Глава 2

Моя дорога домой была обыденной: лёгкий ветерок подталкивал в спину, создавая ощущение умиротворения. Не раз я задавался вопросом, действительно ли я провёл настолько удачный матч? Некое сомнение закрадывалось в сознание, но, как часто говорит тренер: «Меньше рефлексируй – больше тренируйся». Таким образом, я и сумел отпустить все свои тревоги.

Дом встретил меня тишиной и безлюдьем. Лунный свет лишь подчёркивал темноту, создавая мрачную атмосферу, но это нисколько не помешало мне зажечь лампы и сменить уличную обувь на домашние тапочки. Во многих фильмах я видел, как американцы, канадцы и другие жители Северной Америки ходят по дому в ботинках, но это не для меня.

Как мне известно, клубы довольно редко предоставляют молодым хоккеистам жильё. Мне непонятно, почему же именно мне выпала эта возможность? Возможно, не нашлось семей, готовых принять парня из России, а может, клуб решил сделать мне такой щедрый подарок? Пожалуй, за поздним ужином возникает слишком много «возможно».

В постели ко мне пришло осознание своих целей и способностей, чувство спортивного азарта, предвкушение побед и понимание того, что я начал новую главу своей жизни в незнакомом хоккейном городе.

Я не был до конца осведомлен о расписании игр моей команды и не получил никаких извещений о том, что сегодня нас ждёт второй матч подряд. Но обстоятельства могут меняться стремительно. Рано утром меня добавили в командный чат, где состояли все игроки и главный тренер. Сегодняшняя игра состоится против команды из Флинта, штат Мичиган. Помимо того, что в этой лиге выступали коллективы из Канады, так ещё и несколько команд из США. Очень радует, что существует шанс играть против ледовых дружин, представляющих Соединённые Штаты. Видимо, не только наличие хоккеистов из разных стран делает лигу национальной, но и присутствие представителей двух государств среди участвующих команд.

Утром я уже отправился на арену. Гуэлф не был огромным городом, хотя и кажется, что население более чем в сто тридцать тысяч человек может говорить об обратном, но лично мой путь до стадиона не был слишком долгим: 15–20 минут пешком.

Возможно, я пришёл слишком рано, так как из ребят никого не было. Повесив рюкзак на свой стенд, я направился в тренажёрный зал. Глаза разбегались от разнообразия: гири, штанги, канат, перекладина и всё прочее. Но самым важным оставался велосипед: я очень любил крутить педали, наслаждаясь музыкой. Самое приятное ощущение – это когда ты в тренировочном зале один. Можно спокойно закрыть глаза, поставить ноги на педали, взяться за руль и ехать на средней скорости, слушая очередную строчку из песни: «И раз, два, три – солнца свет».

Я уже вспотел и собирался заканчивать упражнение на велотренажёре, но внезапно моё спокойствие нарушили, из-за чего я вздрогнул и чуть не упал с велосипеда.

— Значит, тренируешься? — Спросил знакомый голос.

Я открыл глаза и сразу узнал своего собеседника – Фёдора Деревьева.

— Господи, Федя… — удивлённо, выдыхая, произнёс я.

— Не узнал что ли?

— Всё никак не могу привыкнуть, что мы в Канаде, редко тут русскую речь услышишь.

— Верно подметил.

Между нами поникла небольшая пауза, было заметно, что его вопросы закончились, а у меня в голове закрутились флешбеки из прошлого. Кажется, что фамилию Деревьев я слышал ещё в Омске, когда мы играли по детям, поэтому сразу возникал встречный вопрос:

— Федь, а ты откуда? — Спросил я, прерывая молчание.

— Ну и спросил же, — улыбнувшись произнёс Федя. — Из Омска.

— Ну ничего себе, мои мысли были верны.

— Ты с той же канторы?

— Да… — задумавшись отвечал я. — Кажется, что я тебя помню. — Возможно и виделись, но я явно играл на год или несколько выше.

— А как так получилось, что ты уехал из Омска? — Спрашивал я, садясь с ним на одну лавку.

— В 12-ть лет покинули Россию с семьёй, поэтому я и тут.

— Ты получается уже настоящий Канадец? — Улыбаясь спросил я. — У меня есть спортивное гражданство Канады, но не более… — Вздохнув сказал Фёдор.

После этих слов наш разговор превратился в сплошное молчание, он сидел и смотрел куда-то вперёд, это можно было сравнить с взглядом в никуда, но выглядело интересно. Фёдор встал со скамейки и отбил мне кулачок со словами:

— Говорить с тобой можно долго, но хлеб сам себя не купит.

— Хорошая фраза. — Улыбнувшись произносил я.

