Цитаты из книг автора «Юкио Мисима»

заштриховывал дневной пейзаж вчерашними ночными воспоминаниями.

с другого конца света, наконец добираешься до тепла на кончиках пальцев.

Вера эта так велика, что, не будь ее, весь мир, кажется, раскололся бы на куски… Касиваги, снисходительно поглядывая на меня, любовался результатами хирургической операции, проведенной им в моей душе

мне нравилось убеждать себя, что поступок мой был неподготовленным и чисто импульсивным. Поскольку импульсивность изначально чужда моей природе, мне доставляло удовольствие воображать, будто я способен действовать под влиянием минутного порыва.

ни разу не увидел я на этом лице и тени живого чувства.

я рассмеялся. Я не смог бы объяснить природу этого смеха, он словно обрушился на меня откуда-то извне и залепил весь рот вязкой массой

До конца сорок восьмого года мне еще не раз представлялись удобные случаи взять реванш (чаще всего с помощью Касиваги), и я без колебаний стремился использовать каждый из этих шансов. Однако результат вечно был один и тот же. Между мной и женщиной, между мной и жизнью неизменно вставал Золотой Храм. И сразу же все, к чему тянулись мои руки, рассыпалось в прах, а мир вокруг превращался в голую пустыню.

Ни к чему на свете, кроме Золотого Храма, не был я привязан, даже к собственным воспоминаниям

Я всегда считал, что излишняя скромность, как, впрочем, и излишняя заносчивость, женщине не к лицу.

– Чего ты в вязаных перчаточках ходишь, как дитя малое, – фыркнул он. – Взрослые тоже носят такие, – возразил я. – Эх ты, бедолага. Поди и не знаешь, что такое настоящие кожаные перчатки. Вот, гляди. И он внезапно потер своей мокрой от снега перчаткой по моей щеке. Я отшатнулся. Щека вспыхнула нестерпимым чувственным пламенем, словно помеченная огненным тавром. Я почувствовал, как прозрачен и ясен взгляд моих глаз, устремленных на Оми. Именно в тот миг я в него и влюбился.