Глава II. Джек Уилсон и запах старой пиццы

Когда я подъехал к пиццерии, солнце уже начало клониться к горизонту, окрашивая небо в тревожные багровые тона. Здание Freddy Fazbear’s Pizza оказалось внушительным одноэтажным строением с яркой, слегка выцветшей вывеской. Когда-то это место было бьющимся сердцем города – шумным семейным кафе, где выходные проводили сотни детей и их родителей. Но сейчас, глядя на пустую парковку и облупившуюся краску на дверях, я понимал, что золотые времена этого заведения остались в прошлом. Поток посетителей заметно иссяк, и я невольно подумал, что охранять здесь будет особо нечего.

Я толкнул тяжелую входную дверь. Звякнул колокольчик, и меня сразу окутал специфический запах: смесь дешевого чистящего средства, подгоревшего теста и чего-то трудноуловимого – металлического и затхлого. В холле меня уже ждал человек, чья внешность идеально вписывалась в образ управляющего средней руки.

– Здравствуйте! Вы – наш новый кандидат в ночную смену? – голос его звучал бодро, возможно, даже чересчур бодро для такого пустого зала.

– Да, это я. Итан Уокер. Мы договаривались по телефону.

Он обменялся со мной коротким рукопожатием. Ладонь у него была сухой и горячей.

– Очень хорошо, Итан. Пойдемте, я покажу вам зал, пока смена еще не закончилась.

Мы прошли в главный зал. Несмотря на будний вечер, здесь всё еще были люди. За длинными деревянными столами сидели несколько семей. Дети с испачканными в соусе лицами увлеченно жевали пиццу, не сводя глаз с большой сцены в конце зала. А на сцене… на сцене были они. Те самые легендарные аниматроники.

Огромный медведь в цилиндре, синий заяц с гитарой и курица со слюнявчиком «LET’S EAT!». Они двигались рывками, их суставы издавали едва слышный механический скрежет, который тонул в веселой электронной музыке. В их стеклянных глазах отражались огни диско-шара. Мне стало немного не по себе от того, как ритмично они вращали головами, словно сканируя толпу.

– Пойдемте в мой кабинет, – предложил мой спутник, заметив мой пристальный взгляд. – Не будем мешать детям наслаждаться представлением. Шоу скоро закончится.

Кабинет директора располагался в коридоре слева от сцены. Пока мы шли, я рассматривал стены: они были густо обклеены детскими рисунками и праздничными украшениями в виде кусочков пиццы. Среди них выделялся большой плакат с маскотами, точь-в-точь как тот, что я видел в газете. Однако цвета на нем казались какими-то болезненно-желтыми под холодным светом люминесцентных ламп.

Вскоре мы оказались в небольшом кабинете. Обстановка здесь была классической: тяжелый деревянный стол, заваленный стопками бумаг, старых газет и какими-то чертежами. Слева гудел пузатый монитор компьютера, а справа стоял дисковый телефон.

– Присаживайтесь, Итан. Чувствуйте себя как дома, – он указал на стул напротив. – Хотите чай или кофе?

– С удовольствием выпил бы кофе, если можно.

Директор нажал на кнопку селектора и попросил принести две чашки. Пока мы ждали, он внимательно изучал меня, словно прикидывая, выдержу ли я предстоящую работу.

– Позвольте представиться официально. Меня зовут Джек Уилсон. Я управляю этим филиалом уже несколько лет.

– Приятно познакомиться. Думаю, можно сразу перейти к делу, мистер Уилсон. В объявлении было сказано про ночную смену.

– Именно так. Ваша работа начинается ровно в полночь и длится до шести утра. В вашем распоряжении будет пост охраны, система видеонаблюдения, покрывающая все критические зоны, ну и, конечно, журналы, чтобы не заскучать. Хотя, – он сделал паузу, принимая поднос с дымящимся кофе у зашедшего сотрудника. – Скучно вам вряд ли будет.

Я отхлебнул горячий напиток. Кофе был горьким и крепким.

– Должен предупредить сразу, Итан. Здание старое, – Уилсон пристально посмотрел мне в глаза. – Система вентиляции работает, скажем так, неидеально. Воздух застаивается. В вашем офисе есть настольный вентилятор, не выключайте его. Иногда, когда становится слишком душно, людям начинают мерещиться всякие вещи… ну, знаете, игра теней, звуки. Но это всё биология, не более того. Гипоксия – коварная штука. Не переживайте, такое случается редко.

– Звучит не слишком обнадеживающе. А почему бы просто не починить вентиляцию? – спросил я, поставив чашку на стол.

Уилсон вздохнул, и на мгновение его лицо показалось мне маской усталости.

– На реставрацию сейчас просто нет средств. Посетителей стало гораздо меньше, чем раньше. Доходы упали… особенно после всего, что здесь произошло в прошлом.

– Что именно произошло? – я замер. В памяти всплыли обрывки слухов о пропавших детях и странных инцидентах.

Директор внезапно помрачнел. Его голос стал холодным и твердым, как лед.

– Это неважно. Это старые сплетни, которые не касаются вашей работы. Не забивайте голову чепухой, Итан. Ваша задача – следить за оборудованием и сохранностью аниматроников. Они – наша самая большая ценность. Вы начинаете сегодня, договорились?

– Договорились, – ответил я, понимая, что выбирать мне не из чего. Деньги нужны были слишком сильно.

– Отлично.

Последовало короткое, неуютное молчание, которое прервал директор, поднявшись с места.

– Ну что ж, желаю вам удачи, мистер Уокер. Ключи и инструкции получите у администратора на выходе.

