Барух, как старший брат, также был не в восторге от женитьбы Фимы. И он, и все четыре сестры (бывшие к тому времени замужем) поначалу относились к новым родственникам настороженно.

Нюра Медведева, 1934 год

В первые месяцы совместной жизни Анна, имевшая опыт ведения домашнего хозяйства, столкнулась с лёгким и даже безалаберным отношением молодого мужа к поддержанию порядка. Когда ей наконец надоело, что Ефим постоянно раскидывает вещи, книги и документы, она подобрала и спрятала его партбилет³². Партбилет в то время служил пропуском для входа в помещения партийных и государственных органов, поэтому Фима очень переполошился, не найдя его.

Более того, утрата партбилета для ответственных работников была гораздо существеннее, чем утеря паспорта. Потеря партбилета приводила к исключению из партии и снятию с руководящей должности с формулировкой «за недоверие». В те времена мрачно шутили, что если снять кинофильм «Утеря партбилета», то на любом международном конкурсе фильмов ужасов он займёт первое место. Несколько суток Фима ходил с изменившимся лицом, пока партбилет не «нашёлся». Со временем, после пережитого стресса, Ефим начал относиться с пониманием к жёсткому уроку, преподанному женой.

Посещая районные собрания партийного актива³³, Ефим знал, что обстановка в мире остаётся напряженной, и это напрямую влияло на жизнь советских людей. Красная армия стала активно «наращивать мускулы»: если её численность к началу 1932 года составляла около 600 тыс. человек, то концу 1936 года возросла в 2,5 раза [6].

Ефим Каплан и Нюра Медведева. Киев, 1935 год

Ефим Каплан и Нюра Медведева. Киев, 1935 год

Не обошла мобилизация и молодую семью: осенью 1936 года Ефим Каплан опять был призван в армию, теперь уже на офицерскую должность. Он стал политруком роты 186-го стрелкового полка, базировавшегося под Киевом. Как раз накануне полк сменил дислокацию в сторону западной границы СССР: был перемещён из города Переяславль³⁴ в районный центр Фастов³⁵. Впрочем, новая служба пока позволяла молодому командиру по выходным навещать семью, в которой ожидалось скорое пополнение.

Ефим по-настоящему любил Анну и принял её решение остаться в браке на своей девичьей фамилии Медведева. Но он также понимал, что является единственным продолжателем фамилии Каплан. Его старший брат Борис прожил с женой более десяти лет, но оставался бездетным, а сестры либо уже поменяли фамилии в замужестве, либо им ещё предстояло это сделать. Поэтому, когда в декабре 1936 года родился Володя, Ефим настоял, чтобы в метрике он был зарегистрирован именно под фамилией Каплан. Родственники Ефима отнеслись к этим событиям с одобрением. Они убедились, что черты лица Володи повторяют отцовские, посчитали, что их брат выполнил свой долг по продолжению рода и фамилии, и приняли решение поддерживать молодую семью.

Тем временем в Советском Союзе начались масштабные политические репрессии – «чистки» в отношении командного и начальствующего составов Рабоче-крестьянской Красной армии. Первая волна знаковых арестов прокатилась в 1936 году именно по Украине. Уже в июне 1937 года состоялся суд над группой высших офицеров РККА, включая маршала Михаила Тухачевского³⁶. Обвиняемым вменялась в вину подготовка военного переворота. 7 июня был издан Приказ НКО³⁷, в котором говорилось о существовании в армии контрреволюционной военной фашистской организации [7]. Целями организации, согласно Приказу, являлись ликвидация советского строя, свержение советской власти и рабоче-крестьянского правительства, а также восстановление капитализма.

В августе был издан приказ НКВД³⁸, который предписывал к 20 ноября 1937 года произвести аресты лиц командного и начальствующего составов Красной армии общей численностью более 4000³⁹ человек [8]. Приказ сформировал «заказ сверху» на будущие жертвы, причём в конкретных цифрах: сколько человек и где надо арестовать, осудить и расстрелять… Исполнителям оставалось найти подходящие кандидатуры под эти цифры и отчитаться «об успешно проделанной работе» [9].

