Арина достала ключ и, отперев дверь, посторонилась, пропуская доктора в узкий коридор. Помещение для такого крупного мужчины, как он, было явно тесновато. Девушка, войдя следом, крикнула:

– Мамуль, я дома!

Из кухни донесся молодой женский голос:

– Ну наконец-то! Я тут совсем не справляюсь…

Тон был недовольный, но выйдя в коридор и увидев незнакомого мужчину, сразу же поменялся, а страдальческое выражение лица превратилось в улыбку:

– Ой, а я не ожидала…

– Это Евгений Викторович. Это моя сестра, Лиза. А где мама? – почти сразу послышались шаги и в коридор вышла Нина Сергеевна. Представив их с Мельниковым друг другу, Арина продолжила: – Мам, я должна буду уехать еще на полторы- две недели. Пришла взять кое- что из одежды. Ой, а где моя сумка?

Лиза в этот момент с любопытством рассматривала мужчину.

Мельников, до этого времени лишь сдержанно улыбавшийся, наконец-то обрел дар речи:

– Кажется, мы забыли ее в машине. Я спущусь за ней.

Нина Сергеевна схватила дочь за руку:

– Ты почему меня не предпредила? Посмотри, какая я лохматая, в этом старом платье!

– А он ничего такой, – добавила сестра: – В квартире такой бардак!

– Думаю, едва ли он обратил на это внимание. У него своих забот полно.

Когда мужчина вернулся, Нина Сергеевна уже удалилась в свою комнату, а Елизавета со сладчайшей улыбкой повернулась к нему:

– Иди! Собирай свои вещи, дорогая сестренка… А я пока осмелюсь предложить Евгению Викторовичу чашечку кофе.

Арина отправилась к себе в комнату и занялась укладкой одежды: она взяла свежие рубашки, футболки, туфли, кое-что из нижнего белья и домашнее платье, на случай, если нужна будет помощь по дому. Грязную одежду она кинула в корзину для белья в ванной. Надо будет не забыть попросить маму закинуть в стирку, чтобы к ее возращению была чистая одежда. Собрав вещи, Арина решила взять с собой еще несколько книг: "Мастер и Маргарита" Булгакова и "Жизнь взаймы" Ремарка. Хотела взять еще "Джейн Эйр", но ее просто уже некуда было положить. Наконец, она закрыла сумку и вышла на кухню.

Доктор сидел на стуле за столом, а Лиза с мамой расположились напротив. Надо отдать должное, что выглядела Нина Сергеевна уже лучше. Она привела прическу в порядок и переоделась.

Как же убога ей показалась в этот момент их кухня. Когда она вошла, Мельников встал. Ей показалось или мама чем -то недовольна?

Арина быстро взглянула на мужчину, но он, как всегда, держался вежливо-отстраненно, будто его мысли блуждали совсем в другом месте. Внутренне она порицала его за это. А мама? Все то же самое, сидит с несчастным выражением лица. Настроение у Арины испортилось.

– Я готова, Евгений Викторович, – сухо сказала она и повернулась к родственникам: – Как только прояснится ситуация, сразу же дам вам знать, когда вернусь.

За эти слова Нина Сергеевна вознаградила ее натянутой улыбкой:

– Ну что ж, нам не привыкать. А ты отдыхай… пока молодая.

Нина Сергеевна встала, глядя на Мельникова как умирающая – манера, которая всегда раздражала Арину. Хотя может кто-то на это и велся. Доктор не показал виду, что придал этому хоть какое-то значение. Арина никогда еще не встречала человека, чье поведение так мало выдавало бы его истинные чувства.

– Несомненно, вы справитесь, у вас еще такая помощница осталась! А еще как врач скажу, что вам поставили ошибочный диагноз. Не мне вам говорить, но убежден, что вам необходимо пойти и провериться еще раз, у вас слишком мало причин опасаться за свое здоровье.

Сказав это, мужчина отступил к двери. Арина поцеловала мать на прощание в щеку. Нина Сергеевна с трудом сдерживала обиду. Пожелав им приятного пути, женщина закрыла дверь.

– Как я и предполагал, – заявил мужчина, когда они сели в машину, – у вашей мамы здоровье в полном порядке. Советую записать ее к опытному врачу, который убедил бы ее в этом. Если она чувствует, что ей необходима врачебная помощь, она в первый же визит к нему должна договориться о регулярных осмотрах.

– Доктор сказал, что ей необходим полный покой… Ей противопоказаны стрессы.

– Но не до такой же степени, что вы должны всегда быть у нее под рукой.

– Ваше мнение, Евгений Викторович, весьма ценно, – холодно заметила Арина. – Но, возможно… Вы ведь только хирург…

– Я еще и кандидат медицинских наук , – сказал он мягко. – Вы взяли все, что вам может понадобиться?

