем.

Я видел его – темным пятном он лежал на траве. Можно было бы всадить в эту тушу еще пару пуль и все, но это непозволительная роскошь. У меня нет в запасе ящика патронов.

– Не жить тебе – услышал я глухое ворчание. Темная фигура сгруппировалась и встала на четвереньки. Елки-палки, он же сейчас может просто свалить отсюда и все. А потом прийти на следующую ночь. Или через ночь. Ну нет, это уж чересчур.

– Что, заочковал? – как можно ехидней крикнул я – Оно и понятно – это ты с бабами силен, мужики-то небось с тобой там, в нашем мире, небось даже разговоры не разговаривали, сразу на четыре кости ставили. Да ты и сейчас, я гляжу, уже для меня изготовился? Так я тебя томить не буду – уже иду. Вот только мотню расстегну.

Окунь вскочил на ноги и повернулся ко мне, и в этот момент костер вспыхнул ярче, как бы стараясь мне помочь. Он осветил гигантскую фигуру оборотня-убийцы, хорошо осветил, вполне достаточно для того, чтобы я влепил ему пулю в лоб.

Туша убийцы и насильника грянулась на землю и через мгновение истаяла.

Я перевел дух и опустил пистолет. Чтобы я еще когда вступал в диалоги с теми, кого хочу убить. Нет уж – стрелять в затылок или спину, и не дискутировать, а то больно дорогостоящим это общение выходит.

С минуту стояла тишина, только костер потрескивал. Молчал я, успокаивая адреналин, бушующий в венах, молчали и люди у костра, явно не слишком веря в произошедшее.

– Бардзо дзинкуе, панове – нарушил тишину недодушенный бедолага, так и валяющийся на земле – Бардзо.

– Поляк – то ли спросил у него я, то ли констатировал этот факт.

– То есть так, поля́к – подтвердил он – Владек Врожек, с Торуни.

– А я Сват – помахал ему рукой с пистолетом я – Из Москвы. Ты давай, не помри там.

– Постарам… – Владек вздохнул – Я постарать-ся.

– Павлик, ты там в порядке? – окликнул я своего недоросля.

– Ага – он вышел из темноты – Не, Сват, ты видал зверюку? Если бы у меня были штаны, мне бы сегодня их стирать пришлось.

– Давай, ветками помахай – прервал я его эмоциональную речь – Наших успокой, там Настюха, небось, места себе не находит.

– Простите, а вы кто? – наконец подал голос один из рабов. Из тех, что мужского пола.

– Вы меня не узнали? – удивился я – Неужели?

– Простите – нет – плотный мужик с смутно знакомыми чертами лица улыбнулся.

– Я – Абрахам Линкольн – отставив ногу назад и вздернув подбородок вверх я принял героическую позу – Борец за освобождение рабов.

Внезапно одна из женщин всхлипнула, ее как-то скрючило, она завалилась на спину и начала дергаться, как в приступе эпилепсии.

– Шутки хороши к месту – назидательно сказал мне плотный – И ко времени. Вы сострили, а у человека вон истерика началась.

– У меня есть право шутить тогда, когда я этого хочу – отметил я, обводя глазами лица четырех мужчин, сидевших у огня – Я его получил, когда вон того лося завалил. Вы бы могли тоже шутить в любое время, если бы сделали это еще вчера, не дожидаясь меня. Но нет, вы просто сидели и отводили глаза в сторону, когда он убивал тех, кто был смелее вас и вон, клейма кобылкам ставил.

– Убили его – спасибо – плотный встал – Мы очень вам благодарны, от всего сердца, честно. Но больше мы вас не задерживаем.

Павлик засмеялся.

– Вот это прямо от души – я тоже не смог не улыбнуться – То есть я могу идти?

– Да-да – плотный окинул людей взглядом. Липким таким взглядом, оценивающим – Всего доброго.

– А вы как дальше? Справитесь сами? – меня все это забавляло. Ну, почему бы не посмеяться?

– Я – лидер одной из фракций в Государственной Думе, я знаю, как управлять людьми – с достоинством сказал плотный – Олег Евгеньевич Черняховский, возможно вы обо мне слышали. Да, мы тут все немного подрастерялись, такое бывает, но сейчас все уже благополучно, статус-кво восстановлен и теперь позвольте уж мне решать – кто в моей группе свой, а кто тут и лишний.