Вова Каплан, Киев, апрель 1937 год

Ефим Каплан, как представляется нам сегодня, должен был понимать, что происходит вокруг. Но к осени 1937 года в сводке донесений особого отдела органов НКВД появилась фраза, неосторожно высказанная им в присутствии нескольких лиц: «Пролетарская диктатура есть угнетение всех, в том числе и крестьянства» [10]. Всего одно высказывание – и 24 октября его арестовали, воплощая Приказ НКВД на практике.

Свидетельство о рождении Владимира Каплана

(повторное, выданное взамен уничтоженного во время войны)

Говорил ли Ефим в действительности эти слова? Кто теперь знает наверняка… Но уже наступило «такое время». Несколько неосторожных, прямолинейных фраз, даже правильных, по сути, но сказанных не в том месте и не в том окружении, ставили жизнь человека с ног на голову. Товарищ, бывший близким и доверенным, оказался «сексотом⁴⁰». Он зафиксировал и передал уполномоченным органам опрометчиво произнесённую фразу, и она легла в основу «дела», которое закрутилось, быстро набирая обороты. Воистину, в сложные времена нет смысла бояться врагов, надо бояться друзей: предают именно они. После ареста Ефим содержался в Киеве, и Анна как могла собирала ему передачи: варёный картофель, сахар, чай…

Чуть ранее, 12 июля 1937 года, в Одессе был приговорён к смертной казни и незамедлительно расстрелян муж Ханки Каплан – Илья Григорьевич Дубов. После расстрела мужа была арестована, и сама Ханка. Она прошла Карлаг⁴¹ и ссылку в Чкаловскую область⁴², но дожила до глубокой старости. Их сын Лорик⁴³ воспитывался на Урале, у родителей отца в Златоусте. Он встретился с мамой спустя много лет, уже после войны [11]. О реальных причинах ареста Ефима Каплана и Ильи Дубова лучше всего сказал главный организатор и исполнитель репрессий тех лет Н. И. Ежов⁴⁴: «…Самые худшие операции – это на Украине…. В одних областях хуже, в других лучше, а в целом по качеству – хуже. Количеством лимиты выполнены и перевыполнены, постреляли немало и посадили немало, и, в целом если взять, они принесли огромную пользу, но, если взять по качеству, уровню и посмотреть, нацелен ли был удар, по-настоящему ли мы громили тут контрреволюцию – я должен сказать, что нет…» [12].

«Расстрельные списки», поступавшие впоследствии к членам Политбюро, готовились в НКВД на основе материалов, присланных в центр из регионов. Судебная процедура, упрощённая до предела, была формальностью. Документация оформлялась заранее, а слушание дела занимало 5–10 минут на одного человека. За это время трое судей якобы успевали «разъяснить подсудимому его права, огласить обвинительное заключение, разъяснить сущность обвинения, выяснить отношение обвиняемого к «совершенным преступлениям», выслушать его показания и последнее слово, побывать в совещательной комнате, написать там приговор и, вернувшись в зал судебного заседания, объявить его…» [13]. Впрочем, смертные приговоры, видимо, подсудимым не объявлялись – они узнавали о своей судьбе непосредственно перед казнью [14].

Следственные действия для Ефима закончились быстро: спустя шесть недель с момента ареста уже сформировали и рассмотрели дело. Возможно, на срочность подписания и приведения в исполнение приговора в отношении Ефима Каплана невольно повлияла протестная реакция хорошо относившихся к нему китайских рабочих, которые ранее трудились под его руководством в прачечных системы кооперации. Диаспора китайцев в Киеве была достаточно значимой, она была непосредственно связана с Коминтерном⁴⁵, и дело могло получить международный резонанс.

Показания «свидетелей» на Ефима имелись, и в НКВД постарались избежать угрозы дополнительных проверок, действуя в соответствии с изуверским правилом тех лет: «нет человека – нет проблемы».

На титуле списка, в котором под номером 611, по 1-й категории (что означало «расстрел») вписано имя Ефима Марковича Каплана, твёрдой рукой Сталина красным карандашом размашисто написано «ЗА»⁴⁶. А ниже сами подписи: И.Сталин, В.Молотов⁴⁷ и А.Жданов⁴⁸.