Народ приходил, игроков становилось всё больше. Теперь музыка играла не только в наушниках. Кто-то включил общую колонку и наслаждался тяжёлым роком, сложно поверить, что у кого-то до сих пор есть такие вкусы, но находясь в Канаде я замечаю уже не первые вещи, что кажутся мне странными. Хоть и сам я иногда в ошеломлении от тех же самых песен группы: «Pinkin Dark». После разминки прошло около двух часов. Большинство игроков находилось в раздевалке и все были заняты своими делами. Лично я обматывал клюшку, включив режим шумоподавления в наушниках. Тёмная лента добавляла ещё больше энтузиазма моей чёрной клюшке, или увеличивала моё разнообразие до нового уровня, что кажется прямым сарказмом даже в моих мыслях. Умение иронизировать самого себя «уж очень дорогого стоит».

— Артур, здравствуй, — кто-то произнёс стоя за моей спиной.

Я отложил клюшку на стенд и обернулся. Передо мной стоял ещё один представитель нашей тройки – Алексей Коробченко.

— Привет, Лёша. Он протянул мне руку для рукопожатия, после чего мы продолжили разговор:

— Как у тебя дела? Адаптация проходит нормально? — С серьёзным взглядом спрашивал он.

— Всё хорошо, готовлюсь к игре.

— Ты неплохо отыграл вчера, надеюсь сегодня будешь ещё лучше. — Всё покажет игра Алексей, но я стараюсь быть лучше с каждым днём.

— Ну и отлично.

Он уже собирался уходить, но я озадачил его парой вопросов: — Извини! А ты ли играл в своё время в Балашихе? — Был такой опыт, оттуда уже перебрался сюда. Наш разговор прервал главный тренер, который вошёл в раздевалку. Лёша кивнул и направился к своему месту. Майк подходил к каждому игроку, работая с планшетом, на котором указывал на индивидуальные ошибки. Когда он подошёл ко мне, произнёс всего одну фразу:

— Не торопись бросать. Я видел, как ты играл вчера. Лучше сыграй в пас, гол придёт сам. Он лишь подмигнул и продолжил обходить следующих игроков. Я в очередной раз удивился Канадским специалистам, их инициативам и принципам.

Мы надевали форму и готовились к выходу на лёд. Уже слышно было, как трибуны заполняются болельщиками. Удивительно, что столько людей в таком небольшом провинциальном городке так любят хоккей. Самое главное, что здесь нет звёзд, нет игроков, чьим мастерством хочется любоваться. Люди просто приходят поддержать нас, посмотреть игру и насладиться вечером.

Майк остановился перед выходом из раздевалки. Он протягивал кулак, чтобы мы, проходя по коридору, коснулись его в знак поддержки. Даже такая мелочь во взаимоотношениях с тренером – это довольно необычное и приятное явление, которое делает нашу повседневность лучше.

Матч проходил в довольно медленном темпе, с пассивными скоростями. Игра тянулась из одной зоны в другую, и так это действо происходило по кругу. Сегодня наш хоккей выглядел иначе: вбросы в зону и стратегия игры в стиле «бросай – беги». Я не был сторонником такого стиля, поэтому в одной из своих смен во втором периоде решил сыграть интуитивно. Я прорвался через оборону противника и собирался выходить один на один с вратарём, но в моей голове резко прозвучали слова тренера о том, что лучше отдать пас, а голы придут сами. Бросив взгляд налево, я заметил, что Фёдор набирает скорость. Недолго думая, я отдал передачу под бросок в касание, и шайба, словно пуля, прошила вратаря, угодив в пустой угол.

Трибуны взорвались и издали громкие вопли. В такие моменты не слышно даже собственных мыслей. Я в секунду осознал, что почти все места на арене заняты. Насколько мне известно, вместимость стадиона около пяти тысяч человек. В России такие ледовые площадки могут быть допустимы в главной лиге страны, а здесь такая громада в провинциальном городке…

— Ты чего задумался, Артур? — Спросил Фёдор, подъехав ко мне для празднования гола.

— Осознаю величие этого места! И, конечно, красоту паса, — ответил я, находясь в объятиях товарищей.

Проезжая мимо нашей скамейки запасных, каждый игрок нашей пятёрки «отбил голевые кулачки» и отправился отдыхать. Свою смену мы отыграли на славу. Майк был немногословен, да и вообще, под этот рёв трибун я бы всё равно ничего не услышал. Поэтому похлопать меня по шлему – это было лучшим решением для похвалы.

Последние минуты игры я провёл на скамейке запасных. Я ещё несколько раз выходил на поле, и даже повторил очередной выход два в ноль. Я решил отдать шайбу накатившемуся справа Алексею Коробченко, но, к сожалению, его бросок был перехвачен вратарём соперника.

