Цитаты из книг автора «Алина Аркади»

Любовь как таковая ей была не нужна. До определённого момента нас обоих это устраивало. Но как только узнал, что я один из многочисленных кандидатов в её длинном списке, наши взаимовыгодные отношения закончились. Я готов был терпеть многое, но быть «одним из» меня не устраивало. В тот самый момент я понял: хочу по-настоящему, по живому, глубоко, откровенно, трепетно. Чтобы смотреть на свою женщину, и сердце ухало вниз от переполняющих эмоций, чтобы желание прикоснуться было почти болезненным и непреодолимым. Хотел, чтобы на меня смотрели с трепетом и восхищением, ждали встречи и ласки, желали общения со мной. Сейчас мне кажется, что я нашёл всё это в Алисе. Именно с ней хотелось по-настоящему, ярко и многогранно. Но мне нужно убедиться. Для себя самого понять, что я не ошибся – даже чудовища заслуживают того, чтобы их любили.

Едем по городу. Рука Марка на моём бедре слегка сжимает или мягко поглаживает. Кладу свою ладонь поверх его, прикасаясь, вожу по коже. Такой простой жест, но в нём больше интимности, чем в самом горячем сексе и самых громких стонах. Хотеть касаться постоянно – самый показательный жест желания своего партнёра.

Или ты опасаешься, что твои подруги узнают о наших отношениях? – становится серьёзным. – Нет. Просто пока то, что есть между нами, не хочу делить ни с кем, – говорю, но сама себя исправляю: – Если ты понимаешь о чём я. – Понимаю. Даже лучше, чем ты думаешь. Поехали.

Перебираю пальцами волосы мужчины, провожу по скуле, огибая прикосновениями подбородок, спускаюсь по шее, чувствуя горячую кожу. Заглядываю в зелёные глаза – светлые и спокойные, кажется, я впервые так откровенно, не стесняясь его рассматриваю, вглядываясь в каждую чёрточку, каждую морщинку. Марк замирает. Молчит, позволяя делать мне всё, что я хочу, и так, как хочу. Не останавливает и не подгоняет. – Мне нравится, когда ты так на меня смотришь… – проводит пальцем по губам. – Как? – почти шёпотом. – С нескрываемым восхищением. На меня никто никогда так не смотрел, – выдавливает слова из себя с трудом, и я понимаю: это то, чем он ни с кем не делился. Возможно, я первая, кто слышит такое признание. Может быть, именно сейчас, в этом момент, Марк немного приоткрылся для меня, позволил заглянуть глубже. Так и возникает доверие – по крупицам. Каждый маленький шаг будет засчитан, каждое слово имеет смысл – он не из тех, кто говорит в пустоту.

Сосредоточен, серьёзен, кажется, он сейчас в плохом настроении, но это не так. Слишком хорошо я его знаю, чтобы понимать: его лицо на самом деле расслаблено, тело не скованно эмоциями – он спокоен. Медленно подхожу, огибая широкий рабочий стол. Меня тут же хватают за запястье и усаживают на колени. Зарывается носом мне в шею, с шумом вдыхая мой запах. – Прекрати улыбаться сотрудникам, – шепчу ему в губы, – меня сегодня засыпали вопросами: «Что происходит с Марком Алексеевичем?» – Неужели подумали, что я сошёл с ума? – поцелуй. – Или чудовище превратилось в прекрасного принца? – снова поцелуй. – А может, его расколдовала принцесса? – опять поцелуй. – Всё вместе! – весело хохочу, устраиваясь удобнее на коленях у Марка. – Смотри, – прищуриваюсь, – станут называть так же, как Павла – душечкой! Марк откровенно кривится, наверное, представляя новое прозвище. – Всех уволю! Уж лучше чудовище. «Моё чудовище» – проносится в мыслях, но озвучить фразу вслух не решаюсь, потому сама пока не знаю, моё ли.

Но так будет до вечера, а потом? Разъедемся по домам, коротая вечер каждый в своём углу? Наш формат отношений по-прежнему не определён. Хотела бы я занимать больше времени в жизни Артова? Да, несомненно. Желаю его узнать, копнуть глубже, приоткрыть для себя тайну, рассмотреть Марка, увидеть всё то, что никому не показывается. Позволит ли?

Он не говорит о том, что чувствует, не складывает то, что между нами происходит, в чёткое определение, но меня не покидает странная уверенность, что нам обоим это нужно. Мы нуждаемся в друг друге. Как бы странно это ни звучало, я чувствую, что Марк именно тот мужчина, тот человек, который мне жизненно необходим.

«Присмотрись к Алисе…» Присмотрелся и всё уже увидел. Всё понял и решил. Теперь нужно, чтобы решила она.

– Алиса по-прежнему работает? – Удивлению отца нет предела. – Алиса всё ещё работает, что само по себе нонсенс. – Брат откровенно ржет. – Сколько уже? – Почти шесть месяцев, – отвечаю не раздумывая. – Спустя шесть лет и больше пятидесяти помощниц она единственная задержалась. Я тебя, сын, конечно, люблю, но это само по себе уже удивительно. Алиса станет легендой. – Она уже легенда! – Пашка открыто стебётся. – О ней во всех филиалах знают. Раньше звонили, каждый раз попадая на новенькую, даже имён не запоминали. А теперь в курсе – есть Алиса, к Марку через неё, документы и ответ тоже через неё. Всё чётко и понятно. – А вы про кого сейчас? – Мама приносит мне чай, я спиртного сегодня не желал. – Про Алису, твою помощницу? – Да, мам. Алиса с нашим Марком уже почти полгода и уходить не собирается. Я даже её как-то спрашивал, как она с братом столько работает. Ответила лишь: «Он такой, какой есть. Принимаю его ровно и спокойно». Всё. – Паша разводит руками. Замираю. Павел спрашивал её. Я даже не знал об этом. Но получается, она сказала брату то же самое, что и мне сегодня. Алиса давно меня приняла со всеми замашками и рычанием, придирками и плохим настроением. – Вот и задумался бы, сын. – Мама смотрит на меня в упор. – О чём?.. – не сразу понимаю, о чём это она сейчас. – Ну как же? Девочка столько работает твоей помощницей, ты её не пугаешь. Вот и рассмотрел бы её в качестве спутницы жизни. Я даже чаем давлюсь. Вот только сводничества мне не хватало. К тому же уже рассмотрел, всю ночь рассматривал со всех сторон горячую брюнетку и даже в каждое рассмотренное место поцеловал.

Женский пол пугает моя манера общения, голос и частая раздражительность. Хотя эта самая раздражительность и появилась по причине неадекватного восприятия меня людьми. Именно поэтому слова Алисы о том, что она почти сразу приняла меня таким, какой я есть, так важны для меня, жизненно необходимы. Она для меня, словно глоток воздуха после многолетнего забвения, тот самый элемент, которого мне так долго не хватало. Я не знаю, насколько ей неприятно слышать мой голос, но заметил, когда говорю во время секса, она как будто ещё больше возбуждается от рычащей хрипоты. Не могу пока спросить её об этом, не решаюсь, но со временем обязательно поговорю на эту тему. Боюсь её спугнуть, пока не понимая, что Алисе больше необходимо: уверенность и напор или же наоборот – дистанция и личное пространство.