– Если бы я сам, своими глазами не видел бы все двадцать шесть проклятых банковских выписок, то, честное слово, просто плюнул в рожу тому, кто мне бы об этом сказал! – продолжал Костя после паузы. – Каждый из этих двадцати шести директоров-бедолаг не знает о том, что есть еще двадцать пять пострадавших, и думает, что он один такой несчастный. Каждый из них сейчас тихо ищет крысу у себя в коллективе и не заинтересован выносить сор из избы. И только я один знаю, что это беда общая. Иными словами – все дело в банке, в нашей системе. Это, как выяснилось, наша проблема. И долго скрывать этот факт я не смогу. Потому и сделал вывод: это работа хакера. Потому и обратился к тебе.

После этих слов Кости Сергей с недоумением уставился на своего друга.

– Но тогда вполне законный вопрос: а почему бы тебе просто не вернуть деньги из того самого банка «Манко»? – спросил Сергей. – Ведь это же ваши деньги – ну и верните их назад, дело-то! Или я что-то недопонял?

– Ты все-таки не совсем понимаешь нашу специфику, – терпеливо, словно малому ребенку, объяснил Костя. – Если, допустим, я перевел деньги, то отозвать их назад уже не могу. На каком основании отзывать? Повторяю еще раз: с точки зрения банка «Манко» все абсолютно законно.

– Все равно не понимаю, – развел руками Сергей. – Я, конечно, не банкир, но ведь есть простая логика. Все счета в банке принадлежать ведь не банку, а конкретным фирмам, людям. Значит, эти деньги перевели на счет конкретной фирмы или конкретного человека, у которого счет в этом банке. Ты не пробовал поискать владельца этого счета и вытрясти с него деньги?

– Смотри-ка ты, – шутливо ответил Костя. – Начинаешь рассуждать, как заправский банкир, хвалю! Глядишь, вскоре мне придется это место для тебя освободить! Ты совершенно прав, – продолжал Костя уже серьезно. – Действительно, владельца этого счета мы вычислили в тот же день и это оказалось делом несложным. Но именно после того, как мы его вычислили, то сразу же поняли, что обрабатывать эту фирмочку – совершенно бессмысленное и бесполезное занятие и обернется только пустой тратой времени. И вот почему. Этот счет принадлежит филиалу какой-то фирмы, зарегистрированной в оффшоре. В нашем городе филиал зарегистрирован по адресу старого разваленного дома, на месте которого сейчас идет стройка. Директором и главбухом зарегистрированы какие-то бомжи, которых трясти так же бесполезно, как хреном груши околачивать! Поверь, с них взятки гладки. В налоговой инспекции нет ни одного их отчета, потому что фирма зарегистрирована меньше месяца назад. Если бы это была реальная фирма с реальными людьми, то вернуть деньги было бы очень просто – ты уж мне поверь! Но в данном случае это фирма – самый настоящий фантом. Реальные хозяева в любой момент могут из-за границы перевести деньги на счет любого банка в оффшоре – и тогда поминай, как звали. Кстати, именно это обстоятельство и убедило меня в том, что мы имеем дело с подготовленной аферой высокого класса.

– Но я не понимаю другого, – с недоумением проговорил Сергей. – На кой ляд им потребовалось переводить деньги в какой-то провинциальный банк, да к тому же в том же городе? Почему они сразу не перевели деньги в оффшорный банк за границей? Зачем им так рисковать? Что-то тут не сходится…

– Вполне логичный вопрос, – кивнул головой Костя. – Только извини, дружище, нл это вопрос дилетанта, который не разбирается в нашей специфике. Впрочем, тебе это простительно: ты ведь с российскими банками никогда не сталкивался. Дело в том, что внутри страны по системе «Клиент-Банк» можно перевести любую сумму – и транзакция пройдет практически мгновенно. Но вот за границу таким образом можно вывести не более десяти тысяч долларов: хочешь вывести больше – иди и неси платежное поручение, которое тобой подписано, плюс договор. И «клиент-Банк» в данном случае тебе не помощник. Вдобавок в этом случае транзакция пройдет отнюдь не мгновенно: придется ждать не менее пяти банковских дней – то есть рабочих дней. И за это время можно транзакцию тормознуть – ну, скажем, объявить ее ошибочной и так далее. Теперь подумай сам: сколько времени они бы выводили эту сумму без документов? Вот тот-то и оно! А переведя деньги в банк «манко» целиком, они дальше смогут просто принести фиктивный договор, платежное поручение – и прощай денежки! Теперь понял, в чем фокус?

