Глава 7

Цепи звенели. Звук был не металлическим, а живым. Они словно стонали, впиваясь в плоть, каждый лязг отдавал вибрацией в костях. Я стояла на краю бездны, но не чувствовала страха. Только жар. Воздух пах смертью и нагретым металлом, вокруг ничего, кроме мёртвой земли и всполохов огня, но мне было все равно. Я сделала шаг в пропасть и полетела во тьму. Туда, где не было ничего, но в то же время всё. Приземлилась мягко, под шелест чего-то, что не видела, но слышала. Казалось, что где-то рядом стая птиц, но их не могло быть там. Где там? Не понимала. На дне расщелины был вход в пещеру, а

в центре пещеры, окутанный тьмой, висел он.

Чудовище…Черная кожа, словно обугленная картошка с костра, рога, похожие на корону из острых пик, и крылья - огромные, поломанные, беспомощно обвисшие вдоль массивного тела. Монстр был закован. Толстые звенья сдавливали его грудь, шею, запястья. Кровь, черная как нефть, капала на раскаленные камни и шипела. Жар не стал ощущаться меньше, несмотря на то, что вокруг не было пламени. Была лишь тьма.

Я видела монстра, но в то же время и боль. Чувствовала её как свою собственную. Каждое натяжение цепи рвало мне сердце, каждая рана и тяжёлое дыхание существа убивала. Я сделала шаг вперед. Мои ноги были босы, ступни горели, но я шла. Да, я. Я видела и ощущала всё, но понимала, что меня не было и не могло быть там, где я была. Я схожу с ума… Да. Точно.

- Я не оставлю тебя, - голос не очень был похож на мой. Он был старше. Тверже. Полным такой решимости, от которой, кажется, дрожали стены пещеры.

Чудовище подняло голову. Его глаза горели не адским огнем, а чем-то человеческим. Бесконечно уставшим. Бесконечно любимым. В этом взгляде была вся вселенная. Я протянула руку. Мои пальцы коснулись его щеки. Шершавая, горячая кожа. Он склонился к ладони, как зверь, который наконец-то встретил хозяина спустя множество дней разлуки.

В тот момент воздух содрогнулся, как и стены пещеры. Судя по звуку за спиной, небо разорвало на части от выстрела молний. Так громко. Оглушительно громко. Но я не дрогнула. Замахнулась мечом, но затем меня резко швырнуло куда-то назад.

- Амика! - голос прорвался сквозь жар, звон цепей, сквозь саму реальность. На этот раз я вздрогнула и распахнула глаза.

Темнота, прохлада, знакомые стены камеры. Воздух был прохладным, знакомым. Я сползла с кровати и села на холодный пол, поджав колени к подбородку, вся мокрая от пота. Сердце колотилось так сильно, что казалось, вот-вот пробьет ребра и вырвется наружу. Что за черт? Что это было? Всё так… Всё так реалистично.

Шумно и часто дыша, словно загнанная псина, я начала тереть глаза, а затем лицо в попытке прийти в себя.

- Тише. Дыши ровно, это всего лишь сон. Кошмар, - голос Криса донесся из-за стены.

Ужасно захотелось огрызнуться, но по ту сторону прутьев появилась рука, предлагающая тепло и помощь, отчего я зависла. Хотелось подползти и ухватиться за неё, словно за спасательный трос, но затем, захотелось вцепиться в неё и отгрызть к чертовой матери. Не понимая вообще ничего, включая себя, начала тихонько раскачиваться взад-вперёд.

-Не надо. Я в норме, - прошептала, не желая двигаться с места и касаться чего или кого-либо.

Рука Криса повисла в воздухе, а затем медленно исчезла.

- Тебе приснилось что-то плохое?

Плохое? Еле сдержала нервный смешок и посмотрела на свои ладони. Они дрожали. На коже не было ожогов, грязи…вообще ничего. Но ощущение жара не уходило. Оно сидело глубоко внутри, будто под кожей.

- Я… спасала его, - выдохнула, сама не понимая, почему говорю это вслух и начала раскачиваться ещё сильнее.

- Кого? - голос Криса стал напряженным, как и воздух вокруг. Переживает…

Я не ответила. Не смогла. Потому что в голове уже крутился этот вопрос, который сверлил мозг хуже любого сверла. Кого я спасала? Я не знала.

Во снах люди часто видят чудовищ. Это нормально. Отражение наших страхов и переживаний. Но почему мне было не страшно? Почему вместо ужаса я чувствовала… потерю? Огромную, зияющую дыру в груди, которую необходимо было заполнить любой ценой. Не могу описать, но там, во сне, была я и не я одновременно.

Голова взорвалась болью в висках, и я начала их массировать. Образы накладывались друг на друга. Черная кожа… рога, глаза. Эти глаза я видела раньше. Не во сне. В жизни. Где? Когда? Они были до боли знакомы, но не узнаны. Такое возможно?

Возможно. Если страх блокирует очевидный ответ.

Дёрнулась от собственной мысли. Голос ведьмы из леса всплыл в памяти так ясно, будто она стояла прямо здесь, в темноте. Она тогда смотрела на меня своими глазами с двойными радужками и несла какую-то чушь. Что она в меня кого-то подселит или разбудит, даже толком не помню.

Кого ты прячешь внутри, Амика?

Я тогда подумала, что она бредит. Чёртова девка со своей ступкой, но сейчас… Сейчас я чувствовала, как что-то шевелится внутри и это не пантера.

- Это просто сон прошептала, пытаясь убедить саму себя. - Просто сон.

