Глава первая,
в которой герой в очередной раз сильно недоволен происходящим

– Да ладно тебе, командор! – хлопнул меня по плечу Слав. – Согласен, не повезло. Но это не «Пророки» или, того хуже, «Воины Света». Вот тогда да. Тогда совсем труба.

– У «Воинов» два белых элефанта есть, – сообщила всем Мысь. – Сама видела, как они их после покупки на аукционе по улицам Мейконга водили. Прямо демонстративно, напоказ. Прикиньте, белых элефантов с увеличенным запасом жизни и бивнями, обладающими особой пробивной силой, на весь Раттермарк всего два и есть – мальчик и девочка, Боба и Биба. И обоих Мастер Стрекоз купил.

– Представляю, сколько он за них отдал! – прониклась Элерин.

– Цена не обнародовалась по просьбе покупателя, – вступил в беседу Амадзе. Он подошел ко мне, тяжко вздохнул, положил руку на плечо, для чего ему пришлось встать на цыпочки, и задушевно произнес: – Согласен. Мы глубоко-глубоко в… В этой самой.

– Да чего такого случилось-то? – изумилась Флакки. – Откуда столько пессимизма?

– Ну, ладно, вон та дура дурой, – показал наш казначей пальцем на Элерин, которая в данный момент начала изображать из себя слона, приставив руку к носу и тем самым контурно обозначив хобот. – Но ты-то вроде не совсем уж конченая?

– Вы правда не понимаете, что сейчас произошло? – изумленно осведомился я у сокланов, вынырнув из ступора, в который отправился сразу после того, как издал истошный вопль. – Без шуток?

– Судя по всему да, – заметил Шеркон. – Нет, мне-то понятно, в какое дерьмо мы только что влипли, но лучше будет, если ты всем-всем-всем разъяснишь, что произошло и отчего ты истошно орал.

– Причем желательно в самых простых выражениях, – посоветовал казначей. – Или в лицах покажи, что ещё лучше.

– Лицедейству не обучен. – Я уселся на ступеньку, жалея о том, что в Файролле нет сигарет. Хотя… Хотя бы в игре, наверное, стоит вести здоровый образ жизни. – Не выдали мне при рождении данного таланта. Но объяснить надо.

– Было бы здорово, – согласился со мной игрок с ником Долгопыра, стоящий в первых рядах.

– Это кто? – спросил я у сокланов. – А?

– Не знаю, – ответила за всех Мысь. – Мужик, ты кто такой?

– Турист, – бодро ответил Долгопыра. – Любуюсь варварской архитектурой. Но мне ведь тоже интересно, что у вас не так?

– Ты совсем страх потерял? – одновременно возмутилось сразу несколько игроков «Линдс-Лохенов». – Интересно ему! А ну пошел отсюда! Давай-давай!

– Чего орать-то так? – удивился Долгопыра, которого чуть ли не пинками погнали с лестницы. – Подумаешь! Да все, все, ухожу.

– Народ, а пошли-ка в замок? – предложила всем Кролина. – А то, гляжу, расслабились мы слишком. Скоро и казну клановую из закрытого помещения сюда перенесем – подходи, честной игровой народ, бери, кому что надо!

– Только-только хотел предложить, – сообщил ей я, поднимаясь со ступеньки. – Айда в малую каминную, там точно никого нет. И сестрица, холера ее забери, туда без нужды не заглядывает с тех пор, как король представителей королевы Анны в ней раком поставил. Ну, когда Сайрин им коврик-вонючку презентовала еще.

– Было, было – запереговаривались сокланы, улыбаясь – Ох, они тогда орали! Сайрин красотка, умыла их!

– Венок, – поправила меня виновница того происшествия. – Не коврик…

– А чего королеве не так? – удивилась Кро. – Нет, она со странностями, но тут вроде все правильно сделано? С соблюдением интересов Пограничья? Да и потом – она же не невесть откуда сюда сосватанная, а местная уроженка. С чего тогда такая позиция? Что за низкопоклонничество перед Западом?

– Так-то оно так, но есть нюанс, – пояснил я. – Просто она считает, что с Эйгеном лишний раз лучше не ссориться, по крайней мере, до той поры, пока принц не подрастет более-менее. Вот и остались неприятные ассоциации с помещением.

– В принципе аргумент, – выслушав меня, согласилась Кролина. – Ладно, пошли уже.

В каминной было пусто и сумрачно, но ровно до той поры, пока в нее не набилась наша компания и Ариадна не метнула маленький клубок огня в камин, после чего в нем весело затрещали мигом занявшиеся пламенем дрова.

