Глава 2

***

Я не спала. Вновь плавала где-то и нигде одновременно. Сквозь туман в голове, налитые свинцом веки и тошноту, подступающую к горлу с каждой кочкой, ощущала движение. Машина. Дорога. Меня куда-то везли. Не пойму лежу я или сижу. Жива или нет, а самое интересное – что со мной? В памяти вспыхнули образы из прошлого. Снова просмотрев все события за последние сутки, не могла понять, тронулась ли я умом или дело в той галлюциногенной дряни, что мне влила парочка в лесу. Хватило сил до скрежета зубов сжать челюсть. Образ Сайласа был молниеносно стерт огромным ластиком. Не хочу его видеть. Бестелесным фантомом так точно. У призрака не вырвать сердце из грудной клетки, а значит, и нечего думать об оригинальной версии до тех пор, пока не увижу перед собой. На расстоянии вытянутой руки. Чтобы…

– Приходит в себя. Поддай еще! – сквозь гул послышался незнакомый голос.

Ужасно захотелось вцепиться в глотку тому, кто заговорил, сбив меня с мысли, но я не могла. Даже пошевелиться.

Раздался омерзительный скрежет по металлу. В лопатку что-то воткнулось, словно игла в палец, каждый раз, как я пыталась что-то пришить в младших классах на уроках по домоводству. Затем…ничего. Меня просто не стало.

***

Я вновь оказалась в эфире. Все также трясло, головная боль убивала, глаза не открывались. На этот раз мне удалось дойти до воспоминания о Дорис и ее обглоданном теле. Затем Мелисса. Подруга смотрела на меня со слезами на глазах, в то время как вместо ног у нее был чертов змеиный хвост. Ее папаша мразь, которому я, кажется, разбила лицо…или…порезала? Исполосовала когтями? Белые пушистые лапы, когти, дикий голод и жажда уничтожить того, кто заставлял подругу страдать. Усы, хвост, розовый нос… Это все мое? Я? Неет. Не может быть. В ушах отозвалось эхо шипения в лесу, а затем рычание, пробирающее до костей. Кто-то рычал рядом со мной…или все же я?

Что со мной произошло? А с соседями по улице? Откуда взялись те животные? Где я вообще? Куда везут? Кто? От обилия вопросов мозг будто пошел трещинами и захотелось схватиться за голову, но вновь мимо. Я не могла ощутить руки. Но… На это раз я уловила запах. Не хвоя. Не кофе. Не грязь с примесью крови, а страх. Не мой. Чей-то. Я была не одна! Там, где сейчас мое тело, я не одна. Прерывистое, сдавленное дыхание доносилось до меня со всех сторон, а тошнотворный кисловатый запах страха, точно знала, что это он, заставлял кровь в жилах течь быстрее. Я не одна. Кто-то был рядом и также дезориентирован. Не одна… С облегчением от этой мысли вновь резко ушла с головой в никуда и исчезла.

***

– … не двигается…

– … пульс есть?

– … белая как снег. Видел?

– Закрой рот. Ты еще погладь…

Голоса без лиц. Слова без понимания смысла. Лишь вновь вернувшаяся боль. Она пульсировала вдоль позвоночника и раскидистыми ветвями расходилась во все части тела. Я ощущала жжение каждой клеткой. Напряжение каждой мышцей. Попыталась пошевелиться, но позвоночник прострелило адской болью, словно в него вогнали раскаленный прут. Стиснув зубы, удалось сдержать рвущийся наружу крик. Кто бы ни был рядом со мной, они не должны узнать о том, что я слаба. Да и мне самой стоит позабыть это слово “слабость”. Под чем-то я или нет, но происходит явно что-то нездоровое. Слабость пахнет трупами, а я не собиралась умирать. Пока не пойму, что происходит. Где я и что со мной. Пока не найду Мелиссу. И до тех пор, пока не убью Сайласа – умирать я себе запретила.

Машина остановилась. Тряска наконец-то закончилась. Дверь распахнулась. Кожи и обоняния коснулся прохладный, чистый воздух. Пахло утром: росой, восходом солнца, пробуждением. Со всех сторон послышались жадные вдохи. Я не одна… Сколько мы ехали? Пару часов до восхода солнца или сутки?

Меня кто-то подхватил под руки и вытащил из машины. Не бережно и не грубо – как мешок с чем-то не особо ценным, но нужным. Голые ступни чертили по асфальту, а затем камням. Немного травы. Снова асфальт. Порог. Плитка. Ещё один порог.

Приложив неимоверное усилие, смогла приоткрыть глаза. Всего на миг, но мне удалось зацепиться за режущий глаза свет на потолке, белые стены и группу людей в чёрных футболках и штанах. На ремнях мужчин, которые шли следом за моими волочащимися, вымазанными грязью ногами, были пистолеты. Неизвестные тащили под руки девушку с запрокинутой ко мне головой. Её лицо было вымазано кровью.

Моргнула, но глаза больше не открылись. Я вновь потеряла связь с телом, но осталась в сознании.