По странному совпадению старшего майора Цесарского, взявшего ответственность за подготовку того самого списка, звали Владимир Ефимович. Он оказался двойным тёзкой нашего главного героя – Владимира Ефимовича Каплана, к тому же евреем. Впрочем, и ему не слишком «повезло» в дальнейшей карьере: ровно через год, в декабре 1938 года, он был арестован и в январе 1940 года расстрелян по приговору Военной коллегии Верховного суда. В дальнейшем так и не был реабилитирован.

Титул списка лиц, подлежащих суду военной коллегии, от 7.12.1937

Лист 127 списка лиц, подлежащих суду военной коллегии, от 7.12.1937

Сразу после вынесения приговора принимать передачи для Ефима перестали. Приговор был приведён в исполнение через восемнадцать дней после подписания – 25 декабря 1937 года. Так не стало у Владимира отца – Ефима Марковича Каплана, который остался навсегда молодым, 29-летним…

Свидетельство о смерти Ефима Каплана. Причина смерти не указана

В ходе следствия по делу мужа Анну Медведеву неоднократно вызывали на допросы в НКВД. По существовавшей тогда практике она, как жена «изобличённого изменника Родины», подлежала заключению в лагеря на срок от 5 до 8 лет, но репрессивная машина на этот раз дала сбой… Можно только догадываться, что повлияло на это решение: «независимая» фамилия и недолгий срок в браке; наличие маленьких детей; безупречная биография с точки зрения «правильного» происхождения и детдомовское воспитание; участие с юных лет в коммунистических общественных организациях; положительные характеристики с места работы… В общем, на этот раз пронесло.

Характерные следы «того времени» – памятное фото, на котором Анна и Ефим гостят у его отца в Иванкове. Ефим стоит, удерживая спинку стула, а Анна сидя прислонилась к плечу любимого. Это то, что запечатлел фотограф. К 1938 году фото отредактировали: «изменник Родины» из кадра вырезан.

Анна Медведева рядом с Ефимом Капланом (вырезан из кадра)

Жизнь продолжалась. Насущные хлопоты и заботы мало касались Володи. Даже в самое неспокойное время дети не могут печалиться долго, да и тяжкие думы им не свойственны. Володя рано начал ходить в ясли, а дома проводил время с братом Юрием и приходившими в гости двоюродными братьями Константином и Петром Менандерами⁴⁹, а также их сестрой Ниной⁵⁰ (детьми тёти Вари⁵¹). Особенно нравилось Володе, когда старшие играли с ним в догонялки и катали на трёхколёсном велосипеде.

Володя Каплан. Киев, 1939 год

Надо сказать, что к моменту рождения Володи старшему сыну Анны, Юрию, было уже почти 10 лет. Недостаток отцовского воспитания повлиял на формирование его характера. Усердием и дисциплиной Юра не отличался, да и учился не слишком успешно. Тем не менее, он рос крепким, бойким пареньком, участвовал во всяких разборках и шалостях, как и было положено хлопцам, общавшимся с босяками и голытьбой Бессарабки.

Володя Каплан. Киев, июнь 1940 года

Варвара Менандер (Медведева) с дочерью Ниной. Киев, 1929 год

Впрочем, Юра помогал матери и присматривал за младшим братом. Когда надо было сесть в трамвай, Юрий, обычно расталкивая пассажиров, «захватывал» для матери и брата места у окна. У него был красивый голос, и дома он любил петь. Душевно исполнял песню о чайке из недавно вышедшего фильма «Моряки» 52:

«Чайка смело

Пролетела

Над седой волной,

Окунулась

И вернулась,

Вьётся надо мной…»

После того как Ефима не стало, его семье регулярно помогал брат отца, дядя Боря (Барух), который часто брал Володю к себе. Своих детей у него и тёти Ривы не было, и они с удовольствием возились с племянником. И даже спустя десятки лет дядя Боря по-прежнему чувствовал за него ответственность и продолжал опекать Володю.

Володя в гостях у дяди Бори и тёти Ривы. Киев, весна 1941 года

…Исторические события шли своим чередом и, слава Богу, иногда проходили мимо семьи. Маленький Володя в то время ещё не особо задумывался о них.