– Тренька! – окликнул я фею, которая, естественно, увязалась за нами. – Проверь-ка, не присоединился ли к нам кто незваный и нежеланный?

– Не, никого, – сообщила мне через минуту проказница, которая для пущей уверенности не только каминную оглядела, но даже и в коридор выглянула. – Все чисто.

Я дождался, пока все разместятся, развернул кресло, стоящее перед камином, уселся в него, обвел взглядом сокланов, рассевшихся за столом, и пальцем поманил к себе Элерин.

– Чего? – опасливо уточнила та.

– Сюда иди, – пояснила Трень-Брень, которая, повертевшись под потолком, в результате разместилась на подлокотнике моего кресла.

– Зачем?

– Потому что! – рявкнула вдруг обычно тихая Фрейя. – С тебя все началось.

– Скажи мне, родная, ты знаешь, кто наш небесный покровитель? – поинтересовался у подошедшей Элерин я.

– Конечно, – бойко ответила та и ткнула пальцем в направлении неба: – Тиамат. Кто же еще?

– Верно. А у «Меча и посоха» кто?

– В душе не волоку!

– А! – кивнул я. – Тогда лично к тебе претензия снимается. Ну, кто знает, под кем Сайрус ходит?

– Блин, верно же, – помрачнел Слав. – Однако деградирую, ответ-то на поверхности лежит.

– Не ты один, – куснула губу Фрейя. – Даже стыдно стало.

– Так кто у них покровитель-то? – завертела головой эльфийка.

– Лилит, – ответил ей я. – Но это не все. «Меч и посох» – они такие же, как и мы. Это титульный клан богини, тот, который первым ей присягнул на верность и следом храм поставил. Первый дом небожителя на земле.

– Блин! – Веселье сползло с вечно улыбающейся мордашки Элерин. – По ходу, это жопа.

– Она самая, – подтвердил я, переводя взгляд с одного соклана на другого. – Полная. Если мы сольемся, то наша небесная госпожа в самом лучшем случае разгневается.

– А в худшем? – спросил кто-то.

– Даже не могу представить, – признался я. – Может, лишит права первокланства, может, сметет замок Лоссорнаха с лица земли или превратит нас всех в статуи и закинет их в море. Ну а после выберет себе более достойных игровых представителей для того, чтобы они приняли из наших хилых рук победоносное знамя Тиамат. Понятия не имею, что именно ей взбредет в голову. Но то, что мало нам точно не покажется, – это гарантирую.

– Выходит, надо побеждать? – резонно предложила Элерин.

– Да хорошо бы, кабы так, – улыбнулся я, глянув на нее. – Но давайте будем объективны – в плане боеспособности ребята Сайруса нас делают, как бог черепаху. Не потому, что мы прямо слабаки, просто на то есть веские и объективные причины. «Меч и посох» – клан старый и клан сильный. Вы не хуже моего знаете: опыт и стаж в Файролле много чего решают, особенно в этом разрезе. Думаю, они на Арену при желании два, а то и три равнозначных состава могут выставить, мы же один более-менее пристойный на прошлую схватку еле набрать смогли.

– Но выиграли же? – заметил Гудвин.

– Ой, ладно, – недовольно поморщился я. – У кого именно напомнить? Нет?

– И чего, сдадимся? – уточнил Шеркон. Не возмутился, не стал рвать на себе кольчугу, опровергая мои слова, а именно уточнил.

– Вот уж нет! – ответил я. – Такой вариант в принципе невозможен. Наоборот, будем стоять на Арене до последнего, зубами их грызть начнем, если без оружия останемся. Тиамат должна видеть, что мы сделали все, что могли, и даже больше, отстаивая ее имя и интересы. И умерли с ее именем на устах, что тоже важно. Это наш единственный шанс. По крайней мере, мне пока в голову ничего больше не приходит.

– Зря мы тогда доспех тому облому вернули, – вздохнул Амадзе. – Нет, заплатили нам за него хорошо, но кабы знать…

– Ты о чем? – уточнил я.

– Забыл? Ты тогда броню уникальную притащил, с какого-то их воина снятую, а я после за немалый куш ее обратно в «Меч и посох» запродал.

Верно-верно. Было. Как, бишь, этого слоняру-то звали… Э-э-э-э… А! Игрэйн Лютый. Он еще немало гэльтов посек, что Вайлериуса охраняли, прежде чем мы его прикончили. И только после того, как скопом навалились.

– Знать бы прикуп… – продолжил казначей. – А теперь мы через нашу скаредность проблем получим ого-го сколько. Там такая бронька, что с ней половину наших можно разметать, не потеряв и части здоровья. Ее не всяким мечом вскроешь.

