О, Великая Ночь, помоги мне! Эти маги не знают, что делают. Дай силы своей дочери и возможность совершить месть!

***

Я вывела на тёмного мага за час до рассвета, ещё сделала крюк, чтобы заставить подонка сойти с заготовленного места и обойти остальные ловушки, давая магам больше шансов. И не зря – они сделали именно то, чего я так опасалась: едва заметили Ильхиора, сразу бросились в бой. Стратегии в их атаках не было. Как и ничего интересного: они полагались только на свою силу. Умение и ловкость были на стороне тёмного мага. Должна признать, он великолепно держался против десятерых магов. Если бы не огромная сила мага огня, бой был бы проигран, не начавшись. Только огромный запас сил Уяра помог ему выжечь ловушку, в которую угодили с самого начала, а ведь та была создана наспех и по мощности уступала тем, от которых я увела их. Это решение позволило сохранить жизни его товарищам, но забрало много его сил. На мой взгляд – крайне глупый выбор: лучше пожертвовать частью, но сохранить силы. Их тут же атаковал заготовленным проклятием тёмный; в этот раз щит поставил светлый. Как они могут не понимать, что тёмный их просто измотал? Огненный маг из-под щита атаковал огнём! В этот раз очень удачно! Жар от пламени достал даже до меня, заставляя создать защитный барьер. Он выжег с километр, не меньше! Отсутствие стратегии он с лихвой перекрывал силой. В эту атаку вложил всю энергию без остатка. В тот же миг, одновременно с атакой зеленоглазого, тёмный провёл удар через землю. Их всех разбросало. Как они не поставили щит себе под ноги?! О чём они думали?! Хотя, возможно, сил уже не хватило.

Слезла с дерева. Всё вокруг горело, поэтому подняла чёрную маску, пропитанную травами, – до этого момента она была спрятана на шее. Наступать было не слишком горячо: земля схвачена весенними заморозками и прогреться не успела.

Люди лежали без движения, в глубоком беспамятстве. Подошла к светлому – он, раскинув руки, был ближе всех к тёмному. Выругавшись, проверила у магов отражающие амулеты и взяла кинжал светлого.

Осторожно подошла к обожжённому телу Ильхиора. Он начинал приходить в себя. Одежда обуглилась, прилипнув к чёрной от огня коже. Присев, прошептала одними губами – знала, что он слышит:

– Я же говорила, что умею ждать.

Он узнал мои глаза. Ужас исказил его изуродованное лицо. Вонзила кинжал в сердце:

– За сестру. Сдохни, мразь. Когда тебя демоны будут рвать в Тёмном Царстве – помни меня!

Волна тёмной энергии прокатилась по лесу. Я могла скрыть её, но тогда выдам себя, а это не входит в планы. Магам стоило лучше подготовиться: они могли нивелировать последствия, но в спешке и гневе потеряли разум. Приди Ильхиор в себя раньше – высосал бы жизнь из этих недоделков, восстановился и сбежал. И осталось бы десять трупов да сбежавший маг.

Придвинула светлого мага к тёмному. Пусть думает, что именно ему удалось совершить месть. Отдала бы честь зеленоглазому, но его тащить дальше, да и кинжал у светлого брала.

Залезла обратно на дерево, дождалась, пока маги начали приходить в себя. Сняла маску, немного испачкала лицо в саже и шумно спрыгнула вниз. Демонстративно обошла тело тёмного:

– Надо же! Смогли! И все живы! Поздравляю. Теперь – в обратный путь. Успеть бы до того, как звери обратятся на тлен.

Светлого мага поздравляли. Он качал головой и с подозрением смотрел на меня. Как и их главарь. Я и не думала сильнее скрываться – хватит с них и этого. Доказать всё равно не смогут, да и не в их интересах. С вас ещё золото стрясу, чтобы об этом позоре никто не узнал.

– Ярика, ты служишь на этих землях с десяток лет?

