– Вот, я же говорила. Бери, ешь.

Мальчик сначала недоверчиво попробовал одну ягоду, затем вторую. Вишня была сладкой и вкусной.

– Ты теперь должен исполнить моё желание, – напомнила ему Настенька.

– И чё ты хочешь? – спросил, нахмурившись, малыш. Напоминание о желании немного испортило ему аппетит.

– Я хочу…. Я хочу…, – Настенька делала вид, что придумывает желание. Наконец, определившись, она указала на облезлый ковёр между кресел. – Я хочу, чтобы ты встал здесь и не двигался. – Сама она уселась в одно из кресел.

– И чего ты будешь делать, пока я тут стою? – спросил мальчик, вставая в указанную точку в аккурат в центре ковра.

– Мы будем питаться, малыш, – послышался сзади голос, похожий на скрип несмазанных дверных петель.

Мальчик обернулся и увидел во втором кресле страшную старуху. Седые волосы её разлохматились, а глаза сверкали радостной злобой, как у паука, поймавшего в свои сети жирную муху. Крепкие белые зубы резко выделялись на её дряблом морщинистом лице.

От неожиданности мальчик выронил чашку с вишней. Та упала на пол и разбилась, ягоды раскатились по полу. Он хотел убежать, но ноги не слушались. Огненный взгляд старухи намертво пригвоздил его к полу. Мальчик хотел крикнуть, но не смог сделать даже вдоха. Он с ужасом наблюдал, как что-то светящееся, похожее на пар, отделилось от его тела и направилось к старухе. Пар скручивался водоворотом и исчезал в её страшной пасти. То же происходило и сзади. Настенька всасывала в себя его жизненную силу, не оставляя никакой возможности на спасение. У мальчика стали слипаться глаза, он почувствовал огромную усталость. Даже страх исчез, уступив место апатии и желанию поскорее заснуть.

Через минуту на ковре осталась лишь горстка пепла и несколько ягод вишни, сгнивших ещё месяца три назад.

– Этого мало, – проскрежетала старуха. – Так мало.

– Скоро будет ещё, бабушка, – заверила её правнучка, сметая пыль с ковра. – Будет вдоволь.

***

Настенька как обычно стояла у обочины, напротив своего дома, скрытого густой листвой вишнёвых деревьев. Она снова и снова, словно радаром прощупывала каждого прохожего, выявляя его слабые и сильные стороны характера. Как хищник, она должна была знать свою добычу, а как ведьма, знала, как сыграть на слабостях жертвы.

Бабушка была права. Того мальчика было мало. И второго, что заманила Настенька тем же вечером, тоже. А алкаша, что сам забрёл к ним ночью, хватило лишь на один глоток. Что-то в этих людях было не так, и Настенька упорно пыталась понять, что именно. Наконец, после нескольких часов размышлений, её осенило. Она, как и её прабабушка да неё, пытались играть на слабостях жертв, то есть изначально выбирали людей не слишком сильных, лёгкую добычу. Маленьких доверчивых детей, случайных прохожих, стариков. И что уж говорить о местных алкоголиках и наркоманах! В этих жизнь и так еле теплилась. Надо было сыграть по-крупному.

Внезапно размышления Настеньки были прерваны звонким мелодичным голосом.

– Привет! – к Настеньке приближалась её вчерашняя несостоявшаяся жертва. Маша весело махала рукой.

– Здравствуй, – чуть отстранённо ответила Настенька. – Ты вчера так и не пришла. Ты обещала.

– Я…, да…. Извини, – замялась Маша. – Мы с подругами другой дорогой пошли, через РОС, и я просто забыла.

– У тебя есть подруги? – заинтересовалась Настенька. – И много?

– Конечно, есть, – удивилась Маша. – А у тебя разве нет?

– У меня нет, – призналась Настенька. – Но я хотела бы с кем-нибудь подружиться.

– Ты можешь дружить со мной, – предложила Маша. – Хочешь, я тебя познакомлю со всеми своими подругами?

– Конечно, хочу, – искра хищного азарта загорелась в глазах Настеньки.

– Тогда пойдём со мной, – предложила Маша. – Кстати, ты так и не сказала, как тебя зовут.

– Зови меня Настей.

– Хорошо. Рада познакомиться, – улыбнулась Маша.

– А я-то как рада, – криво усмехнулась Настенька, но Маша этого не увидела. Она уже двинулась по дороге к школе.

– Ты идёшь? – спросила девочка, обернувшись к новой подруге.