– Мой косяк, – признал я. – Не надо было возвращать, твоя правда. Лучше бы я из нее чучелко сделал, как с самого начала собирался.

– А хотите, я его убью? – вдруг предложила Трень-Брень.

– Кого? – с сочувствием глянула на нее Фрейя, а после даже подошла и потрогала лоб феечки.

– Ну этого, в броне. Да убери ты руку свою! Нет, серьезно. Я тут недавно пару заклинаний выучила под свой класс, с которыми вот таких шкафов только и валить. Да что вы ржете? Я серьезно!

– Договорились, – приобнял я фею за плечи, – Игрэйн за тобой.

– Кто?

– Ну, рыцарь этот. Так, двое из двенадцати участников есть.

– Почему из двенадцати? – удивился Слав.

– По правилам, – ответил ему я. – В самом начале было сказано: в первом туре будут драться группы по двадцать четыре игрока, во втором – по двенадцать, в третьем – по восемь. Ну а в финале, наверное, двое на двое.

– Ты мне место обещал! – выдвинулась вперед Флакки. – Чего вы загалдели? Уровень у меня нормальный, клан никогда не подводила, «Меч и посох» презираю уже минут пять как. Аж зуб крошится, как их не люблю!

– Было, обещал, – кивнул я. – Да и в остальном все так. Ты третья. Мысь, ты четвертая, Кро пятая. Кому, как не ей, стрелками командовать?

– Хорошо хоть не забыл, – фыркнула моя замша.

– Ты о чем?

– О своем.

– Так, с лукарями все, – в целом поняв, что она имеет в виду, но при этом решив не обращать на происходящее внимания, продолжил я. – Фрейя, ты шестая. И Тэйри скажи, что она седьмая. Вдвоем управитесь или еще Сайрин возьмем для внесения нотки безумия в происходящее?

– Безумия? – заинтересовалась означенная особа, устроившаяся в уголке каминной и читающая какую-то книгу.

– Если с Тэйри, то нормально, – кивнула магесса. – Не надо Сайрин.

– Не надо, – кивнула наша блаженная и снова углубилась в книгу.

– Ариадна, ты здорово прибавила за последнее время, – глянул я на девушку-огневика, которая печально вздохнула. В принципе, я не должен ей ничего объяснять, конечно, но не хочется обижать невниманием очень и очень перспективного человека. Есть в Ариадне потенциал, причем немалый, это даже я, не особо заморачивающийся на клановые «внутряки», вижу. – Но будем объективны: пятьдесят пятый уровень для Арены – ничто. Тебя завалят в первые же минуты.

– Да я понимаю, – отозвалась та. – Только хотелось же…

– Ничего-ничего, – приободрил я ее. – Сдается мне, что для тебя работа и забава уже скоро найдется. Кро, твоя точка зрения по магам. Двух хватит?

– У них точно будет минимум на одного больше, – потерла лоб моя замша. – Сайрус к магии неровно дышит, я это давно заметила. Тем более что он себе это может позволить из-за разницы в боеспособности наших и его «танков». Потому нам лучше, конечно, усиливать нападение. Только перевести все в ближний бой, других вариантов не вижу. Хотя этот их Игрэйн… Вспомнила я его. Турок или Нокс из «Гончих», пожалуй, один на один его бы сделали, но у нас таких ходячих крепостей нет.

– У вас есть я! – возмутилась Трень-Брень. – Сказала же – верзила на мне. Все, забудьте про него.

– Дай бог нашему теляте волка задрати, – вздохнул я и я глянул на столпившихся вокруг меня сокланов. – По бойцам – Вахмурка, Гуго, Торин, они самые мощные из наших гномов. Это десять. Шеркон и Слав – одиннадцать и двенадцать. Собственно, все, мне группа видится такой. Если у кого есть другое мнение на этот счет – готов выслушать. Но только давайте без разных «почему он, а не я», хорошо? Четко, обоснованно, коротко. Если аргументы убедительны – начинаем обсуждение.

– Плюс имейте в виду – нам, если что, геморроев прилетит больше, чем тем, кто на трибунах сидел, – добавил Слав с ухмылкой. – Кто на Арене – тот и крайний.

– Кстати, да, – кивнул я. – Совсем этот фактор не учел. Потому, если кто хочет свою кандидатуру снять – не вопрос. Обид никаких не будет, и шушуканья за спиной тоже. Это игра, репутация в ней – не последнее дело, а тут ее профукать можно на раз-два.

– Я свое место никому не уступлю, – мигом заявила Флакки.

