Глава 6

Мы проходим очередную пустынную улицу, имею в виду, что ни одной живой души нам за это время нам не попадается. И я кидаю на неё очередной взгляд, который она замечает.

- Почему ты пялишься на меня, Дэл? Хочешь попросить остановиться и отдохнуть? Мой ответ будет - нет, - она взмахивает рукой в сторону очередного здания. - Мы уже осмотрели три магазина и ничего не нашли, поэтому не время для отдыха. Ты должна это понимать, хоть ранение в совокупности с болью и велят тебе остановиться.

- Я пялюсь, - повторяю за ней данное слово, - не по этой причине.

- А по какой тогда?

- Как у тебя держится всё это время макияж?

Седьмая даже с шага сбивается. Да, признаюсь, неожиданный вопрос и весьма вовремя. Но мне правда интересно.

- В моей зоне производят очень стойкое... эм... вещество, краску, если так можно это назвать. Её используют в разных целях, в том числе и для подчеркивания глаз. Эта штука может держаться до месяца, от неё только кислота поможет избавиться вместе с кожей.

Меня передёргивает.

Я даже морщусь, представляя это.

- Кислота… - повторяю я, криво усмехнувшись. - Отличная реклама для косметики.

- Зато не течёт.

Вновь смотрю на её лицо. На тёмную подводку вокруг глаз, на чёткие линии, которые будто только что нарисовали, хотя мы уже несколько часов бегаем по развалинам, дерёмся с мутантами и вытираем кровь с лица рукавами.

И правда.

Ни одного размазанного пятна.

- Знаешь, твои глаза и без этого выглядели бы… достаточно ярко.

- Карие? - она бросает на меня быстрый взгляд. - Мне кажется, это самый заурядный цвет глаз, которые только смогла придумать природа.

- Нет. Они заметные в совокупности с твоими темными волосами.

Она на секунду приподнимает бровь, будто не ожидала подобного анализа.

- Спасибо… наверное.

Странный разговор. Наверное, седьмая думает о том же. Но так я хотя бы отвлекаюсь от непрекращающийся боли.

Несколько шагов мы идём молча, потом она вдруг усмехается.

- А помада вообще отдельная история.

- О, даже боюсь спрашивать.

- И правильно боишься. Это не совсем помада. Скорее… пигмент. Его вводят в верхний слой кожи. Он почти не стирается.

Я останавливаюсь на секунду.

- Подожди… ты хочешь сказать, что…

- Да, - девушка спокойно пожимает плечами. - По сути это татуировка. Зато не нужно обновлять.

- Очень удобно... если вдруг попадёшь на арену, где на тебя летят гиены.

Седьмая усмехается на моё высказывание, а рукой указывает в сторону очередного магазина, тем самым говоря, что мы осмотрим его.

- Не одной же мне здесь выделяться, - рукой Тори указывает себе на волосы, проводя по пряди, но смотрит при этом на меня и имеет в виду именно мои волосы.

Слово «выделяться» неприятно царапают внутри.

Если честно… будь у меня возможность, я бы наоборот предпочла не выделяться. Слиться с толпой. Стать ещё одной безликой фигурой среди десятков других игроков. Незаметной. Той, на кого не обращают внимания. Потому что всю свою жизнь я именно "выделялась". С самого детства. Ребенком - не только из-за того, что мои волосы были изначально седыми, но и своим статусом. Тем, что должна была быть невестой Кейна, хотя в детстве я не так сильно и представляла себе это, но на всяких светских мероприятиях, куда моему отцу приходилось брать меня, ко мне обязательно кто-то подходил. Взрослые, другие дети... все они проявляли внимание.

После... когда отец оказался связан и впоследствии изгнан в Разлом. Перевод в новую школу, попытка построить новую жизнь... во всех тех случаях я выделялась. Поэтому да, за столько лет, мне это надоело.

Тихо выдыхаю.

- Если бы у меня был выбор, - говорю я, - я бы как раз предпочла не выделяться.

Тори смотрит на меня так, будто я только что сказала что-то странное.

- И зря.

- Почему?

- Потому что мы на играх, Дэл, и чем больше на тебя смотрят, тем больше ты в центре внимания.

- Это как раз то, чего я стараюсь избегать.

- Рейтинг, Дэл, - внутри неприятно шевелится какое-то холодное ощущение. Рейтинг. Я уже почти посмела забыть об этом слове. - Камеры, зрители, ставки… - продолжает Тори. - Всё это влияет на очки. Чем зрелищнее игрок, тем выше его шансы. Высокий рейтинг - больше поддержки. Больше ресурсов. Иногда даже… небольшие бонусы. И это шанс на победу. Так что я тебе даже немного завидую. Одна твоя фамилия чего стоит в совокупности с сединой. Кстати, они всегда были такими? Седыми...?

- Да.

- Это... из-за чего-то?

