Глава 3: Во тьме символов

Старое здание библиотеки на Кирочной улице много лет стояло заброшенным. Когда-то величественное строение в стиле модерн теперь выглядело призраком прошлого – разбитые витражные окна, обветшавший фасад, заросший плющом. Городские власти обещали реставрацию, но до неё никак не доходили руки.

Когда Анна и Дима подъехали, территория вокруг здания уже была оцеплена полицейской лентой. Несколько патрульных машин с мигалками освещали серый осенний вечер тревожными сине-красными всполохами. У входа в библиотеку толпились зеваки, которых полицейские старательно оттесняли подальше.

– Сколько же их здесь, – пробормотал Дима, глядя на толпу. – Откуда они так быстро узнают?

– Соцсети, новостные каналы, сарафанное радио, – пожала плечами Анна. – Люди всегда стекаются туда, где пахнет кровью.

Они показали удостоверения патрульному у ленты и прошли внутрь здания. В холле их встретил один из экспертов-криминалистов.

– Детектив Ковалёва, – кивнул он. – Жертва на втором этаже, в бывшем читальном зале. Доктор Смирнова уже там.

– Кто нашёл тело? – спросила Анна, направляясь к лестнице.

– Подростки. Группа школьников забралась сюда на спор, хотели сделать жуткие фотографии для соцсетей. Вместо этого нашли настоящий кошмар.

Анна поморщилась. Прекрасно, теперь ещё и психологическая травма у детей.

– Где они сейчас?

– В патрульной машине. С ними работает психолог. Показания уже взяли, но ничего существенного. Они вошли, поднялись в читальный зал, увидели тело и в панике выбежали. Сразу вызвали полицию, что уже хорошо.

Лестница скрипела под ногами. Анна провела рукой по пыльным перилам и поймала себя на мысли, что это место словно создано для преступления. Слишком театрально, слишком… подходяще.

Читальный зал когда-то был величественным помещением с высокими потолками и огромными окнами. Теперь многие стёкла были разбиты, а некогда изящная мебель превратилась в гниющие обломки. Но даже в этом заброшенном состоянии зал сохранял некоторое мрачное величие.

В центре зала, прямо под разбитым витражным куполом, на полу лежало тело мужчины, выложенное в странной позе – будто он пытался взлететь. Руки широко раскинуты, ноги согнуты, голова запрокинута. Вокруг него тускло поблёскивали осколки цветного стекла, будто драгоценные камни, рассыпанные на бархате.

Елена Смирнова склонилась над телом, внимательно изучая символы, нанесённые на кожу. Она посветила ультрафиолетовым фонариком на один из них, что-то записывая в блокнот.

– Анна, – она выпрямилась, увидев их. – Ситуация становится всё более странной.

– Что у нас? – спросила Ковалёва, приближаясь к телу.

– Мужчина, примерно сорок лет. Смерть наступила около двенадцати часов назад. Та же схема – седативное, затем инъекция аконитина. Те же символы, та же багровая нить вокруг шеи.

Анна внимательно рассмотрела символы на коже жертвы. Они действительно были похожи на те, что обнаружили на теле Светланы Орловой, но с небольшими различиями.

– Что-то не так с символами? – спросила она, заметив задумчивое выражение лица Елены.

– Они… расположены иначе, – ответила судмедэксперт. – И некоторые элементы изменены. Я пока не понимаю систему, но это точно не случайные различия.

– Словно буквы в слове, – тихо произнёс Дима, который тоже внимательно изучал символы. – Каждый символ что-то означает, а вместе они передают сообщение.

– Мысль интересная, – кивнула Елена. – Но чтобы расшифровать сообщение, нужно знать язык.

Анна обошла тело, рассматривая место преступления. Вокруг на полу были расставлены огарки свечей, образующие правильный круг. Странный выбор для убийцы – создавать такую сложную композицию в заброшенном здании.

– Он всё это сделал здесь? – спросила она. – Или привёз тело уже подготовленным?

– Судя по всему, ритуал проводился именно здесь, – ответила Елена. – Под телом есть следы свежей крови, капли воска от свечей. И что интересно – под слоем пыли на полу виднеются следы, будто кто-то недавно вымыл здесь определённый участок.