Время тянулось мучительно долго, как казалось. Меня всё куда-то волокли под звук шагов и шороха. Куда? Что за девушка в крови? На спасение не очень похоже. Тогда на что?

Воздух становился влажным и тяжёлым. По тому, как пятки отбивали ритм, стуча по холодному бетону, предположила, что меня стаскивают по лестнице куда-то вниз. Вспышка страха молниеносно сменилась злостью и яростью. Под кожей что-то зашевелилось, заставив волоски на теле встать дыбом. Кости и мышцы, казалось, налились тяжестью. В груди стала нарастать вибрация, похожая на мурчание кошки, но я чётко понимала, что эти импульсы не от удовольствия, а напряжения.

Что-то лязгнуло, окатив меня ледяной волной мурашек, а затем последовал удар. Верхняя часть туловища рухнула вниз. Холод металла под кожей, обжег каждый сантиметров тела. Сквозь еле приоткрывшиеся щелочки увидела прутья решетки. Тусклый свет явил взору ряд клеток. Не камер. Клеток.

Напротив меня, словно животное в зоопарке, а не человек, сидел парень. Он оскалился на мужчин в чёрной одежде, и я увидела блеск его клыков. Послышалось рычание, от которого я содрогнулась. Те, кто притащил меня сюда, ткнули в клыкастого какой-то палкой и раздался звук подачи тока. Парня тряхнуло под разъедающий сердце скулёж, а затем он упал. Стал просто тенью на полу клетки. Под хор смеха прутья подо мной дрогнули. Затем вновь послышался лязг. Меня заперли. Под удаляющийся смех и гул голосов я вновь утонула во тьме, услышав раскатистое рычание в глубине. Внутри себя. Не сумев собрать всё, что уже было слишком очевидным, хоть и нереальным, вновь канула в небытие.

Не знаю, сколько прошло времени, но когда я очнулась, смогла повторить то же, что и в лесу. Восстать из мёртвых, как казалось. Медленно и аккуратно, приняла сидячее положение, а затем отползла к стене. Подтянув к себе колени, обхватила их руками и набралась смелости осмотреться.

Тусклый свет, бетонный пол, покрытый какими-то пятнами, серые стены со сколами и царапинами, клетки… За спиной была стена, справа тоже, но не глухая, а с металлической дверью. Выход. Слева множество прутьев и силуэтов. Кто-то лежал, кто-то сидел. Напротив был выстроен такой же металлический ряд с запертыми людьми.

Все сидели тихо, поэтому раздавшийся женский крик пронёсся мимо собравшихся вздрагиванием. В том крике было столько боли, что сердце отозвалось спазмом. Комната с десятком клеток вновь погрузилась в тишину. Никто не двигался и не решался заговорить. Обычно в фильмах в таких ситуациях герои заходились бы в панике, пытались выломать прутья и выбраться, но в жизни всё оказалось иным. Парализующий страх перед неизвестностью и непонимание прибили тела и сдавили глотки. Единственное, что казалось, было живо: тихое дыхание и зловоние страха.

Бросив взгляд на руки, мысленно вернулась в дом Мелиссы и увидела другие. Свои, кажется, но другие. Пушистые. Белые. Мощные. Незаметно ущипнула себя за ляжку, молниеносно получив ответ. Все реально. Протолкнув вставшую кость в глотке, прочистила горло. Я здесь не сдохну. Не могу.

Ищи. Копай. Давай же… Найди то, за что можно зацепиться. Сильное. Мощное. Ну же…

Перед глазами вспыхнула улыбка лучшей подруги, затем сменившись на образ черноглазого мужчины. Я бросила все силы на то, чтобы ухватиться за два образа, ради которых должна была быть сильной и живой. Мне необходимо найти Лиссу, если она где-то здесь и свалить как можно дальше. Или сбежать и вернуться к ней, если она осталась дома. Следом я должна отыскать Сайласа. Что сделаю с ним, пока точно не знаю, но явно не обниму. Если только ради того, чтобы оказаться поближе к его сердцу, сжимая в руке нож.

Прочистив горло ещё раз, отогнала дикую жажду на второй план своих желаний и решила нарушить тишину, чтобы кое-что уточнить для себя.

– Кто-нибудь видел своё тело слегка иным? Пушистым, – прохрипела вопрос.

Девушки и парни, окружающие меня не шевелились, но тихо вытолкали из себя ответы.

– Чёрные лапы с когтями, – парень сбоку отозвался тихо, но чётко.

– У меня меха не было. Зелёная чешуя и хвост, – послышался шелест голоса на той стороне ряда, а затем всхлип. – Спасибо, что спросила. Думала, я рехнулась.

– Видел у себя хвост и ощущал его там, где ничего бы не хотел чувствовать, – подал голос кто-то ещё.

Отлично. Это не из-за того, что меня опоили. Я не одна покрывалась шерстью. Кто-то даже чешуёй.

– Кого-нибудь трахнули прошлой ночью возле огромного дерева, а затем бросили в лесу? – решила узнать всё и сразу.

Послышались смешки. Рваные, нервные, но лучше тяжёлого, давящего сопения.

