– Потому что это не органический материал – пояснила женщина-химик – Я это сразу поняла. Эта веревка не из природного материала сплетена, а из чего-то вроде стекловолокна.

– Ола, амиго – помахал я ему рукой.

– Ола – испанец был усат и седовлас. Он, как и Владек разразился целой речью, которая, увы, осталась для меня загадкой. Единственное, что я понял – это его имя. Звали его Раймондо.

– Он говорит, что очень признателен за помощь – пояснила женщина-гид – Он думал, что ему конец и это было очень досадно. Еще он говорит, что его зовут Раймондо, но лучше назвать его Рэнди, так привычней для уха.

– А по-английски он не говорит? – спросил я у ее.

– Но – Рэнди меня понял – Но инглес.

– Не хочу на вас давить – развел руками я, выразительно смотря на женщину-гида – Но мой переводчик ни испанского, ни польского не знает. Кстати, скажите им, что мы сейчас уходим и они могут идти с нами. Ну, и в двух словах про то, что я говорил вам.

Гидша совсем приободрилась – у нее появилось дело. Это великая вещь – когда ты знаешь, что полезен. Посмотрим, что скажут другие.

Всего у костра было восемь женщин (хотя по моим подсчетам должно было быть семь. Видно, еще прибилась одна, на свою голову. Блин, тут идешь – и хоть бы кто встретился, а к этому убивцу народ как мотыльки на огонь летел) и все они уже стояли на ногах.

– Они пойдут с вами – ответила мне переводчица и два иностранца утверждающе замахали головами – И я тоже, если вы не против.

– Не против – помотал головой я – Я же все ясно сказал – кто хочет – может идти с нами. Легкой жизни не обещаю, но давайте так – как оно все пойдет, во многом от нас самих зависеть будет. Простите уж за избитую фразу.

Ладно, половина вроде ничего, хотя двое из восьми, по-моему, ни о чем – студентки, судя по возрасту. Впрочем, Настя тоже второкурсница, а откуда что берется. Самое главное – не сломались они, не расплылись. А истерика – что такого, обычная реакция на нестандартную ситуацию. В конце концов – это же женщины, им можно.

А вот мужички молчат. А нет, вон, один зашебуршился. Странно, на вид вроде крепкий парень.

– Я бы тоже с вами – рот у него словно был набит горячей кашей – Если можно.

– И я – немедленно сказал второй, что сидел рядом с ним.

– Пошли – согласился я – Но с вас спрос другой будет и разговор еще тоже впереди. О чем – сами понимаете.

– С тобой не пойду – неожиданно выдал третий и Черняховский расплылся в улыбке – Я им всем в глаза смотреть не смогу.

– Позиция – признал я – Ну, тогда бывайте. Мы пошагали, нам еще по темноте ноги глушить час, не меньше.

– Я и с ним не останусь – угрюмо заявил третий, мотнув подбородком в сторону Черняховского – Тот еще… Соглашатель. Нет уж.

А ничего мужик. Видно здорово его сейчас проняло. Жалко, что не присоединился, есть в нем стерженек. Но тут уговаривать нельзя, политика.

– Тогда и я с вами – радостно сообщил нам Черняховский – Если уж все туда – и я туда. А кто из нас главный – время покажет.

– Извините, господин хороший – заступил ему дорогу я – Вы сказали, что вы решаете, кто может быть в вашей группе, а кто нет. Это ваше право, но я оставляю за собой аналогичное. Вам в нашей дружной компании делать нечего.

Глаза у Черняховского забегали, он явно не слишком понимал, что происходит.

– Пойдешь за нами – сверну шею – пообещал ему Павлик и махнул антенной, чем вызвал немалый интерес Рэнди. Его этот блестящий прут явно чем-то заинтересовал.

– А… – Черняховского хотел что-то сказать, но Павлик снова махнул антенной и заток групп и соответствий им промолчал. Надо думать – от греха подальше.

– Слушайте, а больше никакого наследства от Окуня не осталось? – спросил я, прежде чем уйти от костра. Ну, а что такого? Ему уже не нужно, этому политику тем более, а нам по бедности все сгодится, что не дай.

– Нет – глазастая, подтверждая свои слова даже помахала руками – В машине той правда несколько кусков материи было, обшивки от сидений, мы хотели их было взять, но он не дал. Ему нравилось, что мы так ходим, голыми.

– Ну, это понятно – в данном случае это было и вправду объяснимо, настолько тут все было на своих местах – Тебя как зовут?

– Галка – заулыбалась девушка – Ну, это в жизни. А здесь я Дрю 16.

– Даже не хочу догадываться почему «шестнадцать» – признался я – Лучше я тебя Галкой буду звать.

Когда мы уходили в ночь от костра никто не обернулся назад, на оставшегося там человека. Не было смысла. По-хорошему надо было бы вернуться и свернуть ему шею, поскольку оставлять за спиной если не врага, то неприятеля это очень глупо, но я не стал. Не стоит лишний раз пугать людей, им и так досталось.