Мы пожали друг другу руки. Его ладонь на этот раз показалась мне неестественно холодной.

Выйдя на улицу, я еще раз посмотрел на здание. Оно всё еще внушало какую-то странную, ностальгическую теплоту, но теперь к ней примешивалось чувство липкого беспокойства. «Что же здесь произошло на самом деле?» – эта мысль не давала мне покоя всю дорогу домой. Но до полуночи оставалось всего несколько часов, и мне нужно было хотя бы немного поспать перед своей первой сменой.

Глава III. Полночь в «царстве теней»

Я прибыл к дверям пиццерии в 23:54. Ночной город за моей спиной казался вымершим, а само здание, еще недавно светившееся огнями, теперь напоминало массивный склеп. Стоило мне провернуть ключ в замке и шагнуть внутрь, как тяжелая тишина обрушилась на плечи. Когда в некогда оживленном месте никого нет, оно перестает быть просто кафе. Здание напоминало заброшенный дом с привидениями: каждый шорох вентиляции казался чьим-то шепотом, а тени от праздничных лент на стенах вытягивались в костлявые пальцы. Холод пробежал по спине, я вздрогнул, чувствуя, как по коже рассыпались колкие мурашки, и заставил себя идти дальше.

Проходя мимо главной сцены, я невольно замедлил шаг. Три аниматроника стояли там, замершие, словно статуи, выставленные на обозрение в каком-то жутком музее. В темноте их мех казался серым, а пустые глазницы были направлены куда-то поверх моей головы. Я почти бегом добрался до своего «офиса».

Комната была маленькой, заставленной старым оборудованием. Несмотря на два пугающих открытых проема справа и слева, которые заставляли меня постоянно оглядываться, здесь было по-своему уютно. Старый монитор, пара кнопок на косяках дверей и настольный вентилятор. И вот, часы на стене с сухим щелчком пробили полночь. Моя смена началась.

Я включил систему видеонаблюдения. Экран мигнул, полосы помех пробежали по стеклу, а затем монитор расцвел зернистыми изображениями. Десяток камер превратили черную пустоту в разноцветную, хоть и зловещую картину. Я выдохнул, пытаясь унять дрожь в руках, и сел в кресло. Жужжание вентилятора в сочетании с гулом люминесцентной лампы наверху создавало монотонный фон, который поначалу дико раздражал, но через полчаса стал привычным, как белый шум.

Неожиданно тишину разрезал резкий, дребезжащий звонок телефона. Я подпрыгнул, едва не перевернув монитор.

– Кто бы стал звонить сюда в такое время?! – вырвалось у меня.

Немного помедлив, я дрожащей рукой снял трубку.

– Алло? – мой голос прозвучал слабо.

– Алло. Привет. Э-э, я хочу записать сообщение для тебя, чтобы помочь тебе освоиться в твою первую ночь…

– Алло, вы меня слышите? Алло! – я попытался перебить его, но голос в трубке продолжал говорить с той же размеренной интонацией.

Поняв, что это аудиозапись, я нашел кнопку переключения на динамик и положил трубку на стол. Голос был усталым, каким-то обыденным, что пугало еще сильнее.

– Я работал в этом офисе до тебя, – вещал незнакомец. – Моя смена закончилась, но это не важно. Послушай, не волнуйся, всё будет хорошо. Давай сосредоточимся на твоей первой ночи. Сначала приветствие от компании… «Добро пожаловать в Freddy Fazbear's Pizza! Волшебное место, где мечты оживают… Компания не отвечает за ущерб имуществу или здоровью… Отчет нужно подать в течение 90 дней или после того, как всё почистят и побелят, а ковры поменяют».

Я сглотнул. Звучало как юридическая страховка на случай массового убийства. Но парень продолжал:

– Аниматроники могут вести себя странно ночью. Я бы тоже был раздражителен, если бы пел одни и те же глупые песни 20 лет и не мог принять ванну. Их оставляют в режиме свободного передвижения, чтобы не повредить сервоприводы. Раньше они могли ходить и днем, но потом был «Инцидент 83»… Твоя главная опасность – они могут не узнать в тебе человека. Примут за экзоскелет без костюма и попытаются… э-э… «помочь». Надеть на тебя костюм Фредди. А внутри него балки, проводка и острые детали. Единственное, что увидит свет – это твои глазные яблоки, выскочившие из маски. Но не беспокойся! Всё будет легко. Проверяй камеры и береги энергию. Спокойной ночи.

Щелчок. Тишина. В голове роились вопросы: что за «Инцидент 83»? Какая энергия? Внезапно я услышал звуки в главном холле – металлический скрежет и тяжелое «шлеп-шлеп». Я прилип к монитору. На часах было уже три часа ночи. Время летело пугающе быстро.

Я переключил камеру на сцену и почувствовал, как сердце пропустило удар. Холодный пот выступил на лбу. Синего зайца не было на месте. На сцене остались только медведь и курица.

Звуки затихли. Я слышал только стук собственного сердца, отдающийся в ушах. Вдруг – отчетливые, тяжелые шаги в коридоре, прямо за левой дверью. Я медленно, боясь дышать, подошел к проему и нажал на кнопку «Light».

Из темноты на меня уставились огромные, безжизненные глаза Бонни. Заяц стоял в дверях, его голова была неестественно наклонена, а челюсть слегка отвисла. От ужаса я едва не закричал. Пальцы сами ударили по кнопке «Door». С грохотом стальная заслонка упала, отрезая меня от монстра.