Обернулась на Уяра. Чего он хочет?

– Примерно. Не считала. А к чему вопрос?

– Я тебя вспомнил. Ты отчитала меня, когда я рвал груши в саду. Ты стала… красивой женщиной.

Отчитала за то, что один вор – незаметен, а двое – уже шум. Да ещё ветки ломал из-за своей неповоротливости.

– Рада за тебя. Ты тоже больше не тот пухляш, но всё такой же неловкий увалень.

Тут я погорячилась – вспомнила, как он провёл последнюю атаку, и мысли снова ушли не в ту сторону.

– По сравнению с дикой тигрицей все мы жалкие павлины…

Сказал он с сарказмом, подойдя совсем близко. Хотел почувствовать тёмную энергию? Не верит, что это его друг убил мага? Что ж, помогу поверить. Сравнение польстило, как и его мужской взгляд. Оторвала едва державшуюся пуговицу на рубахе, «случайно» коснувшись кожи. При моём прикосновении он должен понять: тёмной энергии во мне не больше, чем в эманирующем лесу. Я бы очистила тело полностью, но маги заметят аномалию – будут вопросы.

– Хорошо, что ты это понимаешь. «Тигрица» звучит грозно. Тут вредно находиться. Давайте собираться. Как понимаю, силой передвигаться вы не сможете, и обратный путь через эманирующий лес будет долгим.

Его лицо стало серьёзным. Схватил мою руку, вложив отражающий амулет:

– Надень. Защитит и впитает тьму.

С себя снял? Видимо, я перегнула. Попыталась вернуть:

– Такому уважаемому господину он важнее.

– Я не знатен, Ярика. Возьми, или выброшу! Не носил амулета, пока рядом девушка без защиты.

В его глазах – решимость. Взяла, почувствовав укол совести. Амулет мне не нужен, но сказать не могу. Им же будет хуже от этой энергии. Его поступок тронул. Надев амулет, решила быстрее увести их.

Тело, слава богам, оставили в лесу, отрезав только голову. Я бы не стала трогать, но им нужны доказательства. Хоть упаковали правильно. Достала отвар – тот самый, что готовила на особый случай. Обошла каждого, проследив, чтобы зеленоглазый выпил достаточно, трижды возвращая ему флягу. Отвар замедлит отравление.

На обратном пути эта толпа неумелых зевак проваливалась в трясину через одного – каждый час. Ещё чуть-чуть – и я бы поседела. Особенно тот говорливый! Он умудрялся проваливаться там, где все остальные прошли. Дошло до того, что стоял он, а главарь – рядом, и этот светлый маг в один миг полностью уходит в болото. Я кидаюсь к нему, на ходу заводя второй конец верёвки за дерево и ныряя следом. Не могу нащупать его из-за сильной энергии места, только чудом ощутила его силу и смогла дотянуться и вытянуть его в тяжеленном доспехе. Повезло – оружие он похоронил в предыдущей трясине.

Пока его приводили в себя, я отдышалась. Мне становилось холодно.

– Немедленно снимай! – Отвернулась от него. – Сама с тебя его стащу. Больше повторять не буду!

Сколько лет тут хожу, и даже я никогда такого не видела. Если бы не я убила тёмного, тоже бы поверила, что это он и всё происходящее с ним – последствия посмертных эманаций. Поэтому если у кого-то и были сомнения, то сейчас они исчезли.

После этого случая построила змеёй, их главаря замыкающим, а болтливого – к себе за спину, не дальше шага от себя и обвязав верёвкой для уверенности.

Всем с каждым часом становилось хуже. Холод и звери были против нас.

Главарь собирал своими окриками, я же, запретив все передышки, вела их из леса самой короткой тропой, не обращая внимания на стенания и пообещав прервать мучения тому, кто остановится. Нам повезло: зверьё не решилось нападать. Пара волков, которых я зарубила по пути, были не в счёт. Могло быть намного хуже.

