Глава 6

Я выждала еще не менее часа, лежа на широкой балке под потолком, прежде чем набралась смелости и спустилась из своего укрытия. Липкий страх подгонял побыстрее покончить с этим делом, а мысли о Дане придавали решительности. Моя трусость ему жизнь не спасет, а трястись от страха можно и в процессе.

Я мало что понимаю в камерах слежения, но точно знаю, что вся эта электроника не работает без сети. Поэтому первым делом нашла в стене щиток с кучей блоков-автоматов. Поочередно вырубая их, я с победной улыбкой косилась на потухающие мониторы. И выждала еще минут десять, тихонько приоткрыв дверь и выглядывая в коридор. Никого. Ни охрана не проснулась, ни господин Шварц.

Бесшумно ступая по выложенному белым мрамором полу, я поочередно тихо открывала двери в поисках того самого помещения кабинета с монитора. Жуткий страх, который я испытывала, можно сравнить с чувствами пассажиров в терпящем крушение лайнере. Он пробирает до кишок, скручивая все внутренности в холодный узел. Сердце как блоха — сжалось до крошечных размеров и скачет по ребрам, словно умалишенное.

Дом миллиардера был полон сюрпризов. За одной из дверью меня ожидала пыточная для игрушек Роберта, а именно — огромная просторная лаборатория, где помимо всяких инструментов на стеллажах лежали запчасти его андроидов. Тускло-синее освещение придавало этой комнате особенно жуткой вид, будто из фантастических фильмов ужасов.

“Сто процентов надо линять отсюда сегодня!” — пронеслась мысль в моей голове, придавая еще больше уверенности, что задерживаться тут чревато расчленением куклы на детальки.

Приоткрыв еще одну дверь, я затаила дыхание и замерла. Вовсе не от вида широкой спины и круглых ягодиц под трусами спящего на кровати богатея. Хотя там и было на что посмотреть, в мои задачи падать в его кровать не входило, будь он внешне хоть трижды Рональдо. Застыла я с целью понаблюдать, насколько крепок сон у этого чокнутого любителя роботов. Шварц не вертелся и не храпел. Рядом с его правой рукой валялся смартфон, и было похоже, что он уснул давным-давно.

Но рассчитывать на то, что он не заметил ничего странного, когда лапал меня, я не стала. Закрыв дверь в его комнату, я подтащила стоящее рядом невысокое кресло, подпирая им ручку так, чтобы ее невозможно было повернуть и открыть дверь. По крайней мере, бесшумно это сделать не получится.

Соседним с комнатой Роберта и оказался тот самый кабинет, роскошный дизайн которого я видела на экране. С того момента, как я переступила порог этого помещения, звон натянутых нервов по телу начал отдаваться в ушах. Выдержки тоже оставалось на донышке, поэтому я буквально бросилась к панно из камня, боясь, что от этой нагрузки все цифры кода вылетят из головы. Комната тонула в темноте, и только лунный свет, падающий из окна, позволял мне видеть силуэты мебели и вожделенный тайник.

Меня уже не просто трясло, а колотило крупной дрожью так, что сковавшие страхом пальцы почти не слушались, когда я одну за другой набирала цифры кода сейфа. При этом стараясь боковым зрением держать под контролем дверь в кабинет. Повезло, что он не был оснащен какими-нибудь датчиками сетчатки глаз или отпечатка пальца. Дверца открылась так легко и тихо, что аж голова закружилась от невероятного везенья.

Сокровища Шварца лежали, как на блюдечке передо мной. Но ни страх, ни ощущение подвоха не отпускали. Я снова затаилась, застыв на месте и таращась на дверь, но спустя минуту в нее так никто и не вломился. Тихо. До жути. Аж липкий пот по спине бежит. Холодный, как вода в проруби.

“Давай, Анька! Это твой единственный шанс!” — почему-то голосом Шварца увещевал меня внутренний голос. “Дан ждет тебя! Наверняка ищет по всему подвалу свою Нюту!” В памяти все чаще всплывает его мольба “Нюта, не иди!”, что в переводе с его пупсячьего означало “Аня, не уходи”

Была не была. Второго такого шанса у меня уже точно не будет. Со скоростью голодного гепарда я хватала добычу из сейфа в виде пачек с банкнотами, запихивая их в потайные карманы юбки-пачки. Сколько мне удалось нахватать, я даже примерно не могла посчитать — голова уже совсем не соображала. На второй полке сейфа стояло множество футляров с ювелирными изделиями, и брать их было очень рискованно — эти изделия могут быть не серийного производства, и тогда по ним нас вычислят очень быстро. Поэтому я открыла только одну, просто поглазеть. В коробочке оказалось симпатичное колечко с небольшим камушком. “На память о Шварце”, — решила я, быстро надев его на палец.

В эту же секунду мой затылок обдало таким холодом, что голова потяжелела на тонну. Я будто чувствовала чье-то присутствие в комнате, мерещилось тихое злобное дыхание, но это было невозможно — ни на долю секунды дверь не оставалась без присмотра, в нее никто не входил. Мистика. Задерживаться дольше было чревато для моей психики, и я решительно захлопнула дверцу сейфа.

Огненная боль, полоснувшая по моей заднице, заставила меня вскрикнуть, хватая пострадавшую часть тела двумя руками, и развернуться к источнику, встречаясь с хозяином этого гнезда на скалах лицом к лицу.

— Тебя в детстве не учили, что воровать нехорошо? — устрашающе спокойным голосом спросил Роберт, сидящий на краю стола за моей спиной.

На нем по-прежнему из одежды было то, в чем я его и видела в постели — только черные боксеры. В руке он держал какую-то резиновую палку с небольшой кожной кисточкой на кончике, которой он размеренно постукивал по свободной ладони. Тихонько. Совсем не так, как выпорол меня ею секунду назад.

