Хотя в прошлый раз у меня Сэмади грузом на ногах висел, потому я оттуда с помощью Пауни не смог смыться. А тут я сам по себе буду, главное, Назира с собой случаем не прихватить. Ну да, он уже как моя тень, вон Ведьма и та на него никакого внимания не обращает, но тут ассасин станет не телохранителем, а лишним весом. Что до Мастера Стрекоз и того, как он в большой мир возвращаться станет – не моя печаль. Товарищ хотел на Серые Равнины? Он на них попал. И все, моя совесть чиста.

– Перед тем как портал откроешь, свою мелкую попроси поглядеть, не присоседился ли к вам кто, – посоветовала мне глава «Гончих», – а то и ты одного человека в группе недосчитаешься, и нам поляну спалишь. Плюс в этом случае ты попадешь на кругленькую сумму. Дружба дружбой, а денежка счет любит.

Собственно, на том мы с ней и расстались. Седая Ведьма отбыла в свой замок формировать ударную группу, которая вольется в ряды мятежников, ну а я отправился в королевский замок Пограничья. Это, пожалуй, на сегодня для меня идеальное место для окончания игрового сеанса. Ну да, при новом входе в игру меня могут встретить шум, гам, даже скандал, но хотя бы не топор, летящий в голову, и не мрачный сырой подвал с кандалами.

Вику я дома не застал, она куда-то умотала то ли пирожные трескать, то ли в «тренажерку», то ли вовсе лясы с Генриеттой точить. Последнее ей, как она мне признавалась, очень нравится, в первую очередь тем, что сестрица Зимина ее всегда очень внимательно слушает, сама при этом почти ничего не говоря. Мол, редко когда так выговориться получится, поскольку обычно собеседницы вместо того, чтобы посочувствовать, наоборот, её своими проблемами загружают.

Впрочем, это меня ни разу не расстроило, поскольку на вечер у меня имелись свои планы, не терпящие отлагательства. Ну и выспаться хотелось. Все же подкосило меня вчерашнее мероприятие с его беготней по пересеченной местности и исполнением роли дичи в прицеле охотника. Я же человек, нервная система у меня не железная.

Еще раз прикинув так и эдак, я решил направиться со своими печалями к Зимину. Ну да, игровая часть больше висит на Валяеве, а техническое исполнение вообще на Костике, но слово Зимина в ряде моментов является решающим. Нет, недавно он, конечно, находился в шаге от опалы у Старика, но ее ведь не случилось? Да и кто там не был за последнее время? И Валяева глава «Радеона» жестко на место ставил, и Азову, сдается мне, пару раз крепко прилетело.

И тут мне снова повезло, причем сразу два раза. Елизы, которую я продолжал побаиваться, в приемной не оказалось, а вот Зимин в кабинете присутствовал. Правда, не один, там еще и Азов обнаружился.

– Киф! – обрадовался мне последний. – Мы как раз о тебе беседу ведем.

– Радостно, – ответил я. – Наверное. А в каком ключе?

– О живучести твоей размышляем, – дружелюбно пояснил безопасник, вольготно разместившийся на диване. – Ты же как кошка, у тебя девять жизней, похоже, в запасе. И перитонит тебя не угробил, и наемники не прибили, и вчера вон из снайперки не прикончили. Мне иногда кажется, что если я в упор выстрелю, то пуля, наверное, тебя стороной обогнет.

После этих слов он достал из наплечной кобуры свой пистолет и щелкнул «флажком» предохранителя.

– Возможно, – не стал с ним спорить я, усаживаясь в кресло и доставая из кармана сигареты. – Но предлагаю эксперимент все же не устраивать. А ну как нет? Я-то ладно, но вы же еще дырку в мебели сделаете, а она, похоже, антикварная, наверняка немалых денег стоит. Возможно, даже дороже, чем я со всем своим везением.

– Вроде и сострил, а как-то не смешно, – убрал оружие обратно Азов. – Раньше шутки позубастее были. Что, совсем достало все?

– Пока не край как, но пределы уже близко, – не стал скрывать я, щелкнув зажигалкой. – Причем даже не знаю, что именно меня вымораживает сильнее – сюрпризы тут или беготня там. Хотя беготня еще ладно, а вот тупиковые ситуации в игре… Даже не тупиковые, а, скорее, сильно непроработанные.

– Ну-ну, – заинтересовался моими словами Зимин. – Куда ты на этот раз гнешь? Что опять у нас не так и какие послабления хочешь получить?

– Да никуда я не гну. Реально игровой косяк. Короче, получил я сегодня квест…

Рассказывая о сложившейся ситуации, я погладил себя по голове за то, что выбрал правильного собеседника. Валяев, скорее всего, уже орать бы начал, апеллируя к тому, что никто не обещал, что мне легко будет. Зимин же слушал внимательно, не перебивая, и даже какую-то пометку в ежедневнике, лежащем на столе, сделал.

