Глава 4

– Что именно? – попробовал я сыграть под дурочка, но Мраг укоризненно покачал головой.

И что мне ему сказать?! Что я какой-то там старый хрыч, который прожил порядка 15 тыс. лет по самым скромным оценкам? Что у меня в голове запечатан гигантский объём знаний, к которому нет прямого доступа? Или может то, что я не Миг вовсе, а пришлый? Который попал на эту планету и в это тело не случайно, а зачем и почему сам не знаю?

– Я не знаю, Мраг, – я прижал руку к сердцу, – честно не знаю. Я просто представляю себе, или даже не представляю, а испытаю острую необходимость. И оно само, – я развёл руки в стороны, не разрывая зрительного контакта. – Тогда в лесу я очень испугался медведя и создал мечи. А перед спортзалом испугался, что с меня снимут На за то, что я без формы. А откуда форме взяться? Меня сюда привезли из больницы, где мой рюкзак и вещи – не представляю.

– Ладно, иди на историю, потом поговорим, – разочарованно буркнул директор. – Зайди после уроков, у меня есть идея, как помочь тебе с поднятием На. Сделаю пока несколько звонков, договорюсь.

Я посмотрел на часы и опять использовал ускорение, чтобы не опоздать. Сегодня была лекция, и в аудиторию набились все сто одарённых. Я влетел в класс последним и быстро нашёл Кифила. Он придержал мне место в третьем ряду у окна.

– Спасибо, – я плюхнулся рядом.

Кифил близоруко сощурился.

– Ты где был?

– У директора, – я печально вздохнул. – Нужно было отчитаться о проведённом занятии по физкультуре.

В помещение зашёл энергичный мужчина средних лет. Деловой костюм в зелёную клеточку, бежевая рубашка и коричневые кроссовки. Однако, всё вместе смотрелось неплохо, экстравагантно. Неужели неодарённый? Учителя звали Радомир.

– Перед началом занятия сдаём мне работы, передаём с задних рядов вперёд, – обрадовал меня препод.

Хтонь! Опять понижение На? За невыученные уроки. Что за тема? Я порылся в памяти Мига – история создания Нейры. Мне ж батя рассказывал! Да и Миг сделал работу, только она осталась дома. Я закрыл глаза и положил руку на парту. Открыл глаза, когда меня сзади кто-то больно пихнул в спину, передавая кипу работ. Я положил свою тетрадку сверху и передал пачку вперёд. Кифил ничего не заметил, зрение его еще не восстановилось до конца, но думаю через пару часиков видеть он будет отлично.

Радомир переложил собранные работы на стол и подошёл к большому экрану. Нажав пару кнопок на пульте, он вывел изображение материка. Я внимательно присмотрелся. Очень странная береговая линия, неправильная. По диагонали континент разделяла странная река, образуя в центре гигантские озёра лепестковой формы. Это не река! Проливы и моря! Вода там солёная… Да, эта информация сходилась с памятью Мига.

Лектор тем временем стал вещать на тему создания ключевых городов. Самые большие города называли крестами, потому что были воздушными перекрёстками. Строились возле горных вершин, и характеризовались наличием гигантских воздушных портов, способных принимать огромные грузовые дирижабли.

Большой крест был центральным на материке. В южных горах был Южный крест, на западе – Западный. Три самых крупных торговых центра. История их образования, конечно же, напоминала сказку.

В стародавние времена жили были три брата: Огень, Земеля и Ветрогон. Поспорили братья, кто построит самый лучший город.

– Я возведу южный порт, который богатством не сравнится ни с каким городом на свете, – хвастался Огень. – Купцы со всех сторон будут слетаться, чтобы торговать, продавать и выменивать товары: шелка и сладости. Самые почётные жители станут привозить лучших дочерей, чтобы подобрать лучшую партию.

– Я построю самый большой порт, в котором будут жить и развиваться сильные маги, – пообещал Земеля. – Самые продвинутые технологии будут внедрятся на моих производствах, самые могучие маги смогут реализовать свои амбиции и претворить в жизнь самые смелые мечты.

– Я не будут строить порт, – весело рассмеялся Ветрогон. – Я дам людям свободу творить всё, что им заблагорассудится. Самые дикие идеи заполонят мой город и соберут вольных духом людей. Я же сяду на свой корабль и полечу исследовать дальние горизонты.

И улетел Ветрогон на запад в дальние неведомые дали искать своё счастье. И только ветер по вечерам иногда разносит вести о новых чудесных местах, где живут необычные люди, летают странные птицы и бегают свирепые звери. С тех пор люди сами строили свою жизнь и творили историю своими делами и поступками.

Я скептически посмотрел на Радомира. Может братья и были, а остальное – очередная сказка с выгодной для Нейра моралью. Я взглянул на карту, и тут меня осенило. Это же подъём уровня моря! Такой разлом и береговая линия как раз бы и получились, если бы уровень моря существенно поднялся, метров на 50 или около того.

А что? Логично. Если существовала цивилизация, которую так вот глобальненько затопило. Все наземные коммуникации пришли в негодность. Как добраться из пункта А в пункт Б? Мосты? Многовато крупных мостов придётся строить. А если по воздуху, тогда нет зависимости от уровня моря. Вон все города так или иначе на возвышенностях, за редким исключением. Всемирный потоп, особенно если он происходил постепенно вполне мог стимулировать воздухоплавание.

Прозвенел звонок, я открыл магофон, чтобы свериться с расписанием. Дальше шёл практикум. Классы делились по 10-12 человек, темы занятий каждый день менялись. Учеников фильтровали по способностям к тем или иным задачам, отсеивая ненужное. К последнему классу многие практикумы уже отпали, и сейчас проходила последняя выборка учеников по способностям.

Сегодня наш класс поделили по половому признаку и мальчики пошли на занятие, оттачивающее умение договариваться. Как я и предполагал, все опять переругались. Перед преподавателем не стояла задача чему-то нас научить. Он беспристрастно констатировал кто, как справляется. Сухонький старичок просто сидел за столом и делал какие-то пометки на планшете. Для выполнения задания всех разбили на пары и обозвали равноправными деловыми партнёрами. Нужно было выбрать того, чьё имя будет стоять первым в названии совместного предприятия.

Мне в оппоненты выдали Дэрила. Явно с чьей-то подачи. Я сразу согласился, чтобы моё имя стояло последним. Потому что, Дэрил-Миг звучало лучше, чем Миг-Дэрил. Первый вариант был агрессивней, а второй – инертным. Дэрилу было всё равно, поэтому спорить он не стал. На всё про всё у нас ушло минут пять, и теперь мы просто сидели и пялились друг на друга.

– Извини, – минут через десять молчания выдавил из себя Дэрил. Прозвучало вполне искренне. Я приподнял бровь.

– Рассчитываешь, что если я прощу, тебе поднимут На? – усмехнулся я.

– Это не сильно поможет, – отзеркалил усмешку Дэрил.

– Так сильно срезали На?

Дэрил открыл магофон и зачитал выдержку:

– Внимание! Ваш индекс надёжности перешагнул критический рубеж в минус 25 000 единиц:

–3000 – склонение трех несовершеннолетних лиц к совершению насилия,

–400 – избиение несовершеннолетнего вчетвером на одного,

–10000 – нанесение тяжких телесных повреждений несовместимых с жизнью несовершеннолетнему,

–3000 – склонение трех несовершеннолетних лиц к совершению убийства,

–10000 – покушение на убийство путём сбрасывания с большой высоты несовершеннолетнего без сознания.

Внимание, ваш индекс На ниже -25 000, вам запрещено посещение всех общественных заведений, социальных служб и общественного транспорта.

Внимание! Вы – угроза обществу! Вам запрещено приобретать новые навыки и покупать любую информацию у инфосети Нейра. Вам запрещено получать любые новости через инфосеть Нейра или от других лиц.

Внимание, вам назначаются пожизненные общественные работы. Обратитесь в ближайший офис ОБ для назначения куратора и определения зоны ответственности.

– Если ты ждёшь от меня сочувствия Дэрил, то его не будет, – я сложил руки на груди.

– Родителей жалко, – парень тяжело вздохнул. – Им обнулили На, за то, что они воспитали убийцу. Хорошо, что ты не умер, а то бы и они ушли в минус.

– Зато ты теперь официально можешь ничего не делать, – помнится Дэрил всегда был лентяем. Не большая потеря, что ему перекрыли доступ к знаниям.

Толстяк скривился.

– Родители вчера обсуждали, чтобы после совершеннолетия отправить меня на сбор трав в дикие земли. Вроде как за тяжкий труд в тяжелом климате начисление На идёт по двойному коэффициенту. Отец надеется, что там меня сожрут дикие твари, – Дэрил горько усмехнулся.

– Если у тебя запрет на обучение, то почему ты в школе?

– Директора назначили моим куратором до окончания школы, он определяет социальную отработку, – парень безразлично вздохнул. – Пока это бумажная волокита.

Наконец, прозвенел звонок и толпа голодных подростков рванула в столовую.

– Представляешь! У меня зрение улучшилось! – тараторил за обедом Кифил. – Ты не представляешь, каково это! – фонтанировал он восхищением.

– А почему тебя не вылечили раньше? – поинтересовался я у друга. – Неужели поправить зрение было сложно?

– Отец говорил, что это слишком дорого, – Кифил опустил глаза в тарелку.

Я порылся в памяти Мига и понял, что мало что знаю о семье друга. Он как-то всё время обходил эту тему. Богато они не жили, это точно. Вроде как родители держали антикварную лавку в городе. Не может быть, чтобы излечение глаз стоило слишком дорого.

Остаток обеда Кифил молчал, я даже забеспокоился о его душевном состоянии, но от сканирования воздержался. Получить ещё минус 1000 единиц за помощь другу мне не хотелось.

По пути на полигон меня перехватил Мраг и повёл за собой на соседнюю площадку более скромных размеров. Я издалека разглядел двух мужчин и удивлённо посмотрел на директора. Неодарённый учитель истории Радомир и главврач Коземир о чём-то удивлённо разговаривали между собой.

– У тебя слишком необычная магия, – пояснил директор. – Лучше её не светить, а этим двоим я доверяю.

– А почему у меня такая магия? – я решил выяснить, какие мысли роятся в голове Мрага.

– Видишь ли, мы ожидали магического прорыва. Немного не так и не такого, но были готовы, что вскоре в мире должны произойти магические перемены, – пояснил директор.

– Почему? – очень любопытная теория и весьма беспочвенная. Перемены вдруг не случаются.

– Согласно одной из легенд стихии живые и не являются тупым орудием в руках мага, – воодушевленно продолжил Мраг. В подтверждение его слов вокруг меня закружил Воздух. Директор не заметил его присутствия. – Медитация, – как ни в чём ни бывало продолжил он, – один из способов установить с ними контакт. Но вот тут, – он постучал себя по голове, – очень много блоков, препятствующих понять такую простую истину, что мир вокруг настолько живой. Когда ты падал, ты вошёл в тесный контакт с миром…

Мраг прервался, чтобы поздороваться с главврачом за руку.

– Спасибо, что пришёл.

– Отчего же не прийти, – мягко улыбнулся Коземир, с интересом рассматривая меня. – Очень любопытный молодой человек.

– Миг, – начал директор, – поскольку у тебя за последние два дня открылось шесть навыков, связанных с целительством, я попросил Коземира, чтобы он помог тебе раскрыть дар и нам всем понять, насколько этот путь твой. Радомир любезно согласился побыть нашим подопытным.

Я скептически осмотрел собравшихся и разблокировал магофон.

– Нейра, подтверди мои полномочия для проведения каких-либо манипуляций с телом Радомира. Я не желаю получить понижения индекса На в результате своих действий на уроке, – громко объявил я.

Мужчины недоуменно переглянулись, но сказать ничего не успели. У них завибрировали магофоны. Реакция от прочтения была разной. Мраг удовлетворённо кивнул, Коземир скептически хмыкнул, а Радомир посмотрел на меня с интересом энтомолога, нашедшего интересный экземпляр бабочки и решавший, наколоть её в свою коллекцию прямо сейчас или пусть ещё полетает в естественной среде обитания, чтобы собрать побольше данных.

После того, как они потыкали по экранам, завибрировал уже мой магофон, я включил голосовой режим.

– Добровольное согласие пациента Радомира получено, Миг, – вежливо уведомила инфосеть. – Разрешение директора школы Мрага получено, гарантии безопасности Коземира получены, Миг.

Однако, этого мне было мало. Я категорически не доверял инфосети.

– Нейра, ты гарантируешь, что после этого урока не последует снижение моего индекса надёжности?

Брови Коземира поползли вверх. Мужчины замерли в ожидании ответа.

– Да, Миг, – после отчётливой паузы произнесла инфосеть.

– Я готов, – повернулся я к директору. – Что от меня требуется?

– Для начала проведи диагностику и расскажи о состоянии здоровья Радомира, – перехватил инициативу Коземир. – Комментируй свои действия.

– Прилягте, – я кивнул за спину историка.

Мужчины обернулись, с удивлением обнаружив позади себя кушетку и кресло. Я немного приподнял изголовье, чтобы Радомиру было удобней лежать. Положил ему руку на грудь и наполнил его тело огнём.

– Что ты делаешь? – Коземир напомнил о необходимости рассказывать о своих действиях.

– Я насытил его тело стихией огня.

– Зачем?

– Огонь – первостихия, жизненная энергия, и она подсвечивает энергетическую систему организма, поскольку по сути огонь – та же энергия. Наполнив тело до краёв, она позволяет увидеть изнутри все, что касается энергетики тела.

– Но зачем? Я же неодарённый! – к расспросам присоединился несостоявшийся энтомолог.

– Значит по-вашему у неодарённых энергия по телу не распространяется? – усмехнулся я и нахмурился. С телом историка было что-то не так. – Коземир, это нормально? – обратился я к главврачу.

Доктор обошёл кушетку с другой стороны и положил руку поверх моей. О, как! Пытается подключится через меня. Почему? Сам не умеет? Директор не удержался и положил руку мне на запястье.

– Что там? – забеспокоился пациент.

– Аномалия? – предположил Мраг.

– Не факт… – задумчиво возразил Коземир. – У нас нет статистики. Может это у всех так, или у каждого второго неодарённого.

– Да что со мной? – дёрнулся под моей рукой историк.

– Я бы сказал, что всё ваше тело – один большой источник, – пояснил я ему непонятки. – И мы сейчас думаем, является ли такая картина типичной для неодарённых или вы уникум.

– Так я что, одарённый? – поразился Радомир.

– Скорее да, чем нет, – обнадёжил я учителя. – Ваше тело впитывает ману и пытается заполнить источник. Но он слишком большой, а окружающий магофон слишком беден, чтобы источник успевал наполниться достаточно, чтобы мана приобрела стихийную окраску. Мана рассеивается быстрее, чем наполняется. Какие-то способности у вас наверняка проявляются, но вы их не относите к дару.

Радомир завис, переваривая информацию.

– Могу скорректировать источник до нормальных размеров, – предложил я.

– Согласен! – быстро ухватился учитель за моё предложение.

Я начал уменьшать стенки источника, но внешнего материала было слишком много. Для начала уложил стенки гармошкой в несколько слоёв, а потом принялся использовать их для формирования каналов.

Строго говоря материал стенок не был подходящим для каналов, их поверхность должна быть более проницаемой для маны, но я собирался это исправить позже. Сейчас хотя бы просто создать общий каркас.

Когда размер источника приобрел естественный размер, а сетка каналов протянулась по всему организму, я задумался. Какой стихией насыщать? Перебрав варианты, пришёл к выводу, что лучше пригласить самую легкоперевариваемую энергию – огня. Если я ошибся с предрасположенностью, то вторая стихия пробудится позже сама. Энергосистема восстановлена и теперь будет работать правильно.

Я призвал внешний огонь и впустил в тело Радомира. Огонь жадно насытил каналы и источник. Минута и энергетическая система приняла естественный вид, как будто такой была всегда.

Историк засветился от счастья и переполнявшей его энергии. Я медленно выкачал Огонь из источника и каналов, предоставив организму начать функционировать самостоятельно. Вместо огня я заполнил тело землёй.

– Что ты делаешь? – напомнил Коземир о необходимости комментировать манипуляции.

– Земля – материя всего сущего, – пафосно изрёк я. Не удержался, уж больно серьёзные лица у них были. – С помощью неё можно рассмотреть ткани, из которых выстроено тело.

Серьёзных отклонений в работе органов я не нашёл.

– Видите? Сердечная мышца слабо развита. Радомир уделяет мало времени физической активности, вот мышца и не укрепилась. Да и в целом мышц маловато. Для неодарённого это не критично, но теперь у него есть источник, и мышцы лучше усилить. Это ускорит адаптацию к дару, и он будет легче воспринимать ману.

Я убрал землю и насытил тело воздухом. Любопытно, даже себе я ещё этого не делал… Я с интересом рассматривал подсвеченную нервную систему, которая находилась в постоянном движении. Нервные импульсы красиво перемигивались в разных местах. Мне пришло в голову, что музыка должна хорошо стимулировать развитие магов Воздуха.

– Мраг, а в школе есть музыка?

– Ты о чём? – директор немало удивился странному вопросу.

– Попробуйте добавить музыку во время медитации воздушников, – посоветовал я. – Очень интересный эффект должен быть, – я мечтательно улыбнулся. – Оптимально, если музыка будет для каждого своя, на выбор.

Я пару минут любовался мельканием импульсов, пока не заметил тёмную зону.

– Обратите внимание, что в районе головы перенапряжение. Сейчас, когда Радомир перевозбуждён новыми впечатлениями, видно, что импульсы проходят не везде. Есть не подключенные участки в двух местах. Если они будут вне общей системы достаточно долго, то отомрут.

Я насытил тело историка внешним Воздухом. Он разом подключил сразу все нервные ответвления – тело историка дернулось на кушетке. Хтонь… Не подумал… наверное больно было…

– Я закончил, – невозмутимо объявил я, – Радомир здоров.

Учитель лежал без сознания. Видимо последствия болевого шока. Коземир быстро запустил диагностическое плетение и расслабился.

– Пусть поспит, – небрежно бросил он. – Мраг, надо бы посмотреть других неодарённых.

Они перешли к обсуждению кого, сколько и в каком объёме диагностировать, меня же отпустили.

Когда наконец я вышел из здания школы, ко мне метнулась девушка и повисла у меня на шее.

– Миг, наконец-то! Я так переживала! – в голосе Рии звучало искреннее беспокойство. – Нас не пустили в больницу! Представляешь? – она моментально переключилась на возмущение. – Утром приезжаю за тобой в больницу, а ты уже в школе! А потом пришло уведомление, что ты в красной зоне. Что случилось?

Сестра внимательно осмотрела меня с головы до ног, выискивая непорядок. С удивлением пощупала ткань рубашки. На ней был уже знакомый мне серый мундир блюстителя. Выбранная специальность очень подходила девушке. Неподкупная, упрямая, прямолинейная. Она была знатной красавица, и когда к ней подкатывали парни, била всех неугодных в морду.

– Безобразие! – продолжила она возмущаться. – Видите-ли нельзя разговаривать с потерпевшим до снятия свидетельских показаний. Скоты! Даже передачу не одобрили! Я тебе любимые пирожки с вишней привезла. Будешь?

Риа подвела меня к боту характерной полосатой окраски с надписью «Центральный отдел безопасности» и затолкала на пассажирское сиденье. Сама села за руль, а мне перебросила пакет с пирожками. Я с удовольствием набросился еду. После трансформации источника жрать хотелось сильно. Внезапно двигатель заглох и раздался механический голос:

– Поездка невозможна. На борту находится опасный социальный элемент. Разрешение ЦОБ на поездку отсутствует.