Глава 4. Свидетель, которого не было

Стрелка часов на приборной панели перевалила за три ночи. Нью-Йорк выдыхался, погружаясь в ту самую глубокую фазу сна, когда город становится уязвимым. Эдвард Кейн свернул на улицу, ведущую к кампусу университета. Район здесь был иным – более академичным, тихим, но сегодня вечером даже кирпичные фасады общежитий казались угрожающими.

Значок Мерсерса во внутреннем кармане пиджака тянул вниз, словно свинцовая гиря. Кейн периодически касался груди, проверяя, на месте ли он. Это был якорь. Единственное доказательство того, что то, что произошло в фабрике, было реальностью, а не бредом перегретого мозга.

Он припарковался у обочины, заглушил мотор. Здание факультета истории искусств, где работал доктор Вэнс, возвышалось в конце квартала, темное и безжизненное. Окна кабинета на третьем этаже были закрыты ставнями.

Кейн вышел из машины. Воздух здесь был холоднее, чем в центре. Тишина звенела в ушах.

– Вэнс, – произнес он, проверяя адрес в телефоне. Экран мерцал, буквы плясали. – Университетская, 42.

Он сделал шаг к тротуару и остановился.

В нише подъезда соседнего здания, там, где тень от фонаря была гуще всего, стояла женщина. Она куталась в слишком тонкое для такой погоды пальто, руки глубоко в карманах. Она не дрожала от холода. Это было первое, что заметил Кейн.

– Вам не стоит здесь ходить, детектив, – сказала она. Голос был ровным, без дрожи.

Кейн рука инстинктивно метнулась к кобуре, но замер.

– Кто вы?

– Меня зовут Сара. Я видела его. Артура.

Кейн напрягся. Имя жертвы повисло в воздухе, тяжелое и опасное.

– Полиция опрашивала всех в районе. Вашего имени нет в протоколах.

– Потому что я не говори с ними, – она сделала шаг вперед, выходя на свет. Лицо было бледным, почти прозрачным. Глаза темные, без отражения света фонаря. – Они спрашивали про то, что видели глаза. Я спрашивала про то, что чувствовала кожа.

Кейн медленно приблизился к ней, сохраняя дистанцию.

– Что вы чувствовали?

– Холод. Не зимний. Такой, будто открыли морозильную камеру посреди лета. И запах… серы и жженых волос.

Кейн сглотнул. Именно этот запах он чувствовал в переулке.

– Где вы были?

– Там, – она кивнула в сторону, противоположную тому переулку, где нашли символ. – Я шла домой. Увидела его. Артура. Он выходил из тени. Не из переулка. Из стены.

– Вы хотите сказать, он прошел сквозь кирпич?

– Я хочу сказать, что пространство вокруг него искривилось. Он шагнул, и его нога не коснулась асфальта. Он парил в дюйме от земли. А потом… – она замолчала, ее взгляд стал стеклянным. – Потом тень оторвалась от его ног и потянула его обратно.

Кейн почувствовал, как холод пробегает по спине. Это совпадало с его видением в фабрике. Тени, которые жили своей жизнью.

– Почему вы не заявили об этом?

– Кто бы мне поверил? – она горько усмехнулась. – Но вы поверите. Потому что вы уже там были. Я вижу это на вас. На вашей тени.

Кейн невольно посмотрел вниз. Его тень лежала на асфальте, вытянутая светом фонаря. Но края ее были размытыми, словно дым.

– Что вам нужно? – спросил он жестко.

– Предупредить вас. Вэнс… он не тот, за кого себя выдает.

– Что вы знаете о Вэнсе?

– Он знает, как открыть дверь. Но не знает, как ее закрыть. Он изучает их, детектив. Он коллекционирует их ужас, как бабочек в коробке.

Кейн шагнул к ней, чтобы взять за плечо, потребовать объяснений.

– Где вы взяли эту информацию?

– Я не брала. Я видела. В снах. Они приходят ко мне, когда я сплю. Они показывают мне…

Она не договорила.

