Цитаты из книг автора «Юрий Никитин»

Не путай успех с удачей. Свой собственный или чужой. Первое – закономерный плод усилий, второе – случайность.

Удача улыбается смелым, – напомнила она с лицемерным сочувствием. Он кивнул: – Да. А потом долго ржет над ними.

Следопыт из тебя как из моей задницы молот

Явилась заплаканная Сара, сразу с громким плачем бросилась к его ложу: – Иосиф! Неужто ты уже не чувствуешь в себе сил? – Откуда они возьмутся? – ответил он. – Разве не я их тратил?.. Сара, я хочу составить предсмертное завещание. – Все, что скажешь! – сказала она со слезами. – Как скажешь, так и будет! Он перевел дыхание, сказал размеренно: – Во-первых, все стадо оставляю Абраму… Глаза Сары округлились. – Абраму? Да он их променяет на гульки с дочерями Цили. Ни в коем случае! Оставь их Мойше. Тот настоящий скотовод… в душе. Он сумеет из одного стада сделать два. – Хорошо, – сказал он слабо, – Мойше так Мойше. А лавку с товаром оставляю Давиду… – Что? – ахнула она. – Давид меньше всех людей на свете годится для торговли. Он сам там все выпьет и съест, а что не сможет – пригласит приятелей. Оставь это молодому Соломону, твоему племяннику. Он готов торчать за прилавком дни и ночи! – Соломону, – согласился он покорно. Вздохнул. – А сад по реке завещаю Исаву… – Дорогой, – воскликнула она, – только не Исаву! У него уже есть сад. Да и тот запущен. Оставь Аарону. – Хорошо, – вздохнул он. – А склад с мотыгами и прочим – Исхаку… – Нет, – возразила она. – Ты забыл, что у тебя есть еще и сын Перец. Ему и оставь! – Хорошо, хорошо, – вздохнул он. – Перецу так Перецу. Она заботливо потрогала ему лоб: – У тебя жар… – Да, – согласился он. – Наверное, потому, что я перестал понимать, кто из нас умирает?

воля умирающего была такова: пусть родня, что живет на его землях, возьмет все то, что пожелает, а все то, что пожелает, отдаст Горнилу.

Уже выехали за ворота, но Томас не убирал ладони с рукояти меча. Олег равнодушно ответил, углубленный в потаенные думы: – Ну и что? Они оскорбляют, а мы не оскорбляемся.

Сэр калика, но ведь нас же оскорбляют?!

Даже моих друзей нет, подумал он с внезапным холодком. Я иду один, а они мне только кажутся. Они существуют, пока смотрю на них, но тут же исчезают, едва отвожу взор

Плакаться станешь – бог дольше жить заставит!

Немного цифр и дат. Новый рывок начал только с 1992 года, когда выпустил «Трое из Леса». В следующем, 1993-м, повторил дважды или трижды издание «Троих из Леса», а также издал «Трое в Песках» и «Трое и Дана». В 1994-м к ним добавились «Святой Грааль», «Стоунхендж» и «Гиперборей». В 1997 году вышла «Ярость», вызвавшая столько шума. Она постоянно переиздается и сейчас, читатели, которые берут ее впервые в руки, ахают: ух ты, как своевременно!.. Знали бы, как «своевременно» это звучало в 1997-м и что это повлекло! В том же 1997-м начал проект «Княжеский пир», в котором вышло две моих книги, а молодых ребят, на которых рассчитывал, – что-то около десятка или чуть больше, не считал. «Яростную» серию продолжил в 1998–1999 гг. еще тремя книгами, и, когда ее наконец-то признали и взяли для публикации в крупное издательство, я на этом ее закончил. Я победил, этого достаточно, а без борьбы просто подбирать вылетающие из кассы гонорары – неинтересно, по проторенной дорожке пусть идут другие, которые назовут себя патриотами, имперцами и множеством других красивых и звучных слов, не вспомнят, с чьего толчка началось, – подобная забывчивость характерна для России, в этом особенности национальной литературы и вообще национального характера. «Как стать писателем» – издал в 1999-м. «Скифы», «Изгой» и «Баймер» вышли в 2000-м, «Скифы» надолго задержали в издательстве, там выкручивали руки, пытаясь заставить отказаться от этой вещи, но я к этому времени оказался чересчур силен, так что после конфликта в издательстве упорствовавшего редактора уволили, а книга все-таки вышла. После ее выхода в стране начали создаваться общества скифов, был написал Устав молодого скифа, Программа по скифизации, а во всесоюзной переписи часть населения объявила себя скифами.