Наступало воскресенье – день, когда мама позволяла спать сколько угодно. Но почему-то, как назло, именно в это утро не спалось. Повернувшись на спину, он открыл глаза и увидел, как раскачивается абажур. Это было необычно. Несмотря на близость Крещатика, флигель стоял во дворике, в тихом месте. Что могло заставить качаться люстру?

Это было воскресенье 22 июня 1941 года – день, когда началась война и немцы впервые бомбили Киев. Первые бомбы упали в районе аэропорта Жуляны и киностудии им. Довженко, примерно в 5-7 км к западу от их дома. Мама уже догадывалась о том, что началось что-то серьёзное, но не хотела пугать сыновей и объяснила качание абажура лёгким землетрясением [15].

В тот день в Киеве ещё не было особой паники. И даже первые несколько дней войны украинская столица жила вполне по-мирному. В цирке и театрах представления шли с аншлагом, а власти лишь отменили открытие нового стадиона. Поэтому 23 июня, в понедельник, мама как обычно вышла на работу, а Володю отвела в садик. Правда, в тот же день появился приказ о всеобщей мобилизации, а город начали готовить к обороне. В Киеве приступили к строительству противотанковых рвов и линии дзотов к западу от города, на улицах возводили баррикады из мешков с песком и устанавливали противотанковые «ежи». Каждый день на этих работах трудились десятки тысяч киевлян и жителей прилегающих сел [16].

Радио и газеты пропагандистски приукрашивали ситуацию, рапортуя о победах Красной армии и масштабных потерях врага. Для наглядности в Киеве демонстрировали трофеи – немецкие самолёты и пушки. Тем временем через 2,5 недели с начала войны войска вермахта вышли к реке Ирпень всего в 15 км от города.

Киев, Крещатик, июль 1941 года [17]

Если к началу войны население Киева превышало 900 тысяч человек, то уже в первые месяцы его численность резко сократилась. Около 200 тысяч киевлян были мобилизованы и ушли на фронт, ещё 325-350 тысяч человек эвакуировались вместе с предприятиями и организациями столицы [18]. С началом эвакуации опустели дома, а затем и целые районы города [19].

К середине июля вместе с матерью и старшим братом Юрием Володя был отправлен в эвакуацию. Отъезд состоялся вовремя: через неделю бои вплотную приблизились к Киеву и многие пути были отрезаны.

19 сентября 1941 года Красная армия оставила Киев и вернулась в него только в ноябре 1943 года. Володе было суждено увидеть родной город только через восемь лет. И чтобы дожить до этого времени, ему предстояло пройти целый ряд испытаний, лишений и совсем не весёлых приключений…

Литература глава 1

1. Киев 30-х годов: как появился Кабмин и куда девались церкви. [Электронный ресурс] //Издательство ВАРТо URL: http://news.bigmir.net/capital/767822Kiev-30-h-godov–kak-pojavilsja-Kabmin-i-kuda-devalis–cerkvi–ChAST–1 (дата обращения: 24.03.2019).

2. Население Киева. XX век. [Электронный ресурс] URL: http://newsruss.ru/ doc/index.php (дата обращения: 24.03.2019).

3. Біленко З. Я. Ми молодi веснянi квiти. Київ: Веселка, 1971–248с.

4. Гусев-оренбургский С. И. Багровая книга. Погромы 1919–20 гг. на Украине. – Харбин: издание Дальневосточного еврейского общественного комитета помощи сиротам – жертвам погромов «ДЕКоПо», 1922.

5. Минц М. М., Элман М. Еще раз о Сталине и советском голоде 1932– 1933 гг.// Социальные и гуманитарные науки. Отечественная и зарубежная литература. Серия 5: История: Реферативный журнал. – Институт научной информации по общественным наукам РАН, 2009. – Вып. 2. – С. 106109.

6. Рабоче-крестьянская Красная армия. Личный состав. Численность. [Электронный ресурс] // Википедия URL: https://ru.wikipedia.org/wiki/Рабочекрестьянская_Красная_армия #Численность (дата обращения: 24.03.2019).

7. Приказ НКО СССР № 072 «Обращение к армии по поводу раскрытия НКВД предательской контрреволюционной военно-фашистской организации в РККА». 7 июня 1937 г. // Военный совет при народном комиссаре обороны СССР. 1–4 июня 1937 г.: Документы и материалы. – М.: Российская политическая энциклопедия (РоССПЭН), 2008. – С.458–461.