Обратный путь занял почти сутки. Эти сутки были самыми сложными за несколько лет.

Нонияр ждал около моей хижины, развёл огонь в ней. Я сдала этих неумех, не скрывая вздоха облегчения. Эти же просто расселись на земле, как обычные крестьяне. Нонияр, посмотрев на мешок, поклонился мне, протягивая два кошелька с золотом. Но меня этим сейчас не проймёшь.

– Благодарю. А это – за то что всех вернула.

Он достал третий мешок. Он отдал мне всё что заработал? Без зазрения совести потребовала ещё.

– Больше с идиотами ко мне не приходи. Ты просил всех вернуть – я вернула! Этого мало за такую работу!

– Я просил только сильных!

Ещё и торгуется! Ах он грязный засранец… И плевать, что в тине сейчас я, а не он. Не скрывая свои мысли, напомнила: он ещё хотел договориться с мастером.

– А что сильных?! Надо было умных! Я тогда без зазрения совести оставила всех в лесу! Тёмный их чуть не порвал! Им повезло, что у огненного запас сил остался! Но они не только думать не умеют – ни шагать не умеют, под ноги смотреть не могут! Этот светлый – ходячая катастрофа! И плевать, что он самый знатный тут! – Я взяла светлого мага за шкирку и приподняла. Тот хотел рот открыть, но захлопнул его под моим взглядом. – Нонияр, деньги! Два раза по столько. Минимум. И с мастером, чтобы договорился! У меня все кинжалы волки своей ядовитой слюной перепортили! А местные бесполезные дубинки куют! Ими даже хлеб порезать нельзя!

– Хорошо! Только не кричи и молчи! Им же удалось его убить!

– Я бы назвала это везением и чудом! Хочешь сделать из них героев – то ещё мешочек сверху!

– Да! Ты! Совсем помешалась?! Мне проще тебя убить!

– И сам тут поселишься? А что, давай! Попробуй!

Он беспомощно обернулся на главаря. Тот встал и забрал ворот рубахи светлого из моих рук. Чуть не придушила – светлый аж закашлялся, но молчал.

– Нонияр, я думаю, мы решим этот вопрос. Наш уважаемый господин из столицы придумает как. Он любит быть героем и захочет им остаться.

И посмотрел на светлого. Аж сплюнула. Уважаемый господин! Хорошо хоть остальные землю не целуют в присутствии столь «уважаемого» господина.

Перед тем как ушла в свою хижину, лёгкий мужской поклон – только Уяру. И то, только потому, что он мне нравится. Этому неумехе из столицы, нашедшему самую глубокую трясину, я могла показать неприличный жест. Мне ещё теперь всю одежду отстирывать от вони болота!

Из окна наблюдала, как они начали собираться. К вечеру Нонияр принёс деньги. Как раз успела отдохнуть. Я только начала осознавать: свершилось то, о чём я не могла мечтать ещё месяц назад. Слепая удача или сама судьба завела эту тварь в мои топи. Старые раны заныли, но чувство удовлетворения заполнило душу.

Мне захотелось выпить после всего, и отправилась к трактиру, что был на пути к морю, можно было в город, но сегодня я себе не доверяла. И у Додияра самая вкусная выпивка в этих краях. Эта компания, видимо, знала и уже была здесь всем составом, решила их игнорировать.

– Привет, Додияр. Как дочка?

Он мне поклонился, да что ж такое, что вы мне все кланяетесь сегодня?! Хотя он в последнее время всё всегда так приветствовал меня.

– Растёт. Как обычно и комнату наверху? Или вкусного?

Вкусного значило, что охота прошла успешно и я в хорошем настроении, пить не буду, а только возьму пироги его жены. А комната наверху, что я хочу набраться до беспамятства и забыться.

– Горькой, но без комнаты. Сегодня к себе.

Он понизил голос и показал мне за спину:

– Я знаю этот взгляд! Так и думал, что ты водила тех господ, никого не пустил на твоё любимое место. Пойдём, тут слишком много глаз.