- Нет, - я отрицательно качаю головой, - просто наследственность. У кого-то в семье был такой же цвет, мама говорила, что это из-за пигмента.

Мы уже оказываемся внутри, осматриваясь в месте, где находим даже запылившуюся одежду на вешалках. Странную одежду. Что я имею в виду под словом "странная"?

Платья. Какие-то весьма необычные, точнее, непривычные для нашего времени. Слишком короткие и открытые. Это раньше так одевались? Похоже, седьмая задается мысленно теми же вопросами, потому что берет одно из них, висящее на вешалке, все запылившееся, и встряхивает, после чего прикладывает к себе и поворачивается ко мне.

- Охереть. Я похожа в этом платье на шлюху?

- Э... не знаю, наверное, нет. Я не знаю, как они выглядят.

- У вас в восьмой зоне не бывает шлюх?

- Тебя правда сейчас интересует ответ на данный вопрос? - вместо ответа седьмая пожимает плечами и убирает платье от себя, смотря на него теперь так и проводя рукой по ткани.

- Приятное.

Ткань тонкая, почти невесомая, даже сквозь слой пыли видно, что когда-то она была яркой. Лёгкая, струящаяся, с какими-то узкими лямками и вырезом, который, как мне кажется, оставляет открытой половину груди.

Мне становится немного неловко просто от одного взгляда на него.

Наверное, когда-то это действительно было нормой. Модой.

Я медленно провожу взглядом по рядам вешалок. Таких платьев здесь десятки. Короткие, открытые, с разрезами, блестящими вставками, странными тонкими ремешками.

Сложно поверить, что люди действительно так одевались. Слишком открыто и… бесполезно.

Скорее всего, всё это осталось здесь после войн. Когда началась эвакуация, люди забирали то, что действительно имело смысл, например, тёплую одежду, обувь, инструменты и еду. То есть практичные вещи.

А это… Кто вообще в здравом уме станет тащить с собой подобную одежду, когда вокруг рушится мир? Никто. Поэтому всё осталось висеть на вешалках, покрываться пылью, ждать десятилетиями, пока сюда не зайдут два игрока из будущего и не начнут обсуждать, похож ли кто-то в этом на шлюху.

Я тихо выдыхаю.

Конечно, платья существуют и сейчас. Но они совсем другие. Более строгие, закрытые. Даже члены правящих семей, вернее, не даже, а тем более, не позволяют себе ничего подобного, в том числе и на разного рода мероприятиях. Есть ещё более лёгкие, как то, что я видела на Эйрин. У неё простое, светлое, с длинной юбкой и свободными рукавами. Такие, которые можно носить летом, когда жарко.

Обычные. Ничего вызывающего. Ничего, что выглядело бы так… демонстративно. Сейчас есть девушки, с которыми проводят досуг, так это называется, но даже они не надевают нечто вульгарное.

Я ловлю себя на мысли, что на самом деле никогда толком не рассматривала подобную одежду. Потому что… мне просто негде было её видеть. И тем более носить.

Последний раз я надевала платье, когда мне было лет восемь.

Я даже помню его смутно... светлое, с каким-то рисунком на ткани. Мама тогда сказала, что я выгляжу красиво. После этого… всё.

В восьмой зоне платья не носят. Там для них просто нет места. Дожди, грязь, работа, постоянная сырость. Там одежда - это штаны, куртка, футболка, иногда кофта. Всё плотное, прочное, такое, что не порвётся через час.

Практичное.

Платья в такой среде выглядят примерно так же уместно, как стеклянная ваза на стройке.

Я слегка качаю головой.

- Странно, - тихо говорю я.

Тори всё ещё держит платье, разглядывая ткань между пальцами.

- Что?

- Представлять, что люди когда-то так ходили.

Она хмыкает.

- Я бы не отказалась.

- Серьёзно?

- Конечно.

Она прикладывает платье к себе ещё раз, чуть поворачиваясь в сторону разбитого зеркала у стены.

- Если бы не игры и всё это… - она неопределённо машет рукой вокруг. - Я бы, может, даже носила что-то подобное.

- В таком? - приподнимаю одну из бровей, смотря на неё.

- Почему бы и нет? - девушка в очередной раз легко пожимает плечами. - Воздух проходит. Двигаться легко. И выглядит… - она ищет слово, - эффектно.

Я тихо фыркаю.

- Ты бы в таком на улице и пяти минут не прожила.

Седьмая встречается со мной взглядом через разбитое отражение.

- Эй, я и не имею в виду наши с тобой зоны, какие-нибудь более... цивилизованные. Вот выиграю игры, переберусь поближе к нулевой и буду такое носить. Мне слово не посмеют сказать. Даже косо не взглянут.

Она бросает платье обратно на вешалку, и оно мягко колышется, поднимая в воздух облачко пыли.

Несколько секунд мы просто стоим среди этих странных вещей из прошлого, потом Тори снова оглядывает помещение.