Когда девочки подошли к большому зданию из красного кирпича, Настенька увидела толпу детей разных возрастов, заполонившую школьный двор почти полностью. Дети делились на большие и маленькие группы, ожидая, когда прозвенит первый звонок. Одни громко кричали и смеялись, а другие читали учебники, устроившись на белом невысоком заборе. Никому не хотелось заходить внутрь школы, пока на улице стояла такая тёплая солнечная погода.

Прозвенел звонок, и все разошлись по классам. Настенька поднялась с Машей на третий этаж и зашла в большую светлую комнату, где сидели ученики.

– Вот там есть свободное место, – указала Маша на заднюю парту. – Там никто не сидит.

Настенька прошла к указанному месту и села. Казалось, никто и не заметил новой ученицы. Все занимались своими делами, а когда вошла учительница, внимание школьников увлёк урок. Преподаватель биологии рассказывала об охоте волков в дикой природе.

– Волки никогда не нападают на здоровых и сильных животных. Они выбирают ослабленных особей из стада или молодняк.

– Ну, хорошо, что я не волк, – прошептала Настенька.

Она провела в школе весь учебный день и побывала на всех занятиях. Уроки ей не понравились, так как то, что рассказывали на них учителя, было совсем бесполезно. Настенька не понимала, зачем уметь вычислять корни в алгебре или учить историю жизни давно умерших людей, когда вокруг был мир, полный чудес. Чудес, недоступных для этих чванливых дядь и тёть, называющих себя учителями.

– Не то, что моя бабушка, – усмехалась про себя молодая ведьма. – Она бы вас так поучила!

За то Настеньке нравились перемены между уроками. На них она перезнакомилась почти со всем классом. Маша ей в этом усердно помогала. Уже к середине дня Настенька изучила всех новых подруг и друзей. Способности ведьмы давали ей возможность проникать в душу любого человека. Ей открывались все тайные страхи, надежды, мечты людей, все их секреты, о которых не принято говорить, считая это семейными делами. Она знала, как будет действовать.

После уроков дети вышли из школы. Настенька стояла в стороне от всех и ждала. Она уже смогла заинтриговать девочек своим поведением, и теперь они шептались о чём-то неподалёку. От их группы отделилась Маша, как самая смелая, а также потому, что сама и привела в класс эту странную девочку.

– Насть, – позвала Маша, подходя ближе с заговорщическим видом. – Мы с девчонками идём на Западный. Хочешь пойти с нами?

– Да, конечно, – улыбнулась Настенька, и что-то зловещее было в её улыбке.

По дороге в Западный микрорайон шесть девочек весело щебетали и веселились. Настенька, как могла, поддерживала разговор и смеялась, когда смеялись все. Ей было ужасно скучно, как сорокалетней женщине в компании детсадовцев.

– А зачем мы вообще туда идём? – спросила Настенька.

– Как зачем? – удивилась Лариса, плотного телосложения девочка с намечающимся ожирением. – Ну, ты даёшь! Там же детская площадка новая. Этим летом поставили.

– В “Нескучном” тоже есть площадка, – возразила Лиза. – Напротив памятника пионерам. Но там всегда дети с окрестных домов. Постоянно занято. Да и качели ржавые.

– Вот и пришли, – сказала Лариса. – Чур, я первая на “Лодочку”! Кто со мной?

Подруги разбежались по качелям, и тут одна из девочек заметила, как бы, между прочим:

– Кстати, тут злая собака живёт вон в том доме, – она указала на ближайшую шестиэтажку. – И хозяин у неё дебильный. Выпускает без намордника, а она злая такая! Уже четырёх других собак погрызла и кота одного вообще убила совсем.

– Блин, Кать, чё раньше не могла сказать? – заныла Лариса. – Я собак боюсь. – Катя в ответ лишь пожала плечами, мол, ничего страшного.

Словно по сигналу, раздался сухой стук деревянной двери. Из подъезда вышла громадная немецкая овчарка. Пёс огляделся по сторонам и не найдя других целей, поскакал на детскую площадку.

Девочки вовремя увидели угрозу и с визгом бросились на вмонтированную в бетон высокую шведскую стенку. Побросав портфели, они забрались на самый верх, оставаясь в недосягаемости собаки. Перепуганные подруги сидели тихо, только Лариса вопила во всё горло. Грузная и неповоротливая, она не успела залезть на лестницу достаточно быстро, и пёс тяпнул её за щиколотку. Прокусив носок и стащив сандаль, злобная овчарка оставила на ноге девочки две покрасневшие полосы от клыков. Пёс бегал вокруг лестницы с пятью девочками на ней, и угрожающе лаял, глядя на них.