В этот момент мимо проехала машина. Фары выхватили улицу ярким белым светом. Кейн инстинктивно зажмурился от вспышки.

Когда свет фар ушел, и глаза привыкли к темноте, ниша подъезда была пуста.

Кейн моргнул.

– Сара?

Тишина.

Он подошел к нише. Никаких следов ног на мокром асфальте. Никакого запаха духов. Только тот же запах озона, что и в переулке.

– Черт, – выругался он.

Он достал телефон, набрал номер дежурного.

– Харрис, это Кейн. Пробей мне имя. Сара. Последняя фамилия неизвестна. Возможно, связана с делом Пендлтона. Живет в районе университета.

– Эд, ты серьезно? – голос Харриса звучал сонно и раздраженно. – Три часа ночи. У нас нет времени на поиски неизвестных свидетельниц без фамилии.

– Просто пробей, Билл.

– Ладно, ладно. Подожди минуту.

Кейн ждал, глядя на пустую нишу. Ветер шевелил обертку от конфеты на асфальте. Больше ничего не двигалось.

– Эд, – голос Харриса вернулся, теперь в нем звучало недоумение. – У нас нет такой записи. Вообще. В районе университета не проживает никого по имени Сара в возрасте от двадцати до сорока. Ни в архивах, ни в базах данных соцслужб.

– Проверь больницы. Может, она пациентка.

– Уже. Ничего. Ты уверен, что она была реальна? Может, тебе просто показалось. Ты выглядишь… неважно.

Кейн опустил телефон.

– Спасибо, Билл.

Он отключился.

Свидетель, которого не было. Женщина, которая знала слишком много, исчезла, не оставив следов. Но Кейн знал, что она была здесь. Он чувствовал остаточное холодное поле там, где она стояла.

Он посмотрел на асфальт у своих ног. Там, где стояла женщина, влага не высохла, как везде. Она замерзла. Тонкая корка льда покрывала тротуар кругом диаметром в метр, хотя температура была выше нуля.

Кейн наступил на лед. Он хрустнул под ботинком.

– Реальна, – прошептал он. – Слишком реальна.

Если Вэнс действительно коллекционирует ужас, как сказала эта женщина-призрак, то визит к нему может стать ловушкой. Но у Кейна не было выбора. Значок Мерсерса жег грудь. Этот человек был ключом. Даже если ключ ведет в пасть льва.

Кейн поднял голову. Окно на третьем этаже здания университета, которое раньше было темным, теперь слабо светилось. Тусклый желтый свет пробивался сквозь щели в ставнях.

Кто-то ждал его.

Кейн убрал телефон в карман, поправил воротник и пошел к входной двери. Замок был старым, но дверь оказалась не заперта. Она скрипнула, открываясь в темный холл, пахнущий старой бумагой и пылью.

Лестница вела вверх. Кейн начал подниматься. Ступени скрипели под его весом, но звук глушился, будто лестница была обтянута тканью.

На втором этаже он остановился. Ему показалось, что сверху кто-то идет навстречу. Шаги были легкими, почти бесшумными.

Кейн прижался к стене, выхватывая пистолет.

Шаги стихли.

Из темноты коридора третьего этажа донесся голос. Мужской, спокойный, академичный.

– Входите, детектив Кейн. Дверь открыта. Мы ждем вас.

Кейн замер. Он не называл своего имени этой женщине. Не называл его вслух сегодня никому.

– Кто ждет? – крикнул он в темноту.

– Те, кто помнит, – ответил голос. – И те, кто хочет забыть. Поднимайтесь. Время не ждет.

Кейн сжал рукоять пистолета. Ледяная корка на улице начала таять в его памяти, уступая место новому холоду. Он сделал шаг на третий этаж.

Тень от его фигуры на стене вытянулась, опережая его движение. Она ползла по стене вперед, словно разведчик, проверяя путь.

Кейн шел за своей тенью. В кабинет к человеку, который изучал демонов. И который, возможно, уже заключил с ними сделку.