– Зачем убийце мыть пол в заброшенном здании? – удивился Дима.

– Возможно, для какого-то этапа ритуала нужна была чистая поверхность, – предположила Анна. – Или он боялся, что мы найдём что-то в этой пыли. Жертва уже опознана?

– Да, – Елена достала из папки фотографию. – Игорь Вершинин, 42 года. Профессор истории Петербургского университета, специализировался на древних культурах и оккультных практиках Средневековья.

Анна и Дима переглянулись. Слишком очевидная связь с первой жертвой и символами.

– Он точно не случайная жертва, – сказала Анна. – Убийца выбрал его целенаправленно. Что-то связывает его со Светланой Орловой.

– Может быть, он тоже получил приглашение на эту загадочную выставку? – предположил Дима.

– Очень вероятно, – кивнула Анна. – Нужно проверить его жильё, рабочий кабинет, расспросить коллег. И ещё…

Она замолчала, заметив что-то блестящее среди осколков стекла недалеко от тела. Осторожно, стараясь не потревожить улики, Анна подошла ближе.

– Лена, можешь посветить сюда? – попросила она.

Судмедэксперт направила фонарик в указанное место. В свете луча что-то сверкнуло – небольшой металлический предмет. Анна надела перчатки и осторожно подняла его.

Это был жетон или медальон из странного серебристого металла. На одной стороне был выгравирован всё тот же символ, что и на приглашении, а на другой – номер: 12.

– Что это? – спросил Дима, заглядывая через плечо Анны.

– Не уверена, – ответила она, поворачивая медальон. – Но этот символ был на приглашении Светланы. И похоже, что это часть какой-то коллекции.

– "Коллекционер", – вспомнил Дима надпись на фотографии в квартире первой жертвы.

– Именно, – Анна передала медальон криминалисту для упаковки как улику. – Нам нужно выяснить, был ли подобный предмет у Светланы Орловой.

В этот момент к ним подошёл один из полицейских.

– Детектив Ковалёва, там внизу репортёры. Требуют комментариев.

Анна вздохнула. Только этого не хватало.

– Скажите им, что мы сделаем заявление позже, когда будет больше информации. Сейчас место преступления закрыто для прессы.

– Уже сказал, но они не унимаются. Мне кажется, кто-то из наших слил им информацию. Они знают про символы и про "ритуальную" составляющую.

– Чёрт, – Анна потёрла переносицу. – Только паники в городе нам не хватало. Дима, закончи здесь, а я пойду разберусь с журналистами.

Дима кивнул, и Анна направилась к выходу. Спускаясь по лестнице, она думала о том, как быстро эта история выходит из-под контроля. Если об убийствах с ритуальными элементами станет известно публике, начнётся паника. Социальные сети мгновенно разнесут слухи, начнутся спекуляции о сатанистах и маньяках, а это только усложнит расследование.

У входа в здание действительно толпились журналисты с камерами и микрофонами, сдерживаемые кордоном полицейских. При виде Анны они оживились, выкрикивая вопросы:

– Детектив, правда ли, что в городе орудует ритуальный убийца?

– Это связано с исчезновениями прошлого месяца?

– Что означают символы, нанесённые на тела жертв?

Анна подняла руку, призывая к тишине.

– В настоящий момент проводится расследование, и я не могу раскрывать детали дела. Могу лишь подтвердить факт обнаружения тела. Все подробности будут сообщены позже через официальные каналы. Прошу вас не мешать работе полиции и не распространять непроверенную информацию.

Её слова, конечно, не удовлетворили журналистов, но Анна уже повернулась к ним спиной, возвращаясь в здание. Она знала, что скоро это дело станет сенсацией, и им с Димой придётся работать под пристальным вниманием общественности.

Когда она вернулась в читальный зал, тело уже готовили к транспортировке в морг. Дима стоял у окна, разговаривая по телефону. Увидев Анну, он закончил разговор и подошёл к ней.

– Это был Петров, – сказал он. – Начальник в ярости из-за утечки информации. Требует результатов и приказал держать всё в секрете.

– Легко сказать, – вздохнула Анна. – Теперь мы под прицелом СМИ.

– И ещё он сказал, что к расследованию подключают консультанта из ФСБ.

– Что? – Анна нахмурилась. – Зачем нам федералы?

