Цитаты из книг автора «Александр Бушков»

– Странно, – сказал Мазур. – Никого я не жду, и никаких друзей у меня тут нет…

локатор… – Мало что может быть… – сказал Смолин. – Может, и в нашем райском уголке дурью приторговывать начали с колес? – Что ж к ним за все время ни один организм не подошел? Я ж знаю, как нелегалкой торгуют. Ничего похожего. Опера это, Червонец, и приклеились они к нашей хате. За мной в этот раз все чисто, так что ты поглядывай… – Номера не запомнил? – А смысл? У опера этих номеров полный багажник… – Учту, – сказал Смолин, подхватил миску и поднялся.

И еще мне очень нравится выражение Фридриха о дешевых книжниках мелкого пошиба: «письмоносная челядь».

1. Право участвовать совместно с королем в разработке законов и самому предлагать законы. 2. Право решать вопросы о налогах с населения. 3. Право осуществлять контроль над высшими должностными лицами и в некоторых случаях выступать в виде особого судебного органа. Из этих трех пунктов и родились знаменитые британские свободы, пусть даже формировавшиеся на протяжении долгих столетий…

шапочка-мурмолка наподобие еврейской ермолки (названия к тому же подозрительно схожи), а уж на нее – высокая меховая шапка, именовавшаяся «горлатной», высотой чуть ли не в метр.

Так повелось еще со времен Дмитрия Донского, который на смертном одре говорил своим детям: «Бояр же своих любите и без их воли ничего не творите» (правда, нельзя исключать, что эти слова, как и вложенные в уста Дмитрия его биографом несказанные похвалы боярскому сословию, были, как бы поделикатнее выразиться, следствием политического заказа определенной группы лиц. Летописец, знаете ли, тоже хочет жить спокойно и не бедно…).

В первую входили знатнейшие роды Московского княжества – самые богатые, самые влиятельные. Во вторую – потомки бывших удельных, независимых князей. И те, и другие звались Рюриковичами и Гедиминовичами, поскольку были потомками «звезд первой величины», князей Рюрика и Гедимина.

Ну а теперь следует перейти к нашему многострадальному Отечеству, которое к моменту рождения Ивана Васильевича еще не звалось Московским царством, именуясь Великим княжеством Московским – но уже представляло собой единое государство, где не осталось былых удельных, полностью независимых княжеств. Да и Новгород с Псковом (сепаратистские гнезда, чего уж там) уже были присоединены прочно…

и что меня больше всего удивляет, так это то, что на протяжении всей своей буйной истории польские дворяне ни одного короля не убили – учитывая, сколько своих монархов прикончили британцы…).

Италия? Она состоит из пятнадцати относительно крупных феодальных владений и превеликого множества мелких, вроде городов-республик. Но жизнь подчинена тем же принципам: крупные феодалы творят, что хотят, только щепки летят. Даже суды в Италии раздельные: для благородных дворян одни, для прочих сословий – другие.