Роман Альфонс Доде "Сафо" являясь частично автобиографичным, имеет психологическую подоплеку, два характера людей из разных миров сталкиваются в общем желании быть счастливым человеком. Поразительно точная экспозиция на современную реальность в большинстве своем в плане построения личных романтических отношений. Доде открывает мир буржуа вместе с тем, как этот мир связан с миром падших женщин. В своем романе автор часто обращается к неоднозначности, к двойственности.
… совместная жизнь, когда всё делится пополам — и кусок хлеба и ложе, — образует множество невидимых тонких нитей, прочность которых становится ощутимой, только если вы пытаетесь их разорвать, а без боли, без надлома в душе это вам не удастся. Благодаря силе общения, силе привычки люди обретают чудодейственное свойство взаимовлияния, доходящего до того, что два существа, долго прожившие вместе, в конце концов начинают походить друг на друга.
Перед героями и перед читателем появляется дилемма, это касается выбора главного персонажа Жана Госсена - студента юридического факультета и куртизанки Фанни Легран, недаром её же в обществе называют Сафо, как древнегреческая поэтесса, Фанни — отражение пороков светского общества, она презирает этот мир, весьма являющийся плодородным источником её дивидендов. Два разных человека, психологически абсолютно различных полярных направлений встречаются на экваторе скопления муравейника светской элиты, где художники, скульпторы, путешественники предаются прожиганию жизни, не обращая внимания на возраст, фривольно обсуждая интимные отношения, победы и трофеи.
В иных словах, которые мы часто употребляем, есть тайная пружинка; нечаянно нажмешь её — и слово раскрывается перед нами до дна, во всей своей сокровенной неповторимости. Потом оно закрывается, вновь приобретает банальную форму, становится стёртым и от привычки и от машинальности употребления обессмысливается. Одно из таких слов — любовь…
Доде обращает внимание на мелочи, нюансы, разговоры. Они важны, каждое сказанное слово, каждая реплика несёт в себе сплошные волнения пленительной души. По сути автор предлагает нам весьма интимное построение романа, в котором всё держится на эмоциональном напряжении героев. Так или иначе всё связано с этой влюбленной парочкой. Сюжет движется, не стоит на месте, деформируется, видоизменяется и читатель не сразу поймет к чему это всё приведёт. Тем и примечательно повествование французского драматурга, создающего глубину человеческой любви, контрастной, яркой, страстной, в нашем случае запретной, играющей на грани фола. Конечно можно сказать, что выйти из этого замкнутого круга страсти, боли, унижения вместе с тем наслаждения, понимания на особом уровне соприкосновения качеств, было бы куда более благоразумнее и персонажи пытались. Но легче отразить это на бумаге, в письмах или поддаться отваге и сойтись с глазу на глаз. Роман частично отвечает на вопросы, актуальность темы пестрит и воспринимается как пример всеобъемлющей любви на грани уничтожения. И всё же любовь этих людей нельзя обозначить неудачной, трагичной или поражающей, она понятна, возможно и не уживчива, в какой-то степени унизительна для обоих, в крайнем случае сложилась бы иначе, были зачатки.
… в плотской любви нет места для почтения и уважения к любимому существу, вот почему она будит в человеке зверя, всё равно, охвачен он гневом или порывом страсти.
В этом возрасте человек никогда не бывает уверен в себе, он ничего ещё толком не знает, <…> и юный любовник, показывая вам портрет своей возлюбленной, ловит ваш взгляд, ищет одобрения
Читается книга легко и вполне переваривается хорошо. Доде не нагружает отсылками, при этом красивыми оборотами, метафорой сопровождает читателя. У автора интересные замечания, редкие наблюдения по поводу психологии личностных отношений. Старается не перенимать чью-либо сторону, оставаясь как бы секундантом сложившейся ситуации. Не играет насыщенно драмой, также относится к роману как к исследованию внутреннего мира человека, у каждого он свой, оригинальный, неподкупный, и в этом случае автор справляется очень хорошо.
Стыдливость, сдержанность — ну, а для чего? Мужчины все одинаковы, все испорчены, все отъявленные развратники, и этот младенец тоже не составляет исключения. Приманить их тем, на что они обыкновенно клюют, — это самый верный способ привязать их к себе. И она отлично знала: привитою ему порочностью наслаждений он потом заразит других. Так яд проникает, распространяется, жжет тело и душу, подобно факелам, которые, как о том повествует латинский поэт, переходили из рук в руки на ристалище.