Оглядевшись вокруг, Маша спросила:

– А где Настя?

Девочки стали осматривать площадку. Настя, не принимая особого участия в общем веселье, сидела на лавочке несколько в стороне от качелей, когда напала собака. Она даже не поднялась со своего места, когда пёс с азартом охотника понёсся на неё, а подруги дико завизжали от страха.

Внезапно серая тень метнулась наперерез овчарке и сбила её с ног. Насколько бы ни был велик пёс, терроризировавший всю округу, но волк, схватившийся с ним, был раза в два больше.

Бой двух животных продолжался недолго. Сбитая с ног овчарка поднялась, переключившись на нового противника. Собака прыгнула на врага, раскрыв пасть, полную блестящих белых зубов, но это было последним, что она сделала в своей жизни. Волка ловко уклонился от укуса, и сам защёлкнул челюсти на горле пса. Он мотнул мускулистой шеей раз-другой и выплюнул обмякший труп с переломанным хребтом.

– Вы что творите?! – послышался истошный вопль у одного из подъездов. – Уберите собаку!

Это хозяин агрессивного пса выскочил на улицу, услышав визги детей. Теперь уже он требовал, чтобы кто-то убрал пса от его бедного питомца.

Волк осмысленно посмотрел в глаза Настеньки и, получив мысленный приказ, понёсся в сторону мужчины.

– А-а-а! – только и успел прокричать нерадивый хозяин овчарки. Остальные звуки захлебнулись в потоках крови, фонтаном бившей из разорванного горла. Девчонки кричали и визжали от страха не переставая, а волк скрылся также внезапно, как и появился.

– Я пойду домой, – сказала Настенька Маше чуть позже, сидя в песочнице, когда всё закончилось. – Не хочу с милицией объясняться. Я всё равно ничего не видела.

– Ну, ладно, – Маша ещё не пришла в себя от произошедшего.

– Завтра увидимся? – спросила Настенька.

– Ага, – кивнула Маша.

Подходя к дому, Настенька заметила первоклашку, стоящую на обочине. Девочка явно была чем-то напугана.

– Эй, – окликнула её Настенька. – Ты чего здесь?

– Там собака большая, – малышка указала пальцем в сторону кустов где-то впереди.

– Боишься пройти? – спросила Настенька. – Хочешь, я тебя другим путём проведу? Коротким.

Малышка кивнула, улыбнулась и взяла Настеньку за руку. Они направились вверх по тропинке, ведущей в вишнёвый сад. Втолкнув девочку в распахнутую дверь дома, Настенька обернулась. Из кустов высунулась окровавленная морда волка с по-человечески осмысленным взглядом.

– Молодец, Волчок, улыбнулась Настенька. – Молодец!

***

Сентябрь подходил к концу. По ночам становилось заметно холоднее, но молодую ведьму беспокоило не это. Приближался заветный час, а они с бабушкой были ещё не достаточно подготовлены. Несмотря на то, что количество жертв, приведённых Настенькой за последний месяц, было больше, чем за весь прошедший год, бабушка всё ровно была недовольна. Она часто торопила внучку, выговаривая за промедление. Настенька не обижалась на бабушку. Та уже не могла охотиться сама, и обеспечение их двоих необходимой энергией теперь лежало на плечах двенадцатилетней девочки. И она понимала всю ответственность, возложенную на неё. Энергия была жизненно необходима как никогда раньше, и как никогда не будет в будущем.

– Хватит осторожничать, Настенька, – напутствовала правнучку старуха. – У нас слишком мало времени для этого.

– Я знаю, бабушка, – отвечала девочка и вновь уходила на охоту.

Посещение школы дало свои результаты. Большинство жертв Настенька находила именно там. И этот рог изобилия обещал ей ещё обо̀льшие успехи.

Настенька подружилась со всеми в классе, даже с мальчишками. Она никогда не записывала ничего на уроках, но всегда помогала решать контрольные отстающим ученикам. Дети тянулись к ней и доверяли ей даже личные проблемы. Однажды, заметив, что Маша ведёт себя как-то неестественно отстранённо, Настенька сама подошла к ней.

– Маш, что-то случилось? – спросила она.

– Да, нет, ничего. Всё нормально, – попыталась отмахнуться подруга.

– Нет, так не пойдёт, – настаивала Настенька. – Давай выкладывай, что случилось! Или мы уже не подруги?

