Сыщик

ЖАНР: святочный рассказ
О ЧЁМ: сыщик преследовал бандита. Бандит хорошо спрятался и нельзя было его найти. Тайное убежище удалось отыскать и сыщик остался один на один с местным авторитетом. У бандита в руках ружьё и уже ничего сыщика не спасёт. Раздаётся звон колоколов и с бандитом происходят изменения.
ПОНРАВИЛОСЬ:
Святки. Поучительный рассказ, о том как религиозность уберегла от душегубства. Полностью согласен со словами чеченца:

"Христос родился, а мы то что делаем... Господи..."

Есть над чем задуматься.
РАЗОЧАРОВАЛО:
Длинное начало. Это свойственно творчеству автора. Весь рассказ звучит минут двадцать пять, а важные события начинаются в последние две минуты. Слишком долгая присказка, которая важна, но очень скучна.
КОМУ ХОЧЕТСЯ ПОСОВЕТОВАТЬ: кто благоговеет перед церковным звоном.

Лечу в самолете, читаю очередной томик от Питера Акройда. Англия, реформация и постреформация. Знаете, времена, когда за то, что исповедуешь не то, что партия прописала и крестишься не двумя перстами, а тремя и поклоняешься иконам, жгли на кострах. Жгли те, кто правильно крестился и рушил монастыри. В общем, решила немного переключиться и открыла рандомно книгу в телефоне. Даже не знаю как она оказалась у меня. Амфитеатров. Первый рассказ Сыщик. Незатейливое повествование на пару- тройку страниц. Дело было где-то в России, когда слово социалист могло быть столь ругательным сколь и гордым званием. Один мужик вспоминает историю из прошлого. Довелось ему выйти на след вора рецидивиста. Но сыщик по иронии судьбы попал в капкан к нему. И вот смотрят они друг на друга. На сыщика ружье наставлено. То есть неверный вздох и он покойник. И вдруг звонят колокола, праздничный день был. Лучше цитату поставлю:

«Смотрю на Чеченца, а у него вдруг как задрожат руки...

Другой удар... третий... Я глазам не верю: побелел Федька, как полотно, губы трясутся, на глазах слезы...

— Христос,— шепчет,— Христос родился!— да с этим словом как швырнет ружье на пол!..

— Вяжи!— говорит.

А у меня револьвер, будто сам собою, очутился в руке, и Федька стал совсем в моей власти...»

В общем отпустил он рецидивиста. Дал ему уйти.

Вот она - вера истинная, милосердие, когда Бог в душе, когда человек творит богоугодное. А не вот эти все прения религиозные с кострами на выходе.

Побольше бы таких преступников, кстати.