Наверное, стоило все-таки помахать палками, обозначив то, что мы живы-здоровы. Ну, хотя бы для того, чтобы Настя не орала на нас как оглашенная, когда мы встретили ее на полпути к рощице. Наш отважный биолог тащил за собой дубинку и явно собирался за нас мстить.

– Я там чуть с ума не сошла – гомонила она, норовя дать Павлику пинка – Я думала – все уже!

– Настенька, успокойся – пытался урезонить ее Проф, который вскоре подтянулся к месту рандеву – темп ходьбы шустрой девушки он выдержать не мог – Все живы, все здоровы.

– Илья Ильич – оживились две женщины и затараторили наперебой – Вы целы? Господи, вот счастье-то! Мы то уж думали…

– Слушайте! – рявкнул я и остро пожалел, что нельзя шмальнуть в воздух – Давайте дойдем до рощи, а там уже одна проорется вволю, вы двое порадуетесь, а я лягу спать.

– Очень правильное решение – звонко сообщила Галка – Чего встали? Идем, идем!

Наш отряд растянулся в некое подобие цепочки, во главе его топала злая как собака Настя, замыкал его Проф со своими знакомицами, подозреваю, что их в первую очередь интересовали подробности обо мне и моих спутниках.

– Вроде никого не потеряли – Галка пристроилась сбоку, стараясь попасть в мой шаг – Ничего, добредем до рощицы, водицы попьем вволю. Эта-то скотина нам напиться сроду не давал, говорил «Нечего жировать» или еще какую пакость. О, испанец-то наш не промах, вон, вокруг Ленки как увивается! Весь седой, но похоже ходок, ходок!

И впрямь – обернувшись я увидел, как Рэнди что-то говорит гиду, при этом показывая на Павлика, идущего наособицу.

– Что он хочет? – спросил я у Тамары, замедлив шаг и показал на Рэнди.

– Его очень заинтересовал предмет, тот который в руках у вашего… Наверное, подчиненного?

– Бойца – поправил я ее – У меня нет подчиненных, у меня есть члены группы, которые делятся по выполняемым обязанностям. Вы например – переводчик. Павлик, сюда иди.

Юноша подошел к нам и вопросительно глянул на меня.

– Слушай, вон испанца антенна твоя заинтересовала – обратился я к нему – Дай, пусть поглядит.

Павлик пожал плечами и протянул Ренди указанный предмет.

Тот схватил ее, осмотрел навершие, после глянул на нижнюю часть и возмущенно что-то сообщил нам на своем певучем языке, при этом постукивая по антенне.

– Он говорит, что варварство вырывать антенну из рации таким образом, теперь ему будет очень непросто приспособить ее обратно, особенно без специальных инструментов – устало сказала Тамара – Еще он спрашивает, в каком состоянии рация и какой она модификации.

– Стоп – я остановился, остановились и все остальные, включая тех, кто шел за нами – Тамара, а он что, в радиотехнике соображает?

– Конечно – минуту спустя, обменявшись с испанцем репликами ответила Тамара – Он был владельцем небольшой сети радио и автомастерских в Валенсии, она специализировалась на винтажных и раритетных моделях, по тому и по другому направлениям. Поэтому его и возмутило такое отношение к явно старинной и очень дорогой вещи, тем более очень полезной в данной ситуации.

– А машины? – сразу решил уточнить я – Он их только чинит или собрать из нескольких одну тоже сможет?

Тамара обменялась с Рэнди несколькими фразами и сообщила —

– Можно и собрать, ничего сложного в этом нет, но тут будут нужны инструменты, оборудование и помощники. На коленке такие вещи не делаются, вы должны это понимать.

– Понимаю – я махнул рукой, показывая, что можно продолжать движение, тем более что остальные наши спутники уже пропали в темноте – Скажите ему, что для кого для кого, а для него место в нашей группе гарантировано.

Рэнди заулыбался и подойдя ко мне потянул мне руку, которую я с удовольствием пожал. Нет, такой специалист стоит двух патронов. И с поляком надо будет поговорить – он вообще, чем занимался в той жизни?

Трифон спал и недовольно заворчал, когда наша орава с шумом и гвалтом ввалилась в рощицу, разбудив сладко посапывающего Трифона.

– Ну, у тебя и нервы, юрист – я испытал к Трише определенное уважение. Вот ведь как человеку все пофигу – Неужто за нас не переживал?

– Переживал – зевнул он – Но наше дело правое, и потом – вдвоем на одного? Даже втроем – про пистолет забыл. Слушай, накой ты столько бабья притащил, а? Шума от них будет много, еды им надо тоже немало, а ее у нас и для себя почти нет. А вот насчет пользы я крепко сомневаюсь. Вроде так пара крепких девок среди них есть, но остальные – это камень на наших ногах.

Самое главное, что определенная логика в его циничных словах была. Теперь у меня женский батальон – мужчин меньше выходит. И их действительно надо кормить, поить и защищать. Может, вернуться к лесу? Там ягоды, окопы покопать, рацию вытащить из бункера, благо Рэнди есть. Но это будет шаг назад, не знаю отчего, но я был уверен, что лес – это некая начальная площадка, или как его называют в играх – стартовая локация. Очухаться, подкормится – и в путь.