То чудовище во сне, вызывало во мне знакомые чувства. Сострадание, нежность, любовь и желание быть рядом, несмотря ни на что. Сайлас… Он лезет в мою голову в виде кошмара. Логично. Он мой личный демон. Умеет обманывать, туманить разум даже на расстоянии. Он убивал. Дважды. И это только те случаи, о которых я знала. Ненавижу! Сжала кулаки до хруста. Ненавижу, но… почему так хотелось плакать? Вспоминая Сайласа и скованного в какой-то бездне монстра, мне одинаково сильно хотелось плакать.

Слезы жгли глаза, но я не позволяла им ожить на щеках. Я не могла плакать при ребятах. Чувствовала, что они не спят и прислушиваются. Я не могла плакать при Крисе. Он защищал меня. Здесь наяву и там, во сне. Его голос вырвал меня из того места, где мне было… плохо, страшно? Нет, где мне было опасно. Да. Опасно.

Я посмотрела в сторону. Туда, где Крис протягивал мне руку помощи, а я от неё отказалась. Знала, что он не спит. Молчаливо поддерживает меня и пытается быть рядом насколько это возможно в нашем положении. Поймала себя на желании подползти к стене и протянуть свою руку в ответ, но голова дёрнулась, будто какой-то нерв защемило, и я осталась сидеть на месте, слегка разминая шею. Нервы… Мои лучшие друзья…

- Может это не мой сон? - прошептала под нос.

Или… не только мой. А той, которую в меня пыталась запихнуть ведьма? У неё получилось? Черт! Я быстрее сойду с ума, чем выберусь с Зоны Д.

- Амика, ложись спать, - мягко сказал Крис. - Нас ждёт тяжелый день. Сегодня был вводный курс, а завтра начнётся работа. Тебе нужен отдых.

Кивнув, хоть это никто и не видел, забралась на кровать и полностью скрылась под одеялом.

Я вспомнила ощущение черной кожи во сне. Горячей. Живой. Вспомнила вес цепей. Я вспомнила, как готова была обрушить небеса, разорвать цепи и уничтожить саму бездну ради спасения того… существа. Разве можно так любить монстра? Разве можно жертвовать собой ради того, кто столь страшен и может тебя уничтожить? Или… или нет?

Мысль была запретной. Опасной. Она грозила разрушить всё, во что я верила последние месяцы и даже годы. Что я жертва какого-то помутнения рассудка. Что я зря бежала от своего чудовища, видя в нём отражение себя самой. Что я совершила ошибку. Это разлагающееся чувство тоски убивало, как и непонимание где реальность, где сон, а может… воспоминания?

Что если я ошиблась. Что если чудовище не в бездне и не в лесной хижине? Если чудовище не с рогами и крыльями и не с глазами полными боли и любви. Я уже убедилась в том, что неприметный учёный под личиной отца может быть куда большим злом, чем Потерянные.

Возможно… Лишь, возможно, с Сайласом всё наоборот? Под обликом монстра скрывается истина и куда более светлая душа. Ведь я и правда любила его. Ладно. До сих пор люблю. Но после того, что он вытворил, после того как бросил меня в лесу, совсем одну и ушёл с другой… Твою мать. Это одна из версий событий ночи Кровавой луны. Была и вторая. Явившаяся во сне. В ней Сайлас не бросал меня. Его вырубила та баба, которой подвластна сила природы. Когда ты можешь заставить корни деревьев ожить и нарисовать на земле круг, это ведь так называется? Приглушённо застонав, зажмурила глаза и плотнее обхватила колени, имитируя позу эмбриона, скрывшегося под одеялом.

Во мне кто-то спит? Спал? Проснулся? То имя… Ариана. Я прошептала его так тихо, что даже сама почти не расслышала.

Ведьма говорила, что хочет кого-то пробудить. Ариану. Забыла лишь упомянуть кто она и зачем. Неужели… ту девушку? Ту, что стояла перед цепями? Ту, что не боялась монстра, а любила так, что не передать словами. Я лишь ощущала всё, а описать те чувства в жизни не смогу. Настолько мощные, глубинные… Истинная любовь…

Она вроде ничего, конечно, смелая и воинственная, судя по тому, что я успела понять, но если она проснется… что станет со мной? Я исчезну? Освобожу ей место в своём теле? Или мы будем делить одно?

Под одеялом было душно, и я высунула голову. Взгляд упал на темный угол камеры, туда, где тени сгущались сильнее всего. Мне показалось, что там, во мраке, горят два тусклых огонька, словно чьи-то глаза. Моргнула под оглушительный шум сердцебиения, и всё исчезло. Осталась лишь тьма с навязчивым ощущением чьего-то присутствия. Казалось, что кто-то был рядом. Возможно, наблюдающий за мной по ту сторону камеры видеонаблюдения охранник? Или нет…

Паранойя. Она самая.

Я не помнила кем была и не понимала, была ли вообще. Почему та девушка с горящим в стволе дерева сердцем была моей копией? Я лишь сосуд для кого-то или чье-то перерождение? Есть третий вариант. Поехавшая на нервной почве девчонка.

Крис вздохнул во сне и причмокнул губами. Улыбнуться не получилось, так как я сходила с ума в своем аду.

Закрыла глаза, но не чтобы уснуть. Чтобы снова увидеть сон и понять, почему цепи на монстре причиняли мне боль сильнее, чем любой удар, который я получала в реальности.

Если это воспоминание… значит, я забыла не только его. Я забыла себя. И кто-то или что-то очень хочет, чтобы я вспомнила. Или… сошла с ума.