Арина сама удивилась своей раздражительности.

– Да, спасибо… И простите мою бестактность.

– Ничего, меня это не задело. По правде говоря, я всегда предпочитаю откровенность сладкоречивым, но фальшивым заверениям.

Потом они ехали молча, но возле дома Мельников нарушил молчание:

– Я помогу вам донести сумку, а вы идите к себе и отдохните, завтра утром я отвезу вас с детьми.

– Отвезете?

– Да, у детей начинается школа. Жить в доме Юли будет удобней, а я буду приезжать по мере возможности.

Он говорил со сдержанной учтивостью, которую Арина в душе находила холодной.

Она стояла с рассеяным видом, наблюдая, как Евгений Викторович достает из багажника ее сумку.

Он должен находить все это ужасным неудобством, думала она, его жизнь перевернута вверх дном и, даже если он привязан к своим детям, ему не очень-то по нраву, не в пример ей, преодолевать трудности.

Внезапное ее охватило желание быть слабой, хрупкой и хорошенькой девушкой, которой мужчины с радостью готовы помочь. Как Лиза. Это безличное равнодушие, которое она обнаруживала в Мельникове, оказывается, так тяжело было переносить.

Девушка учтиво поблагодарила его и, закрыв за ним дверь, и стянув свитер через голову. Надо проверить детей, собрали ли они свои вещи. Не хотелось бы откладывать сборы на утро.

Как она и думала, дети после ужина уже разошлись по комнатам и, вероятно, спали. Арина вернулась к себе, набрала полную ванну и долго в ней отмокала, а после тщательно вымыла голову.

Но не успела она как следует просушить и расчесать волосы, как на телефон пришло сообщение, что Евгений Викторович срочно ждет ее в своем кабинете. Арина быстро начала заплетать волосы в длинную тяжелую косу, доходившую почти до пояса.

Мельников убирал в портфель какие-то бумаги. Он взглянул на нее, когда она вошла, и если даже заметил ее прическу, то оставил это без комментариев.

– Арина, я еду в больницу, срочный вызов. Когда вернусь – не знаю. Так что у нас может не оказаться до отъезда другого времени для решения финансовых вопросов. Вам понадобятся деньги на домашние расходы – вот карта, пинкод я вышлю позже, а так же рабочие номера телефонов, по которым меня можно найти в случае необходимости. Вы не должны стесняться и обращайтесь ко мне, если не будет хватать денег. Что – то еще нужно, что я мог забыть?

– Вроде бы все, спасибо.

Арина проговорила это быстро, и он взглянул на нее недоверчиво, но ничего не сказал, только кивнул и передал карту.

– Я буду вести учет расходов.

– Как вам удобно, – произнес он равнодушно. – Увидимся утром, за завтраком.

Затем Мельников открыл перед ней дверь и, когда она проходила мимо, неожиданно тихо сказал:

– У вас великолепные волосы, зачем вы их все время пытаетесь спрятать?

Арина досадовала на себя, почувствовав, что краснеет.

– Мне так удобнее,– ответила она и добавила: – Ну а сейчас… Просто я их только что вымыла.

Она проскользнула мимо него, миновала холл и уже поднималась к себе, когда вдруг вспомнила, что не пожелала ему доброй ночи.

Дети спустились к завтраку ровно в восемь часов. Отца еще не было, и Арсений тотчас же пробурчал, что не было никакой необходимости поднимать их так рано. Ворчание его, однако, прервалось появлением Мельникова, одетого в повседневную одежду. Выглядел он, правда, неважно, и Арина подумала, что спать ему, наверное, пришлось немного. Это огорчило ее, но спрашивать она ничего не стала, а принялась за еду, изредка поглядывая на Сашу и Сеню, занятых тем же. Потом извинилась перед остальными и пошла в последний раз проверить, все ли собрано и не забыто ли чего. Ровно в девять чемоданы, уже спущенные сверху, Петр Степанович относил в багажник машины. Собаки крутились здесь же, а сам доктор начал рассаживать в «мерсе» своих пассажиров.

– Арина, вы сядете рядом со мной, – распорядился он. – А вы, – обратился к детям, – возьмете на руки собак.

Если дети и протестовали, то молча, не говоря ни слова, они просто забрались в авто и уселись сзади, предоставив Арине с комфортом расположиться на переднем сиденье.

