Цитаты из книг автора «Алексей Иванов»

И отцы двинулись вперёд. Сперва они побежали слишком резво, но потом сбавили темп, обретая мерный, монотонный ход. Поначалу они о чём-то переговаривались, перекрикивались, ржали, но вскоре замолчали и раскраснелись, словно в первый раз признались в любви. Помаленьку наступила тишина, в которой слышен был только свист лыж да редкий, случайный стук палки о пенёк на обочине.

Не хотим! Не хотим географию! – орали со всех сторон. – Расскажите нам лучше про походы, в которые вы ходили!.. – А исторически сложившиеся экономические регионы? – Мы дома сами по учебнику прочитаем!.. – Мне однажды девятый «а» уже обещал нечто подобное и надул меня, как Кутузов Наполеона. Возмущённый рёв прокатился по классу. – По девятому «а» людей не судят, – значительно произнёс Овечкин. – Ладно, сделаем так, – всё-таки сдался Служкин. – Вы читаете учебник и во вторник пишете самостоятельную. Вопросы будут сложные, на понимание. Кто напишет на пять – тех беру в поход.

Давайте лучше вы весь урок будете сидеть молча и будете писать, – внёс контрпредложение Служкин. – Скачков, ты чего уснул? – А мне неинтересно, – нагло заявил из чемодана Скачков. – А кому интересно? – удивился Служкин. – Мне, что ли? – Так увольняйтесь, – с первой парты посоветовал верзила Старков, кандидат в медалисты. – Кто ж тогда моих малых деток и старушку мать кормить будет? – спросил Служкин. – Ты будешь? Или давайте так: вы мне платите деньги, а я вас отпускаю с урока и ставлю всем пятёрки. Идёт? – Идёт! – обрадовалась красная профессура. – Тогда выкладывайте по штуке на парту – и свободны.

Школа не воспитательный дом, а я учитель, а не нянька, – возразил Служкин. – Когда в классе тридцать человек и все стоят на ушах, то нельзя скорректировать чье-то воспитание. Проще этих нескорректированных изгнать, чтобы остальных не перекорректировали. – Вы сказали, что здесь не воспитательный дом, а школа? – разозлилась Угроза. – И вы, Виктор Сергеевич, считаете, что лучший способ обучения ребёнка в школе – это выгнать его из класса? Странные у вас взгляды. Дети приходят в школу учиться, как вы заметили, а ваша задача – научить их. Как вам их учить – это дело вашего опыта и профессиональной подготовки, и ребёнок не виноват, если вы таковых не имеете. В конце концов, вам за ваше умение государство платит деньги, а вы, если говорить объективно, просто прикарманиваете их, когда выгоняете ребёнка за дверь. Я как завуч запрещаю вам подобные методы работы.

Учителя говорили мне, что у вас весь урок в кабинете был какой-то шум. Отчего же у вас не было дисциплины? Вы – учитель новый, дети к вам не привыкли, должны робеть и сидеть смирно. – Чего-то вот не заробели… – Видимо, Виктор Сергеевич, вы сами в этом виноваты. Дисциплина на уроке всегда зависит от педагога. А педагог – это человек, который не только знает свой предмет, но и умеет других заставить его знать. Это умение приобретается лишь в специальном высшем учебном заведении – педагогическом институте. Если вам не довелось обучаться там, то и не стоит браться за дело, которое вы заведомо не сможете сделать.

Монахи кучей лежали на амвоне и под иконостасом. Они пели. Среди монахов тут же были и умершие, но никто уже не мог разделить эту гору людей на живых и не живых.

Суд не знал, что делать, – не правосудием же заниматься, чесслово! – и устроил волокиту

считал, что Урал промышленно могуч, он даст своим франкам мощное обеспечение и потихоньку вытеснит ими все другие валюты, включая издыхающий казённый рубль. Короче, монетаристская утопия.

На самом деле уральские франки существовали и никак не были связаны с Уральской республикой. Их в 1991 году придумал молодой бизнесмен Антон Баков. Он взял за основу модерновую тогда западную идею «частных денег». Суть идеи в том, что валюты – тоже товар. Пускай частные валюты ходят на рынке наравне с государственными: они начнут конкурировать, и победит та, которая лучше выполняет функцию денег. Баков

Вроде отвратно, а тянет обратно.