– Павлик, не маши – попросил я юношу, который не переставая смеяться, сунул в костер два ветки – Не надо.

– Сват? – удивился он.

– Сват, Сват – рассеяно ответил ему я и оглядывая бывших заложников страховидного Окуня.

А ведь с ними все можно сделать очень просто – сам того не желая, этот новоявленный повелитель группы подсказал мне, как отделить еще людей от уже не людей.

– Значит все слушаем меня – деловито обратился я к ним – Что там, дама оклемалась уже? Способна адекватно информацию воспринимать?

Забившаяся было в истерике женщина все еще хватала воздух ртом, но кивнула, показывая, что слушает меня.

– Значит так. Как вы слышали, зовут меня Сват, вот такое имя. Я, как и господин Черняховский, тоже лидер, только не большой фракции в Думе, а маленькой группы здесь, в этом мире, и я прямо сейчас ухожу к этой своей группе. Кто хочет идти со мной – может это сделать, я ничего не имею против. Правила в нашем коллективе очень простые – чужих мы не боимся, своих в обиду не даем. И не отлыниваем от дела – у нас это не принято.

Ваша сила повысилась на единицу!

Я даже и не удивился. Интересно, кстати, – а сколько было у покойного Окуня силы? Ох, наверное, немало.

– Ну и особое уважение тому, кто профессией какой владеет – химию знает, технологии строительства или еще чего полезное – закончил я свою речь.

Поляк, все так же и лежавший на траве вдруг что-то забормотал, горячо и эмоционально, но теперь я его совершенно уж не понимал.

– Он понял ваши слова и говорит, что идет с вами – неожиданно сказала совсем успокоившаяся женщина – Только вот подняться на ноги не может – бодрости совершенно нет и поэтому очень боится, что вы его с собой не возьмете.

– Да ладно, не возьмем – хмыкнул я – Возьмем. Русский с поляком – братья навек.

Тут Павлик покопался в карманах куртки, которые располагались у него на бедрах и достал из одного порядком помятую грушу.

– Вот, заныкал – объяснил он мне – А то этот наш проглот юридический все ведь подъест к утру.

Парень протянул грушу Владеку, тот кое-как ее взял и надкусил. Прожевав кусок он уже бодрее снова затараторил.

– Слушайте, точно – женщина всплеснула руками – Там же еще один лежит, ну, тот что постарше.

– Еще один? – не понял я – Какой еще один?

– Они вышли на свет костра – затараторила девушка, глазастая и русоволосая, вскакивая на ноги – Этот… Ну, Окунь, он так и сказал – «Запалим посильнее, пусть рыбка ловится». Ну вот, эти двое и поймалась. Одного он связал, а этого бить начал, развлекался.

Она дернула за руку свою соседку, та тоже встала.

– Мы сейчас – сообщила глазастая и сиганула в сторону.

– Павлик, помоги барышням – попросил я юношу и снова перевел взгляд на свою первую собеседницу – А вы польский знаете?

– Я была гидом в турагентстве – безразлично пожала плечами женщина – Так что пользы от меня будет немного, вряд ли вас заинтересует детальное знание Европы.

– Гид – это еще и знание языков – не согласился с ней я – У меня уже есть один переводчик, но их много не бывает.

– А я альпинистка – сообщила внезапно женщина, сидящая с краю – Еще стритрейсингом занималась, профессиональный водитель.

– Не поверите – химик-технолог – подняла руку ее соседка – Нефтянка.

– Крекинг-процессы? – выдал я все познания в этой области, причем женщина похоже это поняла и заулыбалась.

Господину Черняховскому это все похоже сильно не нравилось, но он молчал. Оставшиеся мужики понурились и смотрели кто в землю, кто на огонь.

– Сват, это испанец, прикинь – Павлик вернулся с девушками, ведя под руки немолодого дядьку. Тот что-то бормотал и массировал руки – И еще я веревки целый моток там нашел.

– Веревки? – я посмотрел на гида.

– Мы нашли проржавевшую машину – пояснила та – Там все было сгнившее, но зато в багажнике лежала абсолютно целая бухта веревки.