– Теперь более или менее ясно, – ответил Сергей. – Но тогда у меня есть к тебе два конкретных вопроса. Первый вопрос: а ты уверен, что это не сговор твоих учредителей?

– Не думаю, – покачал головой Костя. – Это маловероятно, хотя… в принципе, теоретически все возможно. Во всяком случае, полностью исключать подобный сговор я не могу. Поэтому скажу осторожно: хотя это маловероятно, но наверняка я не знаю. В любом случае, – так это или не так – тебе предстоит выяснить. Ну и, разумеется, неопровержимо доказать. Дело в том, что для каждого из них в отдельности сумма этого «левого» перевода – не тот случай, они из-за этого мараться вряд ли станут. Но все вместе – весьма солидная сумма для любого из них.

– Хотя…, – Костя сделал паузу и задумался. – Может быть они решили меня подставить… В принципе, тоже не лишено логики… Поэтому на сто процентов этот вариант я тоже не исключаю. И поэтому исключать вероятность того, что кто-то из них мог пойти на это, я не могу.

– Ладно. Тогда второй вопрос. Судя по тому, что ты мне тут рассказал – как ни крути, а все на твоих программистах сходится. Тут уж вряд ли кто-либо, кроме них, на такое способен. На первый взгляд, все сходится: и специфику вашу они знают, и доступ к вашей базе данных имеют, да и, полагаю, специалисты они наверняка не самые последние. Ты сам только что сказал, что мы живем в постиндустриальном обществе, в информационном. Поэтому, те специалисты, кто управляет информацией, кто обеспечивает жизнь информации – это ключевые люди. И возможности доступа к информации у них самые непосредственные.

– Правильно рассуждаешь, – прищурился Костя. – Я тоже вначале так подумал. Больше того, ты вдвойне прав: мы придурков не держим. Поэтому сейчас каждый из моих программистов под таким колпаком, что не дай тебе Бог. Про каждого из них я могу тебе предельно точно сказать: что, когда и как он сейчас делает, причем, все с точностью до миллиметра, до секунды. С того момента, как все это обнаружилось, вся их жизнь фиксируется, причем из разных ракурсов. Только ничего это наблюдение не дало. Ты пойми: когда такие деньги собраны – надо сразу когти рвать, причем как можно дальше. Мы-то это все только на следующий день обнаружили. И у каждого из них были сутки на то, чтобы безо всяких помех свалить к едрени матери на быстром катере – в любую точку мира. С такими-то деньгами! А никто из них даже не дернулся. Все спокойно. Поэтому вряд ли это кто-то из них.

Сергей развел руками.

– Да, задачка. Явно не дурак ее загадал.

– Ты прав. У того, кто это затеял, мозги явно на месте. И еще учти, Серега. Я ж все понимаю, потому прошу помочь мне не за простое человеческое «спасибо». Твою нынешнюю зарплату я знаю. – Костя встал с кресла, подошел к сейфу. Открыл, достал пачку денег и протянул Сергею. – Вот тебе аванс: десять штук баксов.

Сергей поперхнулся коньяком и несколько секунд растеряно переводил взгляд то на Костю, то на деньги. Сергей знал, что щедрость не была Костиной добродетелью: наоборот, он был достаточно прижимистым и скупым человеком и поэтому расставался с деньгами всегда с большой неохотой – потому, наверное, и пробился на самый верх. В прошлом Сергей иногда оказывал Косте мелкие услуги по настройке компьютеров и всегда Костя интересовался, сколько он должен денег, а, получив ответ, всегда торговался. Никогда он не предлагал деньги сам, и нынешнее его поведение было весьма странно и необычно. Поэтому только теперь до Сергея окончательно дошло, что если уж его друг дает ему такие деньги, не торгуясь, предлагает сам, то дело и в самом деле очень серьезное.

– Бери, бери, – промолвил Костя, глядя Сергею прямо в глаза. – И имей в виду: это только аванс. Сделаешь дело – слово даю: получишь еще двадцать тысяч: ты меня знаешь, я слов на ветер не бросаю. И не рублей. Двадцать штук баксов сверху, если сделаешь дело.

