Цитаты из книг автора «Александр Бушков»

Братья объявили собиравшемуся было организовать банкет Улу-Махмету, что они прибыли не чаи распивать, а провести свободные демократические выборы с целью смещения его с золотоордынского трона – братец Кичи ведь без места… Улу-Махмет, конечно, заявил, что в гробу он видел такую демократию и такие выборы.

Как уже говорилось, в конце концов Сильвестр и Адашев откровенно заигрались. Когда царь начал войну в Прибалтике, Сильвестр буквально таскался за ним, порицая все без исключения царские решения: и то не так, и это нескладно, и это криво, и вообще, нужно Крым завоевывать…

И тут царь встал! Нервное потрясение оказалось таким, что придало силы… Он заявил боярам, что присягать он велит никаким не Захарьиным, а своему сыну. И задал резонный вопрос – если не хотите служить младенцу, где гарантия, что будете честно служить взрослому, когда вырастет!?

Воротынский ему преспокойно ответил: – Если я изменник, почему же я присягал Дмитрию? А ты, выходит, чист, но присягать не хочешь?

Началось откровенное сопротивление. Иван Шуйский (ну конечно, ни одна гнусность не может обойтись без представителя этой клятой семейки!)

Что до внешней политики, то именно эта парочка едва не втравила страну в большую беду…

позиционироваться как самостоятельная политическая сила – а это уже не прощалось ни одним царем или президентом…

Примеров множество: Сталин и Пилсудский, Черчилль и де Голль, Ришелье и Стефан Баторий…

иных случаях выводя свой род даже не от библейских царей, а, бери выше, от самого Адама (было, было…).

Именно Гоббс тогда же высмотрел слабое место парламентской системы: «В монархии имеется следующее неудобство, а именно: какой-нибудь подданный может быть властью одного человека лишен всего своего имущества в целях обогащения какого-нибудь фаворита или льстеца. И я признаю, что это большое и неизбежное неудобство. Однако то же самое может случиться и там, где верховная власть принадлежит собранию; ибо власть такого собрания одинакова с властью монархов; члены такого собрания могут поддаться дурным советам и быть введенными в соблазн ораторами, как монарх льстецами, и взаимной лестью они могут поощрять друг у друга корыстолюбие и честолюбие. И между тем как монархи имеют немногих фаворитов, а покровительствовать они могут своим собственным родственникам, фавориты собрания многочисленны, а родственники всех его членов значительно многочисленнее, чем родственники любого монарха… фавориты верховного собрания, хотя и имеют большую власть вредить, обладают очень малой властью спасать…»