– А вот это был бы самый паршивый для нас расклад, особенно случись такое в ближайшее время – ответил я ему – Харизматичный вождь, который идет по миру с огнем и мечом, нам сейчас и нафиг не нужен. Нам надо этот мир сначала исследовать, насколько это возможно. Все ресурсы близлежащие выбрать под ноль. Усилиться людьми – и воинами, и мастерами. В конце концов тот берег Большой Реки разведать. А вот потом можно и о чем другом подумать. А если начнется большая война – хана этим планам.

– И мы вернулись в конечную точку – хихикнула Милена – Этого-то мастера, что ручей декорировал, искать будем?

– Нет – твердо сказал я – У нас есть цель, мы идем к ней. Да и кто такого доброй волей отдаст? Случись такое, что у нас, например, попытался бы кто-то Рэнди со двора свести, так я бы ему горы золотые пообещал, лишь бы он не сбежал.

– Нууу… – Одессит погладил цевье автомата – Это все дело техники…

– А вот и нет – жестко сказал ему я – Как раз настоящих спецов-то силой я принуждать работать не буду. Хороший мастер должен работать не из-под палки и дело тут не в гуманизме. Одно дело, когда он что-то делает, для как для себя, и совсем другое, когда для того, кто лишил его свободы. Я не демократ и не филантроп, мне вообще плевать на подобные вещи. Я – прагматик и точно знаю, что люди хорошо, по-настоящему, работают только тогда, когда верят в полезность того, чем занимаются. И любой разумный лидер это тоже прекрасно понимает.

– Как все непросто – пожаловался кому-то Крепыш и заворочался, укладываясь поудобнее.

– И то – глянул я на него – Утро вечера мудренее.

– Тихо – сказал Голд и поднял вверх указательный палец.

Все замолчали, насторожившись, и в наступившей тишине мы услышали далекий вой.

– Волки что ли? – пробормотала Настя, кладя руку на кобуру.

– Может – волки – ответил ей Голд – Может – кто другой. Я в тонкостях воя не разбираюсь. Сват, накаркал ты.

Существа, которые издавали столь протяжные и пугающие звуки были далеко от нас, этот вой был где-то на грани слуха, но было ясно, что издает его не одна и не две особи, а много, много большее их количество.

– Если волки – еще ничего – Крепыш привстал, опираясь на локти – А вот если какие-нибудь варги, как в книжках… После скелетов ходячих я в них верю, Да что в них – даже в хоббитов готов поверить.

– Они охотятся – уверенно сказал Джебе, автомат лежал у него на коленях – Дичь загоняют.

– Почем знаешь? – немедленно поинтересовался Одессит.

– Чую – пожал плечами Джебе – Не могу объяснить.

В чутье я верил, это дело такое. И еще я точно знал, что вряд ли захочу встретиться со стаей волков, когда они на охоте, даже при наличии огнестрельного оружия. Отбиться-то мы отобьемся, но вот ничего хорошего от подобного столкновения ждать не приходиться.

– Наемник, пусть парни повнимательнее за равниной наблюдают – приказал я бойцу, который тоже насторожился – Кто знает, куда эту стаю занесет?

Впрочем, я мог бы этого и не говорить, он сам знал, что делать.

Несмотря на все треволнения, народ уснул быстро, скоро и меня сморил сон. Как бы то ни было, спать было нужно, ресурсы организма – они не бесконечны, особенно здесь, где это четко лимитировано.

А вот проснулся я первым, как только солнечный шар встал над равниной, все такой же пустынной.

Все еще сопели носами, досматривая последние сны, кроме постовых, разумеется. Последнюю вахту этого ночлега несли Тор и Дергач.

– Все тихо? – негромко спросил я у последнего, подойдя к нему. Он расположился на верхней части ложбинки, где мы заночевали, и внимательно мониторил окрестности, которые с этой точки просматривались как на ладони.

– Тихо – подтвердил Дергач – Никого, ничего. Олень только пробежал вон там час назад. Хороший олень, крупный. Но я так подумал – чего его убивать? Пока разделаем, пока закоптим – полдня пройдет.

– Верно рассудил – одобрил я – Буди всех, пора собираться.

Дергач кивнул и скатился на заду в ложбину, я же остался наверху.

– Волки убежали? – вскарабкалась ко мне Фира и опасливо осмотрела горизонт – Не видать их?

– Утро – я показал ей на вставшее солнце – Они спать пошли.

– Зря я с вами увязалась – пожаловалась мне еврейка – Я смелая по сути, но вчера мне реально жутко стало. Я людей – не боюсь, но все эти волки, скелеты… Не мое это.

– Тебя никто насильно с нами не тащил – назидательно произнес я.

– Я про это и говорю – в голосе Фиры я услышал раздраженные нотки – Сама виновата. И обратно не уйдешь теперь, вас одних не бросишь.

– Это не развлекательный поход – добавил в голос стали я, уловив в ее словах некую вопросительную интонацию – Что это вообще за закидоны? Захотела – пошла, захотела – обратно вернулась. У нас тут, конечно, не армия, но и не бейт-сефер^[7]. Так что, Эсфирь, чтобы я таких разговоров больше не слышал.

– Как скажете, господин начальник – обиделась на что-то в моих словах девушка, и отправилась вниз, где Наемник заливал водой угли и без того почти погасшего уже костра.

Надо заметить, что пейзаж был на редкость однообразен. Лес и Дикое Поле – вот и все, что мы видели по дороге. Причем и то, и другое – абсолютно однотипное. Дикое Поле – пустынное от края до края, только трава под ветром гнется, лес же как будто под копирку посажен – ни буреломов, ни прогнившей техники, ни хотя бы древесного разнообразия.

Причем этот удивляло не только меня. Часа через три Фира не выдержала, надоело ей молчаливое сопение идущих затылок в затылок людей.

– А где все? – довольно громко спросила она – Ну что, голые люди перевелись? Второй день идем – и ни одного не видели.

– Возможно и перевелись – заявил Голд – Не забывай – прошел месяц с гаком, как мы оказались здесь. Думаю, что все уже куда-то да пристроились, ну, по крайней мере подавляющая часть. Есть, наверное, те, кто все еще бродит в одиночку, есть. Но даже они уже выбрали оптимальную для себя форму существования, правда при этом, возможно, немного одичав.

– Еще может быть какой-то процент погибших – Настя вытерла вспотевший лоб – Но за ними могут отправлять поисковые группы, как это у нас запланировано, и все такое.

– В конце концов, здесь может быть просто такое место, где никто не появлялся – добавил от себя я – Мы не знаем механизм переноса оттуда сюда. В какие-то места может кучно разбрасывали народ, в какие-то – одиночно.

– Ну ты посмотри – Настя сделала несколько шагов в сторону – Опять неизвестный вид. Сколько же их тут?

Она имела в виду грибы. Под большой березой притулилась целая семейка пузатых зеленошляпочных красавцев.

– Внешне – болетовые – девушка, нагнувшись сорвала один из них – Но почему такие зеленые? Как трава, честное слово.

– Жареные грибочки – это объедение – погладил живот Одессит.

– Никто тебя за язык не тянул – Настя злорадно улыбнулась – На тебе, балаболе, их и испытаем вечером. Надо же знать – съедобные они или нет?

Одессит фыркнул, и подошел к девушке, открывая рот для ответа, и в этот момент я уловил в лесу движение. Да и не я один.

Какая-то фигура метнулась за деревьями, тут же меня прикрыл собой Тор, Настю Одессит, не особо церемонясь забросил за свою спину.

– Взять – скомандовал Наемник, и Дергач с Джебе немедленно метнулись по следу того, кто убегал, треща ветками кустов. Они и впрямь напоминали волков: они бежали чуть пригнувшись, в их движении была неотвратимость и какая-то жестокая радость.

– Что за… – я погрозил пальцем Тору и поискал подходящее слово.

С одной стороны – приятно, что обо мне заботятся. С другой – весь обзор перекрыл, дылда датская.

– Выполнял приказ – невозмутимо сообщил мне наследник викингов.

– Приказ – проворчал я – Ничего такого я не приказывал.

– Я приказывал – отозвался Наемник – Сват, это не обсуждается.

Хотел я сказать, что тут обсуждается, а что нет, но не стал. Не до того было уже – волчата возвращались, таща за собой замурзанную голую женщину со спутанными волосами и осунувшимся лицом.

– Ну вот – сказал я Фире – А ты говоришь – никого. По лесам они прячутся, вылезать не хотят.

– Говорил же – одичали – пожал плечами Голд – Вы на нее гляньте.

– Я бесполезная – заплакала женщина в голос – Нет от меня толка, отпустите меня.

Я удивился – разное говорили люди, когда выходили на ночной костер или попадались на дорогах маневренных групп, но вопросы полезности, вот так, сходу, никогда не обсуждались. В основном найденные люди требовали вызвать полицию, представителей администрации или попросту просили еды.

– Мадам – по возможности галантно сказал я женщине, которая все так же бессвязно бормотала и плакала – Если не секрет – вы бесполезны для чего?

– Для всего – выдавила сквозь рыдания она – Для того, чтобы греть постель стара уже, а как рабочий скот… Я слабая, я не выдержу.

Голд присвистнул и пожевал губами, это было явным признаком того, что он до чего-то уже додумался, и это ему не слишком по душе.

Да и я заподозрил неладное. «Греть постель», «Рабочий скот». Слова не из женского лексикона.

– Мы не рассматриваем вас ни в той, ни в другой ипостаси – по возможности мягко сообщил я женщине, присаживаясь на корточки рядом с ней – Но было бы любопытно знать, кто именно разделяет людей по такому признаку? Явно же вы не с потолка это взяли?

– Что за ерунда? – раздался рык Наемника, от которого женщина вздрогнула и сжалась в комочек – Как вы проглядели ее? Вы дозор, вы все должны видеть, на сто метров в любую сторону!

Это он распекал Крепыша и Флая, волчат, которые шли впереди отряда. За дело конечно, но так орать все же не стоило. Мне эту бедолагу нужно разговорить.

– Наемник, не шуми – цыкнул я на него – Человека перепугал совсем!

– Вы… не… охотники? – удивленно, по слову, выдавила из себя замарашка.

– Мы не охотники – вступила в разговор Милена и, присев, положила руку на невероятно грязное плечо женщины – Мы из Сватбурга, что стоит на Большой реке.

Надо будет с ней поговорить, чтобы она все-таки так не откровенничала со всеми, кого на пути встречает. Может, сказку ей рассказать, что было с девочкой, которая с волком в лесу поговорила и чем все это для нее кончилось. Надо же понимать, что к чему.

– А что за охотники? – Милена поглаживала плечо женщины, которая перестала наконец плакать – Кто это? За кого вы нас приняли?

– За охотников – как бы удивляясь нелепости вопроса, женщина наконец впервые подняла голову, и мы увидели, что она и вправду и немолода, и не слишком красива – Тех, кто ловит людей.

Она посмотрела на Милену, на меня, на Голда. После ей на глаза попался Джебе, с сочувствием смотрящий на Флая, потиравшего затылок после затрещины Наемника. Джебе перевел взгляд на женщину и улыбнулся, отчего его глаза превратились в две щелочки.

Лицо её исказила судорога то ли страха, то ли отвращения. Она коротко вскрикнула и свернулась в клубочек.

– Ну, вот сразу все и встало на свои места – Голд потянулся – Эх, сейчас бы…

– Чашечку кофе – закончил я его фразу – Стало быть, Дикое Поле и впрямь обитаемо.

– Да еще как – консильери нехорошо усмехнулся – В нем не только живут, в нем уже даже бизнес делают и какой славный. А прав был Проф, азиатов сюда как магнитом тянет.

– Я ничего не понимаю – пожаловалась Насте Фира – А ты? Хотя… Кого я спрашиваю!

– Ладно, надо убедиться в том, что мы правы – Голд отстранил Милену, что-то шепчущую на ухо снова рыдающей женщине, рывком поднял ту на ноги и несколько раз крепко тряханул.

– Ты чего? – возмутилась Милена, да и Одессит буркнул что-то вроде «Ну это ж дама».

– Вы в состоянии меня слушать? – не обращая внимания ни на кого, спросил у замершей в его руках женщины Голд.

– Д-да – ответила та.

– Отлично – Голд тряханул ее еще раз – Верно ли я понял, что вы были объектом охоты неких людей?

– Они меня поймали – пробормотала женщина – Но я сбежала. Они хотели меня продать кому-то, кого называли «Люди из-за Гряды». Я так поняла, что туда продают тех, кто ни на что другое не годен, и что в тех местах меня ждала смерть.

Судя по всему, эта бедолага еще не в курсе, что смерть здесь далеко не самое страшное.

– Кто такие те, кто вас поймал? – требовательно спрашивал у женщины Голд – Сколько их? Где они живут?

– Они такие же, как вон тот – женщина мотнула головой в сторону Джебе – Там, правда, и другие есть. Были еще пакистанцы, я их язык знаю, я работала в Исламабаде. Но в основном они все монголоиды. Их много, очень много.

– О как! – удивился Джебе – Сват, я тут не при чем.

– Ничего глупее ты сказать не мог – хмыкнул я и обратился к женщине – Как вас зовут?

– Полина – помолчав, сказала та – Мокрищева.

– Полина, вы мне не ответили – Голд не отпускал женщину, которая висела у него на руках как груда грязного белья – Где они? Вы можете сказать, где их лагерь?

– Там – Полина вяло махнула рукой в сторону степи – Только у них там не лагерь.

– А что? – немедленно спросил у нее я – Что там у них?

– Они называют это место «Каганат» – пробормотала еле слышно женщина и окончательно сомлела.