8. Герасимов г. И. Действительное влияние репрессий 1937 – 1938 гг. на офицерский корпус РККА // Российский исторический журнал. – Балашов Саратовской области, 1999. – № 1. – С. 44–52.

9. Harris J. The Great Fear: Stalin’s Terror of the 1930s. – Oxford University Press, 2016. – 240 p.

10. Александров К. Вторая гражданская война. [Электронный ресурс] // Новая газета № 41 от 13 апреля 2012. URL: https://www.novayagazeta.ru/articles/2012/04/13/49251-vtoraya-grazhdanskaya-voyna (дата обращения: 24.03.2019).

11. Жизнь, мерзость и тайное доброжелательство. Воспоминания Ройда Ильича Дубова. – Владимир, 1995. (рукопись, официально не издавалась).

12. Выступление Н. И. Ежова перед руководящими работниками НКВД УССР. 17 февраля 1938 г. [Электронный ресурс] // Исторические материалы. URL: http://istmat.info/node/24576 (дата обращения: 24.03.2019).

13. Муранов А. И., Звягинцев Р. Е. Суд над судьями (особая папка Ульриха). – Казань, 1993. – С. 68.

14. Расстрельные списки: Москва, 1937–1941: «Коммунарка», Бутово. Книга памяти жертв политических репрессий / Под ред. Л. С. Ереминой и А. Б. Рогинского. – М., Общество «Мемориал» – Издательство «Звенья», 2000, с. 485–501.

15. Кондратенко В. Без объявления войны (Повесть о ратном подвиге) – Киев: Радянський письменник, 1981, – 304 с.

16. Потерянный город. Оборона Киева в июне 1941 года – архив. [Электронный ресурс] // Корреспондент 6 января 2012 URL: https://korrespondent.net/ kyiv/1304520-korrespondent-poteryannyj-gorod-oborona-kieva-v-iyune-1941goda-arhiv (дата обращения: 24.03.2019).

17. Хрещатик 1930-1943. Київський міський блог [Электронный ре- сурс] // Київська міська державна адміністрація URL: https://blog.kyivcity.gov.ua/istoriya/khreschatik-1930-1943(дата обращения: 24.03.2019).

18. 10 фактов об оккупации Киева. [Электронный ресурс] URL: https://warspot.ru/1230-10-faktov-ob-okkupatsii-kieva (дата обращения: 24.03.2019).

19. Киев во время оккупации. [Электронный ресурс] URL:http://deus1.com/ blog-Kiev-1941.html (дата обращения: 24.03.2019).

20. Киев. годы войны. [Электронный ресурс] URL:https://moemisto.ua/kiev/ blog/kiev-godyi-voynyi-181.html (дата обращения: 24.03.2019).

Глава 2. ВЫНУЖДЕННЫЕ ПУТЕШЕСТВИЯ

Я уезжаю навсегда…

И вообще все всегда уезжают навсегда…

Вернуться невозможно –

вместо нас всегда возвращается кто-то другой.

Макс Фрай 53

Редкий человек не мечтает о путешествиях. Жизнь день за днём бывает заполнена какой-то обыденностью и рутиной, а мы мечтаем о Сказке, мы мечтаем о Чуде: теплом море, острове с пальмами и кораллами, где никто не знает, что такое паспорт… Дальние страны, необычные встречи и приключения особенно манят детей, стремящихся познать мир во всей полноте. В любом путешествии встречается что-то такое, что потом забыть невозможно. И когда наступает пора возвращаться, мы становимся уже немножко другими: с новыми впечатлениями, новым опытом, новым кругозором.

…Володя, которому уже исполнилось четыре с половиной года, всегда мечтал о путешествиях. Пока же его путешествия ограничивались родным городом: рядом с домом большой рынок и манящий Крещатик, а на троллейбусе или трамвае можно было добраться в неизвестные места. Самым близким человеком, конечно же, была мама. Но почему-то с мамой ездили почти всегда одними и теми же маршрутами: в садик, в гости к тете Варе54 или дяде Боре55… Там всегда было хорошо: вкусные угощения, любимые заветные уголки, но уже все известно, все предсказуемо, нет Чудес и нет Сказки…