Цитаты из книг автора «Жауме Кабре»

Я лишь через много лет выяснил, почему она плакала, а тогда просто узнал, что бывают страдания, которые длятся целую неделю, и это внушило мне некоторый страх перед жизнью.

Тем не менее еще не конец, и я размышляю, какой фигурой сыграть.

Эй, Адриа, где ты витаешь? Адриа мигнул и ответил: да тут я, тут. – Иногда ты ускользаешь куда-то. – Я? – Дома говорят, это потому, что ты – мудрец. – Из меня мудрец, как из дерьма – пуля. Хотел бы я иметь… – Вот только не начинай!

В конце концов он понял, что не в силах ничего поделать, что в Вене он останется навсегда, что жизнь – это не тропинка и даже не ее финал, а только путешествие, и умираем мы всегда на полпути, куда бы мы ни направлялись. Не повезло ему лишь в том, что злой рок уготовил ему невыносимый зимний путь, который вконец истерзал его душу, не оставив на ней живого места.

А я ему: нет, папа, раз это так, мне лучше умереть. Убей нас ты сам. А отец обнял меня, и большей любви, чем в том объятии, не было во всем мире, и прошептал мне на ухо, я тебе помогу, мой любимый. Никто из них не подумал, что замыкает тот, другой ужасный круг, открывшийся в тот день, когда Всевышний, невзирая на Завет, повелел Аврааму, чтобы испытать его, принести в жертву своего сына Исаака на одной из гор земли Мория[68]. Круг замкнулся в отсыревшей, темной и промозглой комнатушке в аду Треблинки, когда нечистый дух решил, что Исаак Лодзер должен принести в жертву своего отца, мать, сестру и деда, с той же целью испытать его.

А может быть, и нет. Откуда ему было знать, что на самом деле все началось гораздо раньше и вдалеке от узкого переулка. Наша история берет начало там, где самка кабана, при знакомстве представлявшаяся как Лотта, родом из лесов Бергеданского

И в заключение – небольшое размышление, которое я обращаю к вам и ко всем, кто захочет к вам присоединиться. Мне говорят, что я не буду скучать ни по книгам, ни по музыке, – никак не могу в это поверить. Мне говорят, что я не буду вас узнавать, – не будьте ко мне жестоки. Мне говорят, что я не буду страдать от этого. А значит, не стоит страдать и вам. Будьте снисходительны к моей деградации – она будет постепенной, но необратимой.

Быть человеческой судьбой – это тебе не шутки.

Их отделяло друг от друга несколько десятков голубей.

И услышал эту новость. Я прекрасно ее понял, поскольку она сопровождалась леденящими душу кадрами, – Адриа никогда не мог бы даже представить себе, что эта новость имеет к нему самое непосредственное отношение. Все на свете имеет ко мне отношение. Думаю, я виноват в том, что человечество катится по наклонной.