- Ладно… - говорит она. - Если тут нет аптечки, может хотя бы найдём что-то полезнее, чем одежда для вечеринок столетней давности.

Я тихо усмехаюсь.

- Согласна.

И мы начинаем медленно двигаться дальше вдоль рядов, проверяя полки, ящики и углы магазина, надеясь, что среди пыли и забытых вещей прошлого всё-таки найдётся что-нибудь, что поможет нам прожить ещё хотя бы несколько часов в этом городе.

Седьмая направляется к кассам и осматривает все там, а я двигаюсь к подсобному помещению, находя коробки с вещами, уже более нормальными, поэтому снимаю там же куртку и после футболку через боль, чтобы надеть другую. У неё немного странный фасон, то есть она короче, чем должна быть, но в любом случае хотя бы не оголяет живот, после накидываю куртку и выхожу, когда Тори поднимает руку и выглядывает из-за стойки со словами:

- Кажется, нашла.

Я возвращаюсь к ней, когда седьмая кладет на стол пыльную аптечку и открывает её.

- Смотри-ка, даже все есть. Как её только не забрали.

- Может быть, не нашли, - моя очередь пожимать плечами. Седьмая достает бинты и антисептик с ножницами.

- Вряд ли, конечно, он сохранил свои средства, но будет лучше, чем обычная вода.

- Я в этом так не уверена, - произношу, беря тюбик с жидкостью и смотрю на содержимое. На вид нормальное. - Но воды немного, поэтому да, лучше смочить этим. Если выживу, меня должны отправить в медицинский отсек, так что... используем.

Я вновь снимаю куртку и приподнимаю футболку, а Тори помогает нормально обработать рану.

Стискиваю зубы, но не из-за того, что мне щиплет, нет, ничего такого, а из-за касания.

Бинтов хватает на все, в том числе и на запястье.

Когда седьмая заканчивает, то смотрит на ножницы:

- А вот и возможное оружие. Пригодится. Заберу с собой.

- Спасибо, - благодарю ее на выдохе и снова одеваюсь.

Тори прячет ножницы в карман куртки, и мы покидаем это место, направляясь дальше.

То ли я уже свыклась с постоянной болью, то ли помогла нормальная перевязка, но идти стало немного легче.

Некоторое время мы идём молча. Тори периодически смотрит вперёд, иногда проверяет перекрёстки, иногда бросает короткие взгляды на окна.

Я же думаю о другом.

- А что на счет тебя и Джаспера? - задаю ей вопрос. - Ты про моё прошлое знаешь...

- Не знаю. Я слышала лишь то, что известно и всем остальным, Дэл.

- Оно не отличается от слухов, - подтверждаю я, - возвращаясь к вам, вы и правда участвовали в гонках, занимаясь какими-то незаконными маршрутами?

Слова звучат немного неловко, потому что, если честно, я плохо представляю, как это вообще выглядит.

Я слышала о подобном, правда очень редко, потому что слухи в нашу зону доходят с задержками и трудом. А ещё в восьмой зоне подобного просто не существовало. Там не было ни машин, ни дорог, ни смысла в чём-то таком. Максимум грузовые платформы и транспорт для перевозки материалов между объектами.

Гонки там были бы примерно так же уместны, как балет на стройке.

Тори морщится.

- Да, - она пинает носком ботинка кусок камня на асфальте. - Приходилось.

- Приходилось?

- Нужно же было как-то выживать.

Несколько секунд она молчит, будто решает, сколько именно мне стоит рассказать.

- Наш дорогой отец спускал почти все деньги на выпивку, - продолжает Тори, не глядя на меня. - Всё, что появлялось, - она пожимает плечами, будто говорит о чём-то совершенно обыденном. - Иногда даже больше, чем появлялось. Вдобавок, деньги требовались ему на лечение в том числе.

Я молчу.

- Так что нам с Джаспером приходилось… выкручиваться.

- И вы начали перегонять товары?

- Да. Из точки А в точку Б. Иногда быстрее, чем нужно. Иногда… в обход официальных маршрутов.

- Контрабанда?

- Если говорить красиво, то да, а если честно... обычная грязная работа.

Мы сворачиваем в очередной переулок. Здесь уже темнее, стены домов почти сходятся над головой, и шаги эхом отдаются между ними.

- А гонки? - спрашиваю я.

Тори пожимает плечами.

- Это уже побочный эффект.

- Побочный?

- Когда ты постоянно возишь грузы, - объясняет она, - рано или поздно начинаешь проверять, насколько быстро можешь это делать. А потом появляются люди, которые хотят проверить это вместе с тобой.

- И ставят деньги?

- Именно.

Я на секунду пытаюсь представить Тори за рулём машины, несущейся по ночной дороге. И представляю, в отличие от Джаспера, так как последний кажется мне слишком крупным для подобных дел. Там важна маневренность и ловкость, седьмая как раз такая, а ее брат - нет.