Последняя фраза уколола Машу. Конечно же, она считала Настю чуть ли не лучшей подругой, но проблема была слишком серьёзной и очень личной, и Маша стеснялась о ней рассказывать.

– Ты же знаешь, что можешь мне доверять, – добавила Настенька. Маша ей очень нравилась. Сильная, умная не по годам, волевая и собранная, она чем-то напоминала девочке-ведьме её саму. Маша не отступала перед трудностями и умела добиваться своей цели. Тем удивительнее было её теперешнее разбитое состояние. Настенька ясно чувствовала, как энергетический источник в её подруге не просто уменьшился, а истощился почти до нуля. Сейчас даже заморыш-детсадовец оказался бы куда более сытной добычей, чем пятиклассница Маша.

– Ну, я жду! – Настенька тряхнула подругу за плечо.

– Да, знаешь…, – замялась Маша, поддаваясь нажиму Насти. – Тут, блин, такое….

– Да какое, такое?! – ведьма начала злиться. Любые проявления растерянности, нерешительности, слабости вызывали в ней приступы ярости. За такое “предательство” Силы, ей хотелось разорвать человека на части, уничтожить, и если бы сейчас девочки были в доме бабушки, то Настенька, не задумываясь, так и поступила бы. Даже её симпатия к Маше не спасла бы ту от смерти. Но они были в школе, и Настеньке приходилось сдерживаться.

– У меня папа вернулся, – наконец выдохнула Маша.

– И что? – не поняла Настенька. – Куда вернулся? Откуда?

– Домой. Из тюрьмы, – тихо пояснила Маша.

– И что тут такого, что ты теперь сама не своя ходишь?

– Ты не понимаешь! Он в тюрьме сидел за убийство. А теперь вышел и с нами живёт. Он ещё хуже, чем раньше стал. Он опять маму бьёт и меня. Он уже меня на улицу не пустил вчера. На весь день в комнате запер из-за какой-то тройки по физре. А сам с мамой там…, – Маша уже готова была расплакаться. – Лучше бы он там умер, блин!

Настенька уже поняла, что к чему и внутренне торжествовала.

– Не бойся. Я смогу тебя защитить, – усмехнулась она, и усмешка её не сулила ничего хорошего.

– Как? – недоумённо уставилась на неё Маша.

– Это уже моё дело. Доверься мне. Значит так…, – Настенька зашептала что-то на ухо подруге.

***

На небе появились первые звёзды. Настенька с Машей, пройдя через вишнёвый сад, зашли в заброшенный дом. Войдя в первую маленькую комнату, девочки остановились. Настенька указала подруге на кресло от автомобиля (“подарок” каких-то бомжей), умостившееся в дальнем углу комнаты у окна.

– Переночуешь здесь. Сядь туда и не вставай, пока я сама тебя не позову. От этого зависит твоя жизнь. Понятно? – голос Настеньки был серьёзным, как-то по-взрослому жёстким, не допускающим возражений.

Маша кивнула и села в кресло, но тут же подпрыгнула от испуга, вжавшись в стену и выставив ранец перед собой словно щит. Из соседней комнаты вышел огромный, по пояс Настеньке, волк и облизнулся.

– Не бойся, – несколько надменно произнесла Настенька. Это Волчок. Он будет тебя охранять. Сядь и никуда не уходи. – Маша кивнула, не сводя глаз с волка. Тот, не обращая внимания на гостью, развалился прямо посреди комнаты в куче мусора. Ничего больше не объясняя, Настенька вышла из дома.

Пройдя улицу Пролетарскую почти до конца, молодая ведьма направилась в ближайший от Дворца Пионеров двор. Найдя полинявшую “сталинку”, Настенька вошла внутрь и огляделась. Снаружи каменный с толстыми стенами дом внутри был полностью покрыт деревом. Доски настила и лестницы, ведущей на второй этаж, нещадно скрипели под ногами, жалуясь на возраст.

Поднявшись наверх, девочка постучала в квартиру №6. Никто не открыл. Тогда Настенька несколько раз ударила в дверь кулаком. Грохот от этих ударов раздался такой, будто в дверь долбили кувалдой. Через секунду щёлкнул замок. Дверь открыл высокий средних лет мужик в поношенной майке-алкоголичке и синих спортивных штанах. Он был худ и жилист. В молодости, наверное, он считался красавцем, но всё портила землистого цвета кожа. Несколько лет тюрьмы оставили на нём свою печать.

– Чего надо? – прорычал отец Маши. Видимо он был пьян, хотя на ногах держался крепко.