– Меня трахала лишь жизнь, и не только прошлой ночью, – кто-то подал голос.

– Согласен. Нет, была парочка отвязных девчонок, но жизнь чаще, – поддержал первого.

Парни начали тихо переговариваться, а я закрыла глаза и прислонилась затылком к стене. Содрогнувшись от волны холода, пронесшейся по коже, сжала челюсть. Что мы имеем?

Тех, кого заперли в клетках, не опоили. Мы и правда частично или целиком обращались в животных. Секс с бывшим, был бонусом лишь для меня. Значит, ведьма и Сайлас ни при чëм. Отлично…

Вероятней всего, та огромная змея и медведь, сожравший Дорис, кто-то из людей. Они насовсем стали животными? Почему мы всё ещё выглядим обычно? Это хорошо или плохо? Боже… о чëм я… Всё просто ужасно. Я покрываюсь шерстью, а Мелисса чешуёй. Более того, не только мы.

Папочка был бы в восторге.

От этой мысли я усмехнулась, хоть и вяло. Оборотни, значит… шикарно. Все дружно решили обернуться в животных именно после моего дня рождения. Остатки разума боролись с реальностью, но вторая явно выигрывала. Запертые здесь люди могут превращаться в зверей, поэтому мы в клетках. Это не сон и не коллективные галлюцинации. Реальность. Ещё немного поповторять себе это и, возможно, получится принять этот факт.

По классике жанра нас должны бояться и не понимать. Брать кровь сто раз за день и пытаться изучить феномен. Следом найдут лекарство от этой заразы и… выпустят нас обратно в мир здоровыми и счастливыми. Да. Скорее всего, как-то так и будет. Необходимо поговорить с кем-то и узнать, где Мелисса. Вместе мы точно справимся с походами в кабинет врача и легче перенесём весь ужас происходящего. Точно.

Оживившись от этой мысли, выпрямила ноги, поморщившись от боли в костях. Необходимо позвать кого-нибудь и потребовать ответов. Опустив руки на пол, задела пальцами что-то холодное и опустила взгляд. Рядом со мной валялся железный широкий ошейник с выгравированной цифрой “13”. Толстенная короткая цепь, идущая от удавки, вела к верхнему углу клетки и крепилась к железному кольцу. Грудь завибрировала, и я приложила к ней ладонь.

– Понимаю тебя, какой бы заразой ты ни была, – прошептала себе под нос, ощущая вибрацию. – Не выпускай когти, используя меня в своих целях, и нас никто не посадит на цепь, идёт?

Отчего-то я не считала себя чокнутой, разговаривая с вирусом внутри себя. Это ведь он? Грудь перестала подавать признаки иной жизни и лишь мерно вздымалась, что лишь помогло убедиться в своём здравомыслии.

Бросив ещё один взгляд на чертов ошейник, сделала глубокий вдох и поползла вперёд. Обхватив прутья, еле погасила вспышку ненависти к тем, кто запер живых людей в клетках, хоть отчасти и понимала причину.

– Зря, – послышался голос, и я устремила всё внимание в сторону парня.

Нахмурившись, вспомнила его. Тот парень, которого вырубили током как дикую псину. Под кожей пробежала волна ненависти, и мой запал резко угас.

– Что зря? – спросила, разглядывая в полумраке собеседника. Шёпот стих, и, полагаю, все прислушивались к нашему разговору.

– У тебя во взгляде неоновыми буквами бежит строка со словом “надежда”. Убей её сразу, пока это не сделали они. Будет куда легче.

На меня смотрел бритый почти под ноль темноволосый парень лет двадцати пяти. Расслабленная поза, уверенный взгляд голубых глаз, широкие, гладковыбритые скулы, сексуальная усмешка. Он сидел, прислонившись к стене. Рука, свисающая с колена, была забита татуировками, и я бы с интересом изучила каждый завиток, но было не до этого.

– Думаешь… – хотела спросить, ждёт ли нас что-то ужасное, но он перебил, кивнув мне.

– Уверен, – парень оторвал от меня взгляд и осмотрел остальных. – Вы не те фильмы смотрели, если надеетесь на то, что перед нами сейчас извинятся и переселят в комфортные вип-палаты со всеми удобствами, – хмыкнув, вернул взгляд на меня. – В нас видят опасность и животных, сожравших своих соседей. Это, – он лениво приподнял палец и обвёл им помещение с клетками. – Наша новая реальность. Готовьтесь. Лучше пусть воняет страхом, чем надеждой на чудо.

– Ты тоже чувствуешь запах? – уточнила, сжав прутья сильнее.

– Да. Как и твой, – усмехнулся. – Вкусная, хоть и пушистая киска, – нагло осмотрев меня, цокнул.

Хотела поставить его на место, но прыснула со смеху, отчего губы парня растянулись в улыбке.

– Ты о том, в кого я превращаюсь? Огромная кошка?

– Да. Пока ты была в отключке, пару раз обрастала мехом. Белая, густая шëрстка, длинный хвост. Красивая пантерка.