Не шлепни он меня, словно рабыню, я бы, скорее всего, затряслась от страха, как заяц перед удавом. Но выходка Роберта, который вошел в кабинет через смежную дверь со своей спальней, меня разозлила.

— Укравший у вора будет прощен на сотни лет вперед, — впервые открыла я рот за много часов, отчего мой голос проскрежетал, будто я правда робот. Несмазанный.

Щелкнув клавишей настольной лампы, Роберт зажег небольшой источник света, точечно освещающий стол и накладывая мрачные тени по стенам.

— Дерзкая? — недобро усмехнулся Роберт. — Раздевайся!

— Ч-ч-что? — я отлично его услышала, но это заикающееся “Что” непроизвольно слетело с моих губ.

— Судя по тому что ты отважилась пробраться в мой дом, либо у тебя пустая голова, либо стальные яйца. Хочу убедиться, что моя “Кукла” не из Таиланда!

Я всматривалась в его мрачное лицо, пытаясь понять, шутит он так или всерьез. Роберт, видимо, по моему молчанию догадался, что мне сильно не хватает аргументов, для того чтобы выполнить его приказ.

— Когда я был в Японии, то искренне недоумевал, зачем нормальным мужчинам нужны такие андроиды. Японцы такие извращенцы, знаешь ли… — с каким-то садистским наслаждением начал просвещать меня Шварц. — А сегодня, увидев тебя, подумал, что им удалось создать абсолютное совершенство. Тонкая, как балерина, и такая же гибкая. Черты лица настолько идеальны, оттого с первого взгляда нет сомнений, что лицо создавал художник, влюбленный в свое произведение… Представляешь мое разочарование, когда я понял, что никакой ты не японский андроид?

Он точно чокнутый. Предъявлять претензии воровке, что она не робот, это же как далеко у него кукуха-то сквозанула? Впрочем, мне-то какая разница? Единственное, о чем сейчас нужно думать, так это как отсюда выбраться. И желательно вместе с награбленным. Лампой его, что ли, огреть по башке?

— Вот и купи себе японскую куклу и раздевай сколько влезет, извращенец! — решила я немного потянуть время и постараться усыпить бдительность хозяина, чтобы выскользнуть в дверь.

Красивый рот изогнулся в издевательской улыбке.

— Пожалуй, поддержу отечественного производителя, — с нескрываемым ехидством заявил Шварц, нагло раздевая меня глазами.

Пока Роберт, плотоядно ухмыляясь, пасся на моих холмах в декольте, я резво перепрыгнула через стул и рванула к двери.

Чувство страха вспыхнуло с новой силой, по венам уже бежал чистый адреналин. У меня был только один вариант — бежать! Но гадский “трижды Рональдо” оказался намного меня быстрее. Настигнув свою куклу мгновенно, он схватил меня за локоть, крепко прижимая спиной к своей обнаженной груди. Горячий. И твердый, будто сделан из того же мрамора, что и пол этого скворечника.

— Пусти! А иначе я полиции скажу, что ты меня похитил и удерживал тут! — заверещала я, изо всех сил пытаясь выкрутиться.

Но не тут-то было. И дело не только в том, что я уже обессилена настолько, что в голове то и дело мелькают помехи, а слабость в теле похожа на ту, что испытывают люди при гриппе. Его руки, словно стальные оковы, удерживали меня, пока Роберт горячо рычал мне в ухо:

— Мне тебя доставили в коробке два чудика, чему есть масса свидетелей. Так что по документам ты мой подарок. Моя игрушка!

— Игрушка оказалась бракованная! Верни поставщикам, — выбившись из сил, уже просто повисла я на его руках, продолжая только возмущенно пыхтеть.

— Отличная идея! Дай-ка номерок своих сообщников! — весело хмыкнул Шварц, грубо оттолкнув меня от двери и проворачивая ключ в замке.

Учитывая, что грохота в коридоре я не слышала, дверь из спальни Шварца все еще забаррикадирована со стороны коридора. А значит, бежать мне больше некуда. Я в ловушке.

Тщательно спланированное преступление рассыпалось в труху всего лишь из-за одной мелочи — монстр этого зловещего дома неожиданно для нас вернулся. Я была в шаге от того, чтобы уйти отсюда с деньгами, но Шварц поймал меня с поличным. Его план оказался куда проще моего и куда успешнее.

— За дверью тебя ждет моя охрана, кукла. Я могу открыть дверь, и ты прямиком отсюда отправишься в тюрьму.

Сказав это, он разомкнул руки и выпустил меня из своего кошмарного капкана. Проверять, блефует он или говорит правду, я не стала. И так понятно, что легко мне отсюда уже не сбежать.

— Сядь! — грубо приказал Шварц, очевидно, не сомневаясь, что я предпочту выслушать его альтернативное предложение.

Сам он вернул свою задницу на столешницу, сгребая оттуда какие-то бумаги. Только теперь даже не делал попытки улыбнуться. Роберт был очень зол. Так, что его красивые чувственные губы сжались в тонкую полоску, а черные соболиные брови поцеловались на переносице.

— Что ты хочешь? — нервно спросила я, усаживаясь на край стула, готовая в любую секунду драться с ним до конца.

— А я подготовился. Видишь? — махнув перед моим лицом стопкой бумаг, снова оскалился Роберт.

Улыбка у него потрясающая. Если было бы возможно отбросить все произошедшее и происходящее, то я была бы ей очарована. Не сомневаюсь, что он сам знает это свое подаренное природой оружие и успешно им пользуется. Только сейчас это был скорее животный оскал. Устрашающий настолько, что у меня нутро судорогой сводило.