– Настя, подели на всех остатки груш – сказал я все еще нахохленной девушке – Ну, если что-то осталось.

– Что-то осталось – с достоинством заметил Триша – Пять штук.

Подвиг. Как есть подвиг. Как он все не съел?

– Простите, но у нас вопросы есть – обратилась ко мне одна из женщин – Общего, организационного порядка.

– Все завтра – устало ответил ей я – Завтра будем знакомиться и все прочее. А сейчас – спать. Дежурные – Проф, Триша и…

– Я могу – вызвалась Галка – Я в темноте как сова вижу, у меня же нейродатчики стоят.

– Какие нейродатчики? – с меня слетел сон.

– Обычные – Галка приблизилась ко мне, ее глаза оказались напротив моих, и я увидел, что это что угодно, но только не обычные человеческие зрачки. Там что-то пульсировало, центрировалось, перестраивалось.

– Я во Фьюче собиралась, вот и вживила себе специальные чипы. Пришлось правда за это двадцать процентов бодрости от общего значения отдать, но это ладно. Зато теперь вижу отменно – хоть в даль, хоть в темноте, плюс встроенный дальномер, плюс еще кое-какие бонусы – похвасталась Галка.

– Ладно. Смены по два часа, последняя – твоя.

Я зевнул, пристроился так, чтобы пистолет был надежно зафиксирован спиной (а сон у меня чуткий с детства) и отключился.

Погода с утра была отменная. Уж не знаю – нам ли так везло или тут просто другой не бывает, но опять светило солнце и дул приятный ветерок.

Все уже были на ногах, когда я продрал глаза. Они негромко переговаривались, пили воду и явно ждали моего пробуждения. Все явно хотели знать – что дальше? Ну, кроме ветеранов, которые и так все знали, а потому сидели своим кружком и лениво перебрасывались словами.

Надо отметить – поляк и испанец тоже сидели отдельно, рядом с ними примостилась Тамара.

Я не торопясь подошел к ключу. Ополоснул лицо, напился, уже привычно проверив состояние показателей («Голод» близок к желтому сектору. Плохо) и сказал.

– Значит так, все новоприбывшие. Собрания мы устраивать не будем, на это нет ни времени, ни моего желания. Поэтому вот вам сразу вся установочная информация, которую вы приплюсуете к том, что слышали ночью. Мы идем искать лучшей доли. Где она есть и есть ли она – не знаю, но думаю, что не может здесь, в виртуальном мире быть такого, чтобы ее не было. Я – лидер группы, мое слово первое, оно же последнее. При этом я готов выслушать любые разумные предложения, особенно аргументированные. Но самовольства и наплевательства на общие интересы не потерплю. Наказание за это простое – пинок под зад. Никаких «Возьмем на поруки», никаких «Ну, бывает». Не то место и не та ситуация. Теперь по кадровому вопросу. Вон, видите девушку Настю?

Все посмотрели на девушку Настю, которая задрала точеный эльфийский носик вверх и горделиво оправила на себе шелк знамени.

– Вот она у нас главная по личному составу. У нее есть карандаш и бумага, в течении дня подходите к ней, называете себя и свою профессию, она вас записывает, а вечером я хочу видеть этот список у себя в руках. Я могу сейчас выслушать все ваши имена и изобразить, что я их запомнил, но это будут враки. Все знают, что больше трех человек сходу не упомнишь, поэтому мне нужен список. Настя?

– Будет – лаконично ответила смышлёная девчонка, не задавая вопросов вроде «А где бумагу взять?». Опять молодец.

– А вот вопрос! – это была вчерашняя дама, которая еще вечером пыталась мне его задать.

– Давайте – позволил я – Но сразу говорю – не хочу терять времени, оно дорого. Голод подопрет и всё, все сгинем.

– Вот и я про то – закивала дама – Куда мы пойдем? Этот упырь просто крутился на месте, а это верх глупости.

Я взял гражданку на заметку – толковая ремарка. Да и сама она – лет тридцать, бедра широкие, плечи крепкие. Хоть паши на такой.

– Я хотел идти дальше по равнине – помолчав сказал я – Но мне неизвестно, как далеко отсюда места, богатые едой. За спиной же, в полудне ходьбы есть лес, там ягоды, плодовые деревья. Но при этом это шаг назад, мне не хотелось бы поступать именно так.

– Насчет еды не знаю – Галка подняла руку, как в школе – А равнины этой еше осталось километров на двадцать, не больше.

– Откуда знаешь? – немедленно отреагировал я.

– Так глаз-ватерпас – горделиво сообщила она – Еще когда вчера с этим уродом мы по округе бродили, я это заметила. Там правее лес есть, не роща, конкретно лес, а по центру обрыв. Горизонта нет, есть просто пространство – стало быть обрыв или крутой склон.

– Путано, но ясно – я был доволен. Это уже что-то – Больше ничего не разглядела?

– Да нет – пожала плечами Галка – Ну разве только что… Развалины там какие-то.