Он показал на лестницу над общим залом. Там было три комнаты, а в конце маленькая дверца, ведущая в комнату, где с трудом можно поместиться вдвоём за столиком. Моё любимое место, кажется, здесь раньше была кладовка. Отличный вид на всех в общем зале через трещины, но меня, из-за темноты в этом помещении не видно. Рядом комнаты, что можно снять для ночлега или утех. Иногда, когда было лень идти, я снимала ближайшую. И всегда, когда я поднималась сюда, в ней застилали свежее бельё. В оплате такого отношения никогда не скупилась и при необходимости помогала и с дебоширами и с более интересными вопросами. Мне было не сложно.

– Я скоро подумаю, что место только для меня.

Без тени улыбки он это подтвердил, чем вызвал улыбку и горечь сожаления. Стало грустно от мысли о скором отъезде. Но даже если по моим следам пустят лучших, они будут здесь не раньше чем через пять с половиной недель. И не мог цветок так быстро начать расти вверх, он доберётся сначала до подводных вод. Ещё никто ничего не заметил. А значит, время есть.

Я выпила много, столько, что кружилась голова и тяжело было встать. Реакция притупилась и наконец перестала чувствовать эту падаль, смогла почувствовать вонь трактира. Всяко лучше тьмы. Странно, как отличались запахи и энергия. Луна была наполнена свежестью и холодом, тёмная ночь – пряными травами и кровью, этот Ильхиор смердел разлагающимся с пару недель в тёплом тёмном месте телом. Лиан немытым болезненным телом, с примесью падали.

Несколько раз вдохнула. Лучше уж еда и алкоголь, местные мужики, чем тёмные мрази.

Сегодня было тихо. Та компания господ просто надиралась, прям как я. Магам тоже нужно перебить этот запах, хоть они ощущают тьму иначе, но избавиться от неё непросто. Только они как-то уныло это делали, аж смотреть стало тошно. Пройти бы мимо, и этот Уяр никак не выходил из головы, а я была пьяна достаточно, и желание победило осторожность.

Слегка покачивая бёдрами, подошла к ним, прошествовала мимо главаря и остановилась около светлого мага, бесцеремонно беря его за подбородок, заставляя посмотреть мне в глаза.

– Никогда не суйся в лес. Подохнешь, как домашняя шавка. Ты самый неудачливый светлый маг, которого я когда-либо встречала. А сестре передай, что она жива, другим так не повезло. Например, моей сестре. Да, я знала эту падаль, не по слухам. И не так надо, а вот так! Неумеха. Чему вас ваши наставники только учат. Только так перебьёшь запах тьмы, глотай.

Взяла бутылку и влила ему рот, оставшуюся половину горькой, никто мне не мешал, и он послушно выпил. Пока светлый кашлял, оставшееся на дне, допила сама. Хлопнув его по спине, немного шатаясь, отправилась к выходу, ощущая взгляд зеленоглазого, держа бутылку за горлышко…

– Месть сладка, месть прекрасна, особенно когда река принесла тело твоего врага…

Какой-то незнакомец подошёл с желанием познакомиться.

Посмотрела на его руку с винной бутылкой и сладко улыбнулась:

– Ох, ты меня угостить хочешь! Как приятно! Но пошёл ко всем чертям.

Одним движением пустой бутылки сверху вниз отправила его в объятия богов сна, подхватывая бутылку вина. Улыбнувшись упавшему телу, посмотрела на розочку, оставшуюся у меня в руке, проговорила:

– Какой хороший день…

Открыв бутылку ви́на кинжалом, пошла в нужном мне направлении. В лес! В лесу никого не было сейчас, а тьмы я больше не боялась. Вышла яркая луна, наконец-то! Она перебьёт эту вонь, наполнив своей энергией округу! Запахом трав и крови… Выкинула розочку и выпустила свою силу, растворяясь в ночи и энергии ночи.

***