– Мне вообще пофиг, – хихикнула Трень-Брень, доставая из сумочки, висящей у нее на боку, длинный леденец в пестрой обертке. – Трудно потерять то, чего нет.

– Чистая правда, – заметила Фрейя. – Причем твои ум, честь и совесть находятся там же, где и репутация. То есть в некой космической черной дыре, куда никто никогда не доберется.

– Удобно, – задумчиво пробормотала Элерин, а после, встрепенувшись, заявила: – Я тоже хочу на Арену. Вам без меня не справиться!

– Предупреждение первое, оно же последнее, – устало сказал я. – Пойми одну простую вещь – кому дурака включать в серьезный момент, у нас уже есть, так что тут ты опоздала. И, заметим, Тренька в такие моменты, как сейчас, или молчит, или говорит по делу.

– Вот-вот! – пискнула фея.

– Трень наша, а эту мы вообще не знаем, – вдруг произнес Снуфф. – Может, сразу ее из клана того? Чую, неделька будет ой-ой, на фига нам эта клоунесса?

– Правильно! – поддержала ее фея, растягивая рот в улыбке. – И вообще она мутная какая-то. Мне сразу не понравилась.

Элерин, поняв, что сейчас никто тут не шутит и ее присутствие в клане на самом деле висит на волоске, дальше выпендриваться не стала и эдак незаметно сначала переместилась в уголок залы, сев рядом с Сайрин. Мол, все-все, читаю книжку, не отсвечиваю.

– Заметь, Хейген, эта все же поумнее нашего бедствия, – сообщила мне Фрейя. – Вон спорить не стала, тихонько слилась.

– Тогда пока пусть будет. Так, что еще? Тем, кто попал в состав, но здесь и сейчас отсутствует, передайте, что они в группе. И вот еще что. Кро, резервных бойцов назначь по каждой кандидатуре, включая наши с тобой. Жизнь есть жизнь, мало ли что до четверга случится? Может, у кого-то зуб разболится, пересдачу в институте назначат такую, что не задвинешь, или интернет отключат.

– Сделаю, – кивнула эльфийка. – Да и вообще мы с тобой еще это все не раз обсудим. Блин, вот чего мы тот первый бой не проиграли? Сейчас бы жили спокойно, готовились захвату и разграблению Запада, а вместо этого что?

– Перспектива стать первым кланом, который попадет в опалу вообще ко всем вернувшимся богам, – невесело рассмеялся я. – Пусть и поневоле. Может, даже какое-то достижение дадут. Да нет, наверняка дадут, нам же прилетит ого-го как. Тиамат будет зла за то, что мы проиграли. Лилит нас в черный список кинет за то, что мы, вместо того чтобы поднять лапки кверху, сражаемся с ее фаворитами до последнего зуба. Ну а у Мессмерты и Витара ко мне лично имеются сильно старые счеты, которые они, конечно же, при первой возможности перенесут на мой клан. А выход из фавора у Тиамат как раз она и есть.

– Про это ты нам не рассказывал, по крайней мере, в полном объеме, – заметила Фрейя. – Прямо большие счеты?

– Немалые. Да не суть, дела давние. Я к чему – даже если огребем, то хоть неслабо выпендримся!

Как ни странно, народу такая перспектива понравилась, он даже снова галдеть начал. Я же говорю – странный у меня клан. Алогичный, живущий по принципу «чем нам хуже – тем нам лучше». Бред? Бред. Но весело же!

– Не думаю, что Тиамат нас проклянет навеки, – негромко добавил Амадзе. – Храм-то никуда не денется, он как тут стоял, так и дальше стоять будет. Первокирпич из основания не вынешь так просто.

– Разумно, – кивнул я. – Да и первожрец на нас подвязан намертво. Флоси северянин, ему условие «или я, или они» ставить глупо, он кого хочешь в этом случае по матушке пошлет, просто из принципа. Хотя, конечно, первожрец не храм, его-то сменить можно. Но пока суд да дело, Тиамат и отойти может.

– Плюс война на Западе, – добавила Кролина. – Если Вайлериус опять слабину не даст и предательства какого не случится, то мы хорошо можем там подбрюшье Мессмерте порезать, ощутимо. А это уже аргументы. Ну и ты сам – тут покаешься, там волосы на себе порвешь, глядишь, богиня и смилостивится.

– Вот хоть выгоняйте меня, но вы странные, – подала голос из угла Элерин. – Чем перебирать, какие у вас будут неприятности, куда проще взять и победить на Арене. И тогда все будет совсем хорошо.

– Дитя, – растрогался Слав.

– Нуб, – поправил его прямолинейный Шеркон.