– Вот и выходит, что задание может быть провалено не по моей вине. Даже не так – по вине некоего условного игрока. Мой квест ведь мог и кому-то другому достаться, правильно? Да хрен с ним, с квестом. Цепочка полетит, причем не какая-то типовая, а скрытая, не сказать, сюжетообразующая. Ясное дело, что игрок разозлится будь здоров как! Столько сил, столько времени прахом пошло, причем вины его в этом по факту и нет. Ну не может же он в игре двадцать четыре на семь сидеть. Да еще, заметим, кучу игровых проблем он огреб, считай, за просто так. Цепочка-то тю-тю, а репутация ниже плинтуса осталась. Само собой, он тут же начнет везде, где только можно, грязь на «Радеон» лить. Там, не ровён час, его крики души какие-нибудь ретивые правозащитники заметят, а этим только дай повод с кем-нибудь против чего-нибудь побороться. А особенно если речь идет об очень даже богатенькой компании.

– Все, остановись, – попросил меня Зимин. – Я смысл уловил.

– Не-а, – покачал головой я, – не до конца. Условного игрока мне очень жалко, но себя еще больше. Если я эту цепочку завалю, то решение той проблемы, которой вы мне нервную систему уже полгода расшатываете, отодвинется на некоторый срок. И вы же с Валяевым мне первые на мозг присядете.

– А как тут одно с другим связано? – удивился Зимин. – Где принц и где Странник?

– Представь себе – рядом, – затушил я сигарету в пепельнице. – Если принц маму свою с престола скинет, то Западная Марка не только под его руку уйдет, но и под протекторат Тиамат. А ей со Странником делить, в отличие от Мессмерты и Витара, нечего. Они не прямо вот друзья-друзья, конечно, но и не противники. И то – пока не друзья, а там разные варианты возможны, вплоть до полноценного военного союза. По сути, эти двое – стороны одной монеты, то есть договориться смогут. Страннику не нужны небеса, а Тиамат, в отличие от той же Мессмерты, умеет договариваться тогда, когда ей это нужно. И если такое случится, то поверь, новый Черный Властелин, возможно, переправится через Крисну раньше, чем планировалось. Тут вы его и цап!

– Притянуто за уши, конечно, но не лишено смысла, – произнес Зимин. – Только я не очень понял – ты от нас-то чего хочешь?

– Хочу, чтобы вы надлежащее распоряжение Костику дали, – пояснил я. – Насчет того, чтобы никакой битвы до того момента, пока я не окажусь в нужном месте в нужное время, не случилось. Ну или хотя бы чтобы он дал мне знать о том, что она скоро начнется. Не знаю… Просто позвонил бы и предупредил. Или еще что-то придумал.

– Ну у тебя и запросы, – усмехнулся Азов. – Дай каши, дай ложку…

– Я живой человек. Я спать иногда должен. Питаться. Предаваться разным физиологическим радостям. Еще у меня, если вы, Илья Палыч, забыли, другая работа есть, где хоть иногда появляться надо. Завтра вот, кстати, в редакцию собираюсь и минимум полдня там проведу. Опять же, вон в четверг мне на Арене рубиться. Тоже, кстати, свинью мне хорошую ваш рандом подложил. Выбор кланов-соперников огромный еще, но меня он вывел ровно на того, который способен нанести такой репутационный урон, что ни в сказке сказать, ни пером описать. Я когда про это услышал, то вообще хотел из игры выйти, вас набрать и тихо-тихо в трубку прошептать: «Измена, Илья Павлович!»

– Поясни, – потребовал безопасник, и я с удовольствием выполнил его просьбу.

Выслушав меня, он помолчал, а после произнес:

– Измены тут нет, но в целом хорошо, что уведомил. Макс, а переиграть результат жеребьевки уже никак не получится?

– Технически можно, разумеется, – ответил Зимин. – И даже обоснование какое-нибудь под это дело подкрепить реально, мол, во избежание возможных конфликтов на почве веры кланы «Линдс-Лохен» и «Меч и посох» получают других противников, но по факту делать мы этого не станем. Не из-за возможных разговоров, на них плевать. Не хочется создавать прецедент.

– Логично, но печально, – воздохнул я, было воодушевившийся внезапно возникшей перспективой перемены участи.

– Прими ситуацию как есть, – посоветовал мне Зимин. – Опять же, серьезные испытания сближают коллектив и закаляют его дух. А поражения для лидера вроде тебя еще полезнее, они позволяют узнать, кто на самом деле является твоим соратником, а кто – просто случайным попутчиком. Ты же еще ни одной по-настоящему важной битвы не проиграл?

– Почему, было, – возразил я. – В Пограничье, когда Лоссорнаха только-только на престол начали подсаживать, нас разгромили наголову. Правда, мы после поражение в победу превратили, но это другая история.

– Короче, дерись с тем, кто достался. А насчет твоего квеста я с Костей поговорю. Чего-нибудь придумаем.

– Вот это правильно, – приободрился я. – Благодарю!

– Что-то еще? – уточнил Зимин. – Или на этом все?

– Есть еще одна тема, – вспомнил я. – Что с отделом по связям с общественностью? Определились, кто начальником его станет? До мая, конечно, времени еще много, но пока новый человек дела примет, пока освоится… А турнир – это вам не Арена, там все посложнее, как по мне, будет. Надо хоть какие-то квесты прописывать, разработать систему наград, достижений, бонусов. Конечно, какие-то наметки уже есть, что-то еще аж Вежлева придумала, какие-то моменты Верейская подготовила, плюс Ксюша тоже свою лепту внесла… Была у меня такая сотрудница в редакции.

– Знаю-знаю, – тонко улыбнулся Зимин.

– Ну да. Вот только их всех уже нет, разъехались они по другим филиалам, кто поближе, кто подальше, а мероприятие в плане стоит. И скажу честно – моих ресурсов на него не хватит. Более того, шиш я их на это дело расходовать стану. В конце концов, наше дело подобные темы освещать информационно, а не разрабатывать. Тут нужен специальный толковый человек. Нет, отдел по связям с общественностью тоже, конечно, тут непонятно с какого бока припека, но на эту тему пусть у них штаны преют. В офисных делах каждый сам за себя стоит.

– И что, у тебя есть какие-то предложения по кандидатурам? – вроде бы и заинтересованно, но при этом несомненно меня провоцируя, уточнил Зимин.

– Ой, Максим Андрасович, тебе ли не знать, что меня вчера на пьянке со всех сторон обхаживали по этому поводу все кому не лень, – решил не заигрываться я. – Но тут вот какое дело – не люблю просить за того, кого вообще не знаю. А не знаю я там всех, потому шли бы они лесом. Сами выбирайте, ваши кадры – вам и думать. Главное – побыстрее.

– Молодец! – похвалил меня Азов. – Верная точка зрения.

– Хотя… – я щелкнул пальцами. – Небольшая личная просьба: буду рад, если это место не достанется девушке Ане, той, с которой вчера Валяев развлекался. Нет, относительно ее деловых качеств ничего плохого сказать не могу, поскольку с ней не работал, там проблема в другом. Стрессоустойчивость у нее на нуле, и тому я сам свидетель. Она всю обратную дорогу прорыдала только из-за того, что Никита ее с собой в машину, на которой вы отбыли, не взял и обратно пришлось со всеми ехать. Она же уже себе какие-то планы начала строить, а тут такой облом. Вот только что с ней будет, когда я эту красавицу по матушке начну посылать по каждому поводу?

– Кто бы сомневался, – подтвердил безопасник.

– Нет, может, и ничего не будет. Или, к примеру, она меня еще дальше отправит. Но если нет? Если начнутся слезы, сопли и вопли: «Вообще-то я девочка, со мной так нельзя?» Мне это зачем? Я к чему? Может, лучше взять на эту должность мужчину? Нефартовый это пост для слабого пола, не держится он на нем. Только сработаешься, так сразу у них какая-то командировка в дальние края нарисовывается, – продолжил я. – К чему сказано – мне под шашлычок с водочкой некто Острогин своего племянника Славу рекомендовал. Может, вы с ним пообщаетесь? Сразу скажу – в душе не волоку, ни кто сам Острогин такой, ни что из себя его племянник представляет, но он уж точно не станет сопли на кулак мотать по поводу того, что ему не довелось в большой черной машинке с начальством прокатиться. Лично мне этого достаточно.

– Услышь тебя сейчас какая-нибудь суровая защитница женских прав, то сразу бы определила в категории «шовинист», «мизогинист» и даже, возможно, «ксенофоб». Или еще чего похуже.

– Да и пусть ее. Хочет видеть то, чего в помине нет, – и ладно, я на это вот такой болт клал. Здесь речь о статистике и не более того. Один раз – случайность, два – совпадение, а третьего мне не надо.

– Кстати, о редакции, – перебил меня Азов. – Как у тебя там дела с новым главредом? До прямого конфликта не дошло еще?

– Пока нет, – ухмыльнулся я, – но все впереди. Да-да, я помню, что он существо для компании полезное, вернее, родня его «Радеону» крайне интересна, но, боюсь, в какой-то момент придется делать выбор, что именно для нас важнее – связи или служебная тайна.

– Поясни, – подался чуть вперед Азов.

– Так я вроде уже говорил – товарищ чем дальше, тем больше пытается сунуть нос в наши внутренние дела, – пояснил я. – Больше скажу – в какой-то момент он наверняка пожелает перейти границу того, что называется «коммерческая тайна». Не знаю, зачем это ему надо, просто из любопытства или какие конкретные планы у него есть, просто излагаю факты. Меня он под себя гнуть пытался, сейчас вот двух своих девиц мне в редакцию запихнул как глаза и уши. Дальше сами делайте выводы.

– Если зарвется – осечем, – поймал взгляд Зимина Азов и сразу ответил на незаданный вопрос.

– Ну и я маленько пособлю, – хмыкнул я. – Не с самим Голицыным, это вы сами. С глазами и ушами.

– И как именно? – заинтересовался безопасник. – А ну-ка?

Я скромничать не стал и подробно рассказал о том, что именно мы с моими коллегами в редакции провернули. И, заметим, мой рассказ имел немалый успех.

А вот на следующее утро, если честно, я о своей инициативе немного пожалел, и на то имелись веские причины…