– Это не обычный консультант, – Дима понизил голос. – Это специалист по ритуальным убийствам и сектам. Его зовут Александр Волков, и он прибудет завтра утром.

Анна недовольно поморщилась. Она не любила, когда в её расследования вмешивались посторонние, особенно из федеральных структур. Это всегда усложняло работу и создавало ненужное напряжение.

– Ладно, посмотрим, что за птица этот Волков, – сказала она наконец. – А сейчас нам нужно заехать в университет, узнать побольше о профессоре Вершинине.

Петербургский университет встретил их строгой красотой старинных зданий и тишиной вечерних коридоров. В это время здесь было немноголюдно – лишь редкие студенты торопились на вечерние занятия или в библиотеку.

Кабинет профессора Вершинина находился в глубине исторического факультета – небольшая комната, заставленная книжными шкафами. Когда Анна и Дима вошли, внутри уже работали криминалисты, осматривая каждый сантиметр пространства в поисках улик.

– Что-нибудь нашли? – спросила Анна у руководителя группы.

– Пока ничего особенного, – ответил тот. – Обычный профессорский кабинет – книги, рукописи, заметки для лекций. Никаких странных предметов или записок. Если честно, слишком чисто для рабочего места учёного.

Анна оглядела кабинет. Он был прав – здесь всё было аккуратно разложено по полкам, ни одной случайной бумажки на столе, ни одной книги не на своём месте. Странно для человека, погружённого в исследования.

– Кто-то здесь прибирался, – сказала она. – И, скорее всего, недавно.

– Уборщица? – предположил Дима.

– Сомневаюсь, что уборщица стала бы раскладывать книги по темам и алфавиту, – покачала головой Анна, проводя пальцем по корешкам книг. – Да и вряд ли она вытирала бы пыль между страницами.

Она подошла к столу и включила компьютер профессора. К счастью, он не был защищён паролем.

– Странно, – пробормотала Анна, просматривая папки на рабочем столе. – Здесь почти ничего нет. Только учебные материалы и статьи для научных журналов.

– А что должно быть? – спросил Дима, заглядывая через её плечо.

– Не знаю, – пожала плечами Анна. – Но учёный, специализирующийся на оккультных практиках, должен иметь хоть какие-то личные заметки, черновики, необработанные материалы. Здесь же только финальные версии работ.

Она открыла историю браузера – но и она была пуста, будто недавно очищена.

– Кто-то методично стирал все следы, – заключила Анна. – Вопрос – убийца или сам профессор?

В этот момент в дверь кабинета постучали. На пороге стояла пожилая женщина в строгом костюме.

– Извините за вторжение, – сказала она. – Я Ирина Викторовна, заведующая кафедрой. Мне сообщили о том, что случилось с Игорем Сергеевичем. Это ужасно…

– Здравствуйте, Ирина Викторовна, – Анна представилась и представила Диму. – Мы расследуем это дело и хотели бы задать вам несколько вопросов о профессоре Вершинине.

– Конечно, всё что угодно, – кивнула женщина, присаживаясь на стул у двери. – Я знала Игоря Сергеевича больше двадцати лет. Блестящий учёный, прекрасный преподаватель…

– Каким он был в последнее время? – спросила Анна. – Не замечали ли вы каких-то изменений в его поведении, настроении?

Ирина Викторовна задумалась.

– Знаете, теперь, когда вы спрашиваете… Да, он действительно изменился в последние недели. Стал более замкнутым, отменил несколько лекций, что на него совсем не похоже. И ещё…

– Что? – подтолкнул её Дима.

– Он начал работать над каким-то новым исследованием. Не рассказывал подробностей, но был очень увлечён. Говорил, что это "перевернёт всё наше представление о древних культах". Я подумала, что он обнаружил какие-то новые исторические документы.

– Он не упоминал название "Багровая нить"? – спросила Анна.

Глаза заведующей кафедрой расширились.

– Да, именно так! Он мельком упомянул это название. Сказал, что наткнулся на упоминания о каком-то древнем обществе, которое называло себя "Хранителями Багровой нити". Я подумала, что это какой-то средневековый эзотерический орден, вроде розенкрейцеров или тамплиеров.

– И он не делился своими находками с коллегами?