– А если не сделаю? – спросил Сергей, не решаясь взять деньги. – Я ведь тоже не Господь Бог и не всесилен. Кроме того, ты ж имей в виду следующее: в банке-то я никогда не работал и специфику вашу не знаю.

– Хороший вопрос. Прямой. На прямой вопрос я тебе и отвечу прямо, – твердо сказал Костя, глядя Сергею прямо в глаза. – Если ты не сделаешь, то возвращать этот несчастный аванс тебе будет уже не кому. Так что, дружище, надо сделать. Через не могу – надо. Кроме того, я тебя знаю. Ты ведь профессионал. Настоящий профи. Не могу представить, что кто-то окажется круче тебя. Да и потом я ведь тебя не первый день знаю. У тебя, Серый, есть то, чего на сегодняшний день далеко не у каждого встретишь. Совесть у тебя есть. Не сможешь ты жить с грузом, что в моей смерти ты виноват окажешься. Так что, у нас у обоих месяц остается. Месяц на решение. У меня – на решение вопроса: жить мне или не жить. А у тебя – носить всю оставшуюся жизнь вину за смерть человека или не носить. Вот такие дела.

В кабинете воцарилось молчание.

– Кроме того, – помолчав немного, добавил Костя. – Даже если ты никого и не найдешь, то и это будет весьма немало. Ну, хорошо, допустим, ты не смог войти в систему, не нашел в ней никаких дыр и брешей, выяснил, что защита от внешнего проникновения у нас в банке установлена, как говорится, абсолютная. И что же из этого следует? А то, дружище, что здесь поработал специалист, который, во-первых, слишком хорошо знает нашу внутреннюю кухню и, во-вторых, он работал не извне, а изнутри банка. Значит – сам понимаешь: круг подозреваемых лиц очень даже сужается. Ну, короче говоря, ты понял…

– Я не понимаю одну вещь, – задумчиво произнес Сергей и посмотрел на Костю. – А почему ты обращаешься с этой проблемой ко мне, а не в полицию? Ведь в этом случае в полиции откроют уголовное дело и тогда ваши деньги гарантированно не уплывут в оффшорный банк.

Услышав этот вопрос, Костя с изумлением посмотрел на Сергея и неожиданно громко расхохотался.

– Не понимаю, что тут смешного? – удивленно и обиженно спросил Сергей. – Я что, сказал что-то не то?

– Ох, Серый, ну ты уморил, – сквозь смех вымолвил Костя. – В полицию… С этим… Обратиться… Ну ты сказанул!

Справившись с приступом неожиданного веселья, Костя посмотрел на Сергея.

– Дружище, а как ты себе это представляешь? – на этот раз серьезно спросил Костя. – Ну, допустим, я обратился в полицию с заявлением – дальше что? Что будет делать полиция? Не знаешь? Ну, так я тебе скажу. Первым делом они заведут уголовное дело. Да, согласен: деньги в оффшор не уйдут, тут ты прав. Но затем менты изымут все – подчеркиваю, ВСЕ! – компьютеры из банка, включая и сервера для проведения экспертизы. И как мы тогда будем работать? В банке более трехсот компьютеров! И эту экспертизу менты будут делать месяца три, не меньше! Но дело даже не в этом. Ладно, допустим, я не пожалею денег и закуплю новые компьютеры. Но ведь дело не в компьютерах, а в той информации, которая на них хранится. Первое, что сделают полицейские эксперты – скачают себе нашу базу данных. А ты вообще-то представляешь себе – хотя бы приблизительно – ЧТО это за информация? Серега, если эта информация окажется за пределами банка, то тогда одно из двух: либо полностью изменится расстановка политических фигур города и области, либо меня до конца дней моих будут шантажировать разоблачением. Ты что же думаешь: наш банк белый и пушистый, да? Я тебя умоляю! Ведь наш банк и бабки отмывал, и финансировал тех, кого не надо было финансировать, и много чего другого нехорошего делал! Не вдаваясь в подробности, скажу открытым текстом: я жив, пока рот на замке держу! И потом: ведь менты и потерпевшим зададут кое-какие вопрос об их денежках… А ты думаешь они чисты, как Белоснежка? Нет, дорогой мой! И того, что я привлек к ним внимание ментов, мне не простят. Они меня за это просто в порошок сотрут! Поэтому огласка мне совершенно без надобности! Нет, дружище: мне надо тихо решить вопрос. И поэтому я обратился именно к тебе, а не в полицию!