Флинт решил пойти на последний штурм и заменил вратаря на шестого полевого игрока. Парни пластались и боролись на льду. Безусловно, сегодня можно выделить нашего вратаря Хьюри Дауна, но нельзя недооценивать и наших защитников, которые принимали на себя броски. Один из таких прилетел в Райана Мерли. Он корчился от боли, но продолжал сражаться – именно такие моменты говорят о характере хоккеиста и его желании биться за команду.

Прозвенела сирена, счёт составил: один - ноль. Соперник покинул лёд, а мы отправились в центр площадки, чтобы постучать клюшками о лёд в знак прощания и благодарности нашим болельщикам, что были сегодня с нами. Я ещё раз обвёл взглядом трибуны. Люди покидали свои места, но меня зацепило другое. Казалось, что я поймал на себе взгляд черлидерши, что танцевала на нижних ярусах. Возможно, мне и показалось, но это останется лишь в моих догадках.

Наступила моя очередь выбирать лучшего игрока матча. Тренер и игроки затихли в ожидании моих слов.

— Мужики, не буду долго тянуть. Хорошая игра, достойная борьба, но отдам награду Фёдору!

Парни захлопали в ладоши. Судя по лицу и улыбке Феди, он явно был рад этому признанию. Он лишь надел шапку и, оглядев всю раздевалку, расплылся в довольной улыбке.

Спустя час победная раздевалка становилась всё тише и безлюднее. Майк объяснял индивидуальные недочёты хоккеистам, вёл отдельные беседы, а затем отпускал их. Некоторые освобождались раньше, но я не относился к их числу. Тем не менее, арену я покинул не последним.

Безлюдный Гуэлф создавал атмосферу некоей отстранённости, хотя в домах мигал свет. Возможно, именно поэтому я повернул голову направо и увидел идущую девушку. Её походка была лёгкой и грациозной. Я невольно залюбовался этим, осознавая, что мне со своими неуклюжими ногами ещё далеко до идеала. Как ни странно, мы шли по одному маршруту, и это заставило нас остановиться. Светофор горел красным, ярким и безмолвным светом, лишь он был препятствием между нами и дорогой. Остановившись, я вертел головой по сторонам и очень внимательно осматривал дорогу, лёгкое волнение проникало в мои мысли. Но, повернув голову направо, я смог увидеть её лицо.

— Привет! — Неожиданно сказала она, глядя на меня с улыбкой. — Ты Артур, верно?

Я застыл на месте в недоумении. Откуда она знает моё имя? В каком-то смысле я растерялся и не знал, что ответить, но мысли вернулись ко мне достаточно быстро.

— Да, всё правильно. — Ответил я, стараясь выглядеть уверенно.

Её лицо показалось мне знакомым, будто я где-то её видел, и понимание пришло быстро, отсюда и вопрос:

— А ты… случайно, не черлидерша? — С волнением произнёс я.

— Да, я Аннет, — с гордостью ответила она, и улыбка на её лице стала ещё шире. — Я как раз из тех, кто сегодня поддерживал команду на площадке.

Аннет

Всё сходилось. Аннет и была той самой девушкой, чей взгляд я зацепил на себе.

— Здорово! Я видел, как ты танцевала в конце матча, это было круто.

— О, спасибо, — смущаясь, рассмеялась она. — Надеюсь, что вам это хоть как-то помогло. Кстати, ты классно играешь!

Я почувствовал, как из-за её похвалы на моих щеках появился лёгкий румянец.

— Спасибо, но не стоит выделять меня одного.

Аннет кивнула, и её глаза загорелись от энтузиазма.

— Да, игра была действительно напряжённой, не так ли? Осень – время для драматичных матчей.

— Ты явно мыслишь верно, — отметил я, наслаждаясь нашей беседой. — То есть ты не просто танцуешь и смотришь, но ещё и стараешься вникать?

— Совершенно верно! — Ответила она. — Это придаёт смысл моему вечеру.

Солнце окончательно скрылось за горизонтом, и улицы освещались лишь тусклым светом фонарей. Странное волнение охватило меня: сердцебиение участилось, а ладони стали влажными. Хотя с каждым часом становилось всё прохладнее. Мы продолжали идти по одному маршруту, но внезапно у площади из серых кирпичей она остановилась.

— Ну что ж, до встречи! — Произнесла Аннет, протягивая руки для объятий.

— Спасибо за компанию, увидимся на матчах! — Я поспешил ответить ей взаимностью и ощутил приятное волнение, обнимая её худощавое тело.

Вернувшись домой, мне оставалось только выпить крепкого зелёного чая и задуматься о том, почему судьба решила так распорядиться нашей встречей. Но в голове крутился ещё один вопрос: может ли эта история получить продолжение? Аннет показалась мне очень обаятельной девушкой.