Мужчина, казалось, не обращал внимания на чье – либо недовольство и сохранял молчание, оставляя Арину на едине со своими мыслями. Она чувствовала, что ночь была бессонной и ему тяжело, поэтому тоже предпочитала молчать. Дети, напротив, успокоились и, похоже, были рады возвращению домой. Арина откинулась на спинку сиденья, стараясь расслабиться, но это оказалось непростым делом, так как рядом витало глубокое молчание Мельникова. На протяжении последней недели она не увидела, чтобы кто-либо из его друзей или любимой женщины проявил о нём заботу. Вся его жизнь, по её наблюдениям, вращалась исключительно вокруг работы. Внутри себя Арина размышляла о том, какой тип девушки мог бы привлечь Мельникова: возможно, это была красивая, стройная, с изысканным вкусом, остроумной беседой натура, способная приносить ему умиротворение после тяжелого рабочего дня.

Девушка посмотрела в окно и обнаружила, что поселок остался уже далеко позади. Машина гнала на предельной скорости и было очевидно, что доктор спешит.

Она обернулась посмотреть, как ведут себя дети на заднем сиденье, там все было спокойно.

– Вам удобно? – внезапно спросил Евгений Викторович.

– Да, спасибо. Вам следует хоть немного отдохнуть перед тем, как ехать обратно, вы не находите?

– Весьма тронут вашим участием, Арина, но я вовсе не чувствую себя усталым.

Ага, не любит, когда его жалеют, подумала Арина и снова уставилась в окно.

– Когда мы приедем, я попрошу вас проветрить квартиру и перестелить постель, а мы с детьми пока съездим в магазин.

– Да, отлично. Я могу заглянуть в холодильник и накидать список необходимого.

– Прекрасно. Арина, вы же умеете готовить?

– Конечно.

Остаток пути они проехали в молчании, но Арине показалось, что молчание стало чуть дружелюбнее.

Ребята обрадовались, что вернулись домой. Как только автомобиль остановился у одного из подъездов престижного ЖК, они тут же поспешили выскочить, но голос отца остановил их:

– Не так быстро! Кто будет чемоданы забирать из багажника?

Когда вещи были занесены, он снова дал им распоряжение:

– Занесите свои вещи в комнаты и налейте собакам воды. А Арина пока составит список продуктов и мы с вами поедем в магазин.

Наконец, когда все разошлись, Арина принялась за выполнение задач. Она открыла окна в каждой комнате, исследовала шкафы и ящики. В результате ей удалось найти шкаф с чистым постельным бельем, а использованное она закинула в стиральную машину. Кровати можно будет застелить позже. Сейчас же необходимо помыть и почистить картофель, который она обнаружила в кладовке. Хотя картошка слегка завяла, она всё же годится для первого блюда.

Они вернулись, нагруженные пакетами.

– А вот и мы! – довольно сообщил Мельников, выгружая содержимое пакетов на стол. – Мы купили полный набор: сосиски, овощи, зелень. Яблоки и апельсины. Так, масло, сыр, молоко. Вот еще свежие булочки. Мы пойдем погуляем с собаками, пока вы готовите. Вам нужна помощь?

– Нет, спасибо, я сама справлюсь. – Она взглянула на часы: – через час жду.

Арина поджарила сосиски до золотистой корочки, на гарнир потушила картофель, нарезала огурцы и помидоры на салат, и все это изящно украсила зеленью. Наконец все приступили к булочкам с кофе.

– Спасибо, Арина, все было очень вкусно! – умиротворенно сказал Евгений Викторович, откинувшись на спинку стула, – теперь мы моем посуду, а вы отдыхайте!

Однако Арина пошла заправлять кровати, наводить в комнатах порядок и вытирать пыль с мебели.

Надо еще кое-что постирать из вещей. Сразу, конечно, ей не управиться, но дети пойдут в школу и у нее будет больше времени.

Когда девушка закончила, посуда была помыта, а все трое стояли в коридоре у входной двери.

– Ну что ж, – сказал Мельников. – Мне пора ехать. Я позвоню вечером. И вы звоните, если понадобиться какая-то помощь. В случае острой необходимости я смогу приехать.

Он кивнул Арине, попрощался с Сашей и Сеней и ушел. Арина видела в окно, как он сел в автомобиль и смотрела, пока тот не скрылся из поля зрения. И даже после этого еще какое-то время не отходила от окна.

Наконец она, повернувшись к ребятам, бодро сказала:

– Можете заняться чем хотите, но сначала выдайте мне все, что нуждается в стирке. И в первую очередь то, что понадобиться в понедельник в школу.

– Обычно…-начала Александра, но осеклась, – Хорошо, но потом я хочу сходить к подруге. Тут рядом, соседний дом.

– Конечно сходи. Но прошу вас обоих не опаздывать на ужин.

Арина удивилась,что они без оговорок выслушали все распоряжения, взяли собак на поводоки и ушли.

Она пропылесосила, помыла пол и распоковала свои вещи.

Мельникак не выходил у нее из головы.