– Ну, хорошо, допустим, я нашел вора, – сказал Сергей. – Предположим, мы с тобой выяснили, что эту кражу века совершил, скажем, некий Махмуд Исаакович Зелепупенко. Допустим, даже мне удалось выяснить, что живет он на улице Протезно-Перекатной в доме номер один. Можно даже узнать размер его семейных трусов и любимый цвет помады его четвероюродной тещи. Но только вот дальше-то что? Как я с него деньги получу – ты об этом подумал? Утюгом пытать и к батарее людей приковывать я как-то необучен, ибо по другим вопросам специализируюсь.

– А вот это, Серега, уже моя забота, – зловеще растягивая слова, усмехнулся Костя. В его голосе послышались нотки ненависти и скрытого бешенства. – Это даже в голову не бери! Ты главное мне его найди. И неопровержимо докажи, что это он. А вот требовать с него денежки будут уже другие люди. И ты уж мне на слово поверь: эти люди весьма серьезные.

– Уже легче жить, – усмехнулся Сергей. – Тогда еще вопрос. На твою помощь я смогу рассчитывать? Мало ли что… Может, мне материалы какие понадобятся или иная помощь. Всякое ведь бывает.

– Естественно, помогу, – утвердительно кивнул головой Костя. – Только есть одна деталь: в этом деле я светиться не могу. Никто в банке не знает, что деньги уплыли: ведь с точки зрения нашей бухгалтерии все чисто. Разумеется, если что-то знаю – без доступа в нашу систему, разумеется! – помогу и информацию дам. Но учти одно: если тебя кто-то, кроме меня, поймает на том, что ты в нашу систему влез – тут уж я ничем тебе помочь не смогу. Больше того: в этом случае ты же во всем и окажешься виноват. И эти бабки на тебя повесят. А я буду вынужден все отрицать.

– Но это все в худшем случае. Главное другое. Я помогу тебе тремя вещами. Во-первых, вот тебе телефон. – Костя открыл ящик стола, достал оттуда изящную трубку сотового телефона, компакт-диск, две флэшки и отдал Сергею. – В телефонной книге только один номер: мой. Будем связываться по нему. Если возникнут вопросы – звони. Причем, в любое время дня и ночи. Только прошу: из самосохранения никому этот номер не давай. Второе: вот тебе компакт-диск. На нем наша программа «Клиент-Банк». Она уже настроена, так что тебе ее надо только установить у себя. Настроена она на несуществующую фирму, у которой два расчетных счета в нашем банке. Один пустой, на нем нет ни копейки, на втором лежит десять долларов: это тебе для экспериментов, так сказать. Пароль входа – твое имя с заглавной буквы плюс год твоего рожденья плюс восклицательный знак. И вот тебе ключ и флэшка с твоей электронной подписью. Во всем остальном, как всем этим пользоваться ты сам разберешься, не мне тебя учить. Поиграй с этой программой. Найди в ней дыры. Не верю я в чертей, дружище. Не черти наш банк на десять лимонов «зелени» обули. Это, как говорится, дело рук человеческих.

– И, наконец, третье, – продолжал Костя, протягивая Сергею листок бумаги, на котором были аккуратно напечатаны какие-то цифры. – Это номера счетов, с которых были украдены деньги. Так что, дружище, у тебя все данные есть. Действуй-злодействуй.

– Да, в хорошенькое дело ты меня втравливаешь, – покрутил головой Сергей. – Перспектива, скажем прямо, не шибко приятная! Тогда уж позволь один нелицеприятный вопрос. Только не обижайся, ладно? А это часом не ты, а?

Вне всяких ожиданий Костя не стал отнекиваться, смеяться, возмущаться, бить себя в грудь или отпускать свои стандартные шуточки. Теперь он был серьезен: помолчал, налил себе еще коньку, закурил сигарету и выпустил клубы дыма и несколько секунд помолчал. Сергей испытующе смотрел на него.