Цитаты из книг автора «Вольтер»

Среди обширного числа этих зверей встречаются иногда овцы, но большинство их – волки и лисы.

Впрочем, я говорю, что думаю, и очень мало озабочен тем, чтобы другие думали так же, как я. Кандид был опечален этими речами: он чтил Гомера, но немножко любил и Мильтона.

все в мире отлично, а зло – только тень на прекрасной картине

что он делает и чего делать не должен. Не считая этого ужина, который проходит довольно весело, так как сотрапезники проявляют достаточное единодушие, все наше время занято нелепыми раздорами: янсенисты выступают против молинистов , законники против церковников, литераторы против литераторов, придворные против придворных, финансисты против народа, жены против мужей, родственники против родственников. Это непрерывная война.

я нахожу, что у нас все идет навыворот, никто не знает, каково его положение, в чем его

доставьте себе удовольствие, расспросите пассажиров, пусть каждый расскажет вам свою историю; и если найдется из них хоть один, который не проклинал бы частенько свою жизнь, который не говорил бы самому себе, что он несчастнейший из людей, тогда утопите меня в море

ведь ничего не может быть глупее, чем желание беспрерывно нести ношу, которую хочется сбросить на землю

ософом в Турции. Они пошли посоветоваться с ним. Панглос сказал так: – Учитель, мы пришли спросить у вас, для чего создано столь странное животное, как человек?– А тебе-то что до этого? – сказал дервиш. – Твое ли это дело?– Но, преподобный отец, – сказал Кандид, – на земле ужасно много зла.– Ну и что же? – сказал дервиш. – Какое имеет значение, царит на земле зло или добро? Когда султан посылает корабль в Египет, разве он заботится о том, хорошо или худо корабельным крысам?– Что же нам делать? – спросил Панглос.– Молчать, – ответил дервиш. – Я льстил себя надеждой, – сказал Панглос, – что смогу побеседовать с вами о следствиях и причинах, о лучшем из воз

По соседству с ними жил очень известный дервиш, который считался лучшим фи

Мартен доказывал, что человек родится, дабы жить в судорогах беспокойства или в летаргии скуки. Кандид ни с чем не соглашался, но ничего и не утверждал. Панглос признался, что всю жизнь терпел страшные муки, но, однажды усвоив, будто все идет на диво хорошо, будет всегда придерживаться